Наверхъ / Къ оглавленiю раздѣла

 

 

 

 

 

Послания братиям, обитающим повсюду

 

ПРЕДИСЛОВИЕ

"Врач, которого Бог даровал Египту", - так описал святого Антония Великого (251-356) его друг и биограф святой Афанасий Александрийский. Не только из Египта, но из самых отдаленных частей Римской империи непрерывный поток посетителей тянулся в пустыню, чтобы увидеть отшельника Антония: священники, монахи, миряне. Одни шли за советом в каком-нибудь своем деле, другие просто хотели побыть с ним рядом, получая уроки из его молчания и находя, что само его присутствие обновляет в них надежду¹. Святой Антоний - прообраз особого и характерного для восточного христианства духовного типа старца, geron (греч.), благодатного "аввы" или духовного наставника.

Многие из слов и советов, которыми святой Антоний врачевал своих братьев христиан, дошли до нас - обработанные и в большей или меньшей мере изданные - в его Житии, составленном святым Афанасием, и в Апофтегмах, или Словах отцов пустынников². Однако позаботился ли сам святой Антоний о том, чтобы записать свое духовное учение - и сохранились ли эти записи? Житие сообщает нам, что он "не знал грамоты", но и при этом он вполне мог бы диктовать то, что считал нужным, своим ученикам. И в действительности, семь посланий, авторство которых традиционно относят к святому Антонию, сохранились. Их аутентичность оспаривалась, но к настоящему времени большинство исследователей признает их подлинными. (Существует, кроме того, еще двадцать посланий, которые определенно сомнительны). Если эти семь посланий действительно принадлежат святому Антонию, изначально они должны были быть написаны на коптском, родном языке местных египетских христиан. Часть этого коптского теста сохранилась; существует сирийский перевод первого послания и полная версия всех семи на грузинском и латинском.

Насколько мне известно, в настоящем издании эти семь посланий впервые появляются на английском. Их переводчик, священник и доктор богословия Дервас Читти (1901-1971), посвятил жизнь изучению раннего египетского и палестинского монашества, собрав плоды своих сорокалетних разысканий в замечательном труде Гражданство Пустыни³. Настоящий перевод посланий он подготовил для собственного пользования, не для публикации; и хотя он подарил нескольким своим друзьям машинописные копии перевода, без сомнения, он захотел бы пересмотреть этот текст прежде, чем отдавать его в печать. Я внес в него несколько незначительных поправок, во избежание некоторых неясностей. В качестве вступления мы включили в это издание небольшую статью, подготовленную о. Дервасом для журнала Соборность⁴. Она перепечатывается с любезного разрешения издателя журнала. Я снабдил ее сносками и расширил библиографию.

На первый взгляд, эти семь посланий могут показаться ничем особенно не примечательными. Требуется перечесть их не один раз, медленно и внимательно, чтобы проступил их более глубокий смысл. Тогда читатель постепенно начнет различать ведущие темы учения святого Антония, к которым он постоянно возвращается: это тема свидетельства, которое Дух Святый рождает в сознании каждого человека; это необходимость достичь самопознания, - то есть открыть в себе и полюбить наше истинное я, сотворенное по образу Божию; далее, это всецелое спасение человека, и души его, и тела; это призыв следовать Господу в Его крайнем самоуничижении и смирении; это, наконец, единство Церкви, которое обнимает и Ветхий, и Новый Завет, и Ангелов, и святых, и живущих на земле; наша взаимозависимость в общем наследстве как членов друг друга в Теле Христовом.

Эти основные темы посланий выражены в словах, которые своей прямотой и простотой напоминают Слова отцов пустынников. "Дух входит в любящее товарищество с умом", - пишет святой Антоний. "...Упорствуйте в свидетельстве, которое Дух вынашивает в уме, как дитя... Дух определяет человеку труды, которыми тот стесняет свою душу и тело, чтобы они очистились и вместе вошли в свое наследство... Узнавайте себя... Тот, кто знает себя, знает Бога... Кто знает себя, знает и всех людей... Кто может любить себя, любит всех... От ближнего - наша погибель, и жизнь наша - тоже от ближнего... Кто грешит против ближнего, грешит против себя... Все мы члены друг друга, и тело Христово, и голова не может сказать ноге: "Не нужна ты мне". И если один член страдает, все тело затронуто и страдает вместе с ним... Потому мы всеми силами должны любить друг друга. Ибо тот, кто любит ближнего, любит Бога; и кто любит Бога, любит свою душу".

Здесь мы слышим неподдельный голос пустыннического опыта.

Еп. Каллист Диоклийский Оксфорд, 1975.

 

ВСТУПЛЕНИЕ

17 января 356 года святой Антоний почил в уединенном пустынном приюте в горах над Красным морем, куда он удалился больше чем за сорок лет до этого. В течение месяца святой Афанасий, уже в третий раз насильственно изгнанный со своего епископского престола Александрии, скрывался от преследований (за голову его была назначена цена) и поневоле делил долгие часы уединения с монахами, чьи молитвы и чья вера всегда были для него крепкой поддержкой. В этих-то условиях он и писал как руководство для духовной жизни монахов из других мест, попросивших его о том, Житие святого Антония, которому в латинском переводе вскоре суждено было сыграть столь памятную роль в обращении блаженного Августина⁵, и которое доныне остается неоспоримой классикой христианской духовной традиции.

Можно радоваться, что прошли те дни, когда почтенные историки, вроде Gwatkin'a, могли говорить о "великом отшельнике Антонии, которого никогда не существовало". Зато личность святого Афанасия была для нас слишком бесспорной, чтобы без колебаний решить, в какой мере Житие представляет собой портрет реального Антония, в какой мере это создание художника. К счастью, существует немало свидетельств в других источниках - в жизнеописаниях Пахомия, Словах отцов пустынников, у Евагрия, Кассиана и других, которые подтверждают этот образ; да и качества самого Афанасия-историка (допустим, и предвзятого) в других его трудах склоняют в пользу точности того исторического очерка, который он дает нам. Больше того, мы можем теперь с достаточной уверенностью утверждать, что и семь посланий, которые еще блаженный Иероним считал принадлежащими святому Антонию, дошли до наших дней: одно послание и несколько фрагментов на коптском языке, еще одно - на сирийском, очевидно, непосредственно основанное на коптском оригинале; и все семь - в латинской и грузинской версиях пропавшего греческого перевода. Несмотря на некоторые темные места в переводах, - а если верить святому Афанасию, сам коптский оригинал должен был быть записан под диктовку, - мы чувствуем, что в посланиях с нами на самом деле говорит Антоний Жития.

Год "Миланского эдикта", 313-й, - может считаться рубежным годом "прихода эпохи" христианской Церкви. В Египте это был, вероятно, год трех знаменательных событий: вступления юного Афанасия на службу к епископу Александрийскому; крещения Пахомия и начала его подвижничества; удаления Антония во "внутреннюю пустыню" к Красному морю. Два последних события отмечают "приход эпохи" христианского монашества, хотя и не рождение его. Учитель Пахомия, Паламон, передал ему правило жизни, которому сам был обучен, и облачил его в особую монашескую одежду ("схиму"), что воспринималось уже как нечто само собой разумеющееся⁶. И Антоний, которому было за шестьдесят, так же провел сорок лет, вырабатывая тот образ жизни, в котором вначале не видели чего-то уникального, и чей пионерский характер только теперь раскрылся вполне. У него также были наставники в третьем столетии. Его жизнь представляет собой мост между двумя эпохами - временем мучеников и временем христианской империи.

Ключ к его пути можно найти в евангельских словах; это они, услышанные двадцатилетним мальчиком в храме, увлекли его на тропу отречения от мира: "Если хочешь быть совершенным, иди и продай все, что имеешь...". Дальше история ведет нас через полосу внутренних искушений, когда Антоний поселяется в амбаре возле своего старого дома, - вплоть до того времени, когда диавол, изгнанный из его мыслей, начинает нападать на него извне, видимым образом. Дальше путь ведет нас к великой битве Антония с бесами в гробнице возле селения (не образы ли древних египетских звериных богов на ее стенах отразились в облике его преследователей?), высшая точка которой - тихое откровение неотступного присутствия Христа: "Где же Ты был? Почему не показался Ты с самого начала, чтобы положить конец моим мучениям?" - "Я был здесь, Антоний; но Я ждал, чтобы увидеть твое сопротивление. И поскольку ты выстоял и не поддался, Я всегда буду тебе в помощь и прославлю тебя повсюду". Только после этого Антоний уходит в дикую местность далее, чем было принято, к старой заброшенной крепости в горах - но все еще в пределах достижимости для своих друзей, - на двадцать лет уединенной борьбы и победы, пока, наконец, друзья не взламывают его двери, - и он выходит к ним, пятидесятипятилетний, совершенный во всех смыслах греческого слова teleios - выросший в полный рост, цельный в уме и теле, с приведенной в строй, исцеленной человеческой природой, посвященный в тайны и захваченный Богом.

Теперь настает время передать другим тот образ жизни, который он обрел, предложить этот путь для тех, кто собрались вокруг него на горе и сделали его своим отцом. Но уже надвигается последнее великое гонение, и в скором времени Антоний спускается в Александрию, оказывая поддержку исповедникам и мученикам в их битве, стремясь к мученичеству, но не навлекая его на себя. Ибо битва монахов и битва мучеников - одна.

Гонение кончается, Антоний возвращается в свой старый приют. Но теперь он прославлен, и слава привлекает к нему мир: он вынужден бежать. И вот, пока он ждет лодку, которая должна перевезти его в верхнюю Фиваиду, Дух внушает ему, что лучше присоединиться к проходящему мимо арабскому каравану и отправиться с ним в трехдневный путь через пустыню к подножию высокой горы у Красного моря.

Здесь мы впервые читаем, что "ему полюбилось это место". Силы зла еще рядом, завистливые и неотступные. Но основным тоном становится теперь какая-то райская ясность: даже дикие звери слушаются его, как некогда Адама. Естественно, братия вскоре отыскивают его и продолжают осуществлять связь между ним и миром. Время от времени он спускается навестить их на "Внешней горе" возле Нила. И еще раз, видимо, всего на два дня, летом 338 года он идет в Александрию, чтобы выразить свою поддержку Афанасию против ариан. Но в целом, именно это тихое сердце молитвы на его "Внутренней горе" и должно помниться, как задний план всех битв Церкви в последующие сорок лет.

Евагрий вспоминает ответ Антония некоему философу, который спросил его, как он может вынести свое долгое одиночество, не утешаясь книгами: "Моя книга - природа сотворенных вещей, которая всегда передо мной, чтобы читать, когда я пожелаю, слова Божии"⁷.

Ничто так не далеко от святого Антония, как манихейский дуализм любого рода. И Житие, и послания ясно показывают, что брань его не против плоти и крови, но против невидимых сил зла (послания обходят молчанием те диавольские наваждения, которые описаны в Житии и которыми почти исчерпывается представление о святом Антонии в народной традиции). Впадая в грех, мы становимся для них телами, и наши души - логовом нечистых духов. Но тела наши были созданы для воскресения. И добрые, и злые духи равно происходят от Всеблагого Творца⁸. Все это сообщает особую убедительность его бескомпромиссному воплощению принципа "дружба с миром есть вражда против Бога". Без этого и без всепроникающего чувства Церкви свидетельство святого Антония было бы лишено своего смысла.

Первое послание, согласно сирийскому списку, адресовано "братиям, обитающим повсюду", и представляет собой скорее общий трактат о монашеской жизни. Остальные ближе к собственно эпистолярному жанру. Самое пространное послание обращено к монахам Арсинои (в Фаюме)⁹; Житие также говорит о связях Антония с тамошними монахами¹⁰. Другие послания адресованы безымянным монашеским общинам - как можно предположить, разным, поскольку из послания в послание повторяются одни и те же темы, хотя каждая их вариация вносит что-то новое в общую картину учения святого. Что касается истории, послания не говорят нам об этом почти ничего, и только интересное упоминание Ария и его ереси¹¹ позволяет предположить датировку всей серии посланий (не похоже, чтобы их разделяли большие промежутки времени) временем где-то около 338 года, когда Антоний посещал Александрию.

Можно сделать несколько попутных замечаний общего характера. Разные переводы напоминают нам о том, что в коптском одно и то же слово должно было обозначать и ум (греч. nous), и сердце. Это, вероятно, немаловажное обстоятельство для всей дальнейшей истории христианской духовности. Далее, в контраст к Житию и жизнеописаниям Пахомия, где имя Иисуса всегда сопровождается титулом Христос, в посланиях оно довольно часто встречается в изолированном употреблении. Чтобы не делать слишком далеких выводов из факта умолчания, отметим, что пустыня, если память мне не изменяет, вообще не упоминается ни разу, а Крест - только дважды, в повторяющейся цитате из Послания Филиппийцам.

Цитирование Священного Писания в посланиях вполне отвечает тому, чего мы могли бы ожидать от человека, который всем своим знанием Священного Писания обязан исключительно внимательному слуху: разнообразные отголоски, разрозненные цитаты и, главным образом, несколько излюбленных, вновь и вновь повторяющихся стихов: Ис.53:5, Рим.8:15-18 и 32 и Флп.2:6-11. Цитаты из Евангелий, по существу, немногочисленны. Не заметно никаких следов знакомства с апокалиптической или другой апокрифической литературой, как это обнаруживается в посланиях ученика и последователя Антония, аввы Аммона.

Ведущая тема всех посланий - постоянство дела спасения, которое совершает Бог: "Не один только раз посетил Бог Свои создания". Первый раз Он посетил их Законом Своего Завета, вложенным в человека: Авраам приводится как образец такого посещения. Когда же этот насажденный в сердце закон иссох, Господь послал Моисея, чтобы дать нам писаный Закон; и Моисей "заложил для нас основание Дома Истины, который есть Вселенская Церковь". (Это чувство единства Церкви Ветхого и Нового Заветов проявляется и в обычном для Антония обращении к своим братиям, как к "святым чадам Израиля по умной их сущности - noera ousia", - практика, которую подтверждает и Первое Житие Пахомия, где вспоминается, как Антоний говорил о Орсисии, как об "истинном Израиле", и о насельниках Табениссы, как о "чадах израильских"¹²). Моисей не завершил строительства. Пророки, в свою очередь, стали строить на его основании, но и они не могли завершить здания; они познали, что никакое творение не в силах исцелить великую рану человечества, и молили Бога, чтобы Он послал Свою милость, Единородного Сына, Саму Премудрость Отца и Образ Его, Того, кто, "будучи Богом... принял образ раба, и был послушен даже до смерти, и смерти крестной" (Флп.2:6-8). Господь "не пощадил Сына Своего Единородного ради нашего спасения, но отдал Его за нас и за наши прегрешения. И Он уничижил Себя, и ранами Его все мы исцелились. И словом силы Своей Он собрал нас со всех концов мира... и воздвиг сердца наши от земли и научил нас, что все мы члены друг другу"¹³.

Параллельно этому - различение трех родов призвания в первом послании: первый род призванных - это те, кто, подобно Аврааму, услышали зов "по закону любви, который в их природе и который изначальное Благо насадило в них при первом творении" и без промедления последовали ему; Кассиан в самом Антонии справедливо видит образец такого рода призвания¹⁴. Второй род - это те, кто услышали предостережения и обещания писаного, Моисеева Закона; третьи - закосневшие грешники, которым Господь по милости Своей посылает "очищение скорбей, пока они не умягчатся и не придут в чувство, и покаются... и они также достигнут истинной жизни". За двумя этими темами следует изложение того, как Дух Покаяния ведет человека на его пути к праведности, которая сама по себе еще не есть совершенство: учит различению, без которого все подвижнические труды окажутся напрасны; познанию себя, которое несет с собой знание Бога (лишенность этого знания и делает Ария извергнутым); и, в конце концов, приводит к всыновлению, когда Христос скажет Своим ученикам: "Я уже не называю вас рабами, но братьями Моими и друзьями, ибо все, чему Отец научил Меня, Я открыл вам". Так человек обретает свободу Пришествием Христовым и "не получает духа рабства, опять в страх, но Духа Усыновления, Которым мы взываем: Авва, Отче! " и становимся наследниками Божиими и сонаследниками Святых Его.¹⁵

При всем этом никак не исчезает и не должна исчезнуть память о Суде Божием и о падшем состоянии мира. И сам Антоний - все еще не более чем "убогий узник Христов", но поскольку он вполне уверен в "собственной безнадежности", - здесь не кажется неуместным привести слова из "Поединка Иакова" Чарлза Весли¹⁶. Он может сказать те свои слова, которые внесены в Апофтегмата. "Я больше не боюсь Бога: я люблю Его. Ибо совершенная любовь изгоняет страх"¹⁷.

Дервас Дж. Читти

 

ПОСЛАНИЕ АНТОНИЯ, ОТШЕЛЬНИКА И ГЛАВЫ ОТШЕЛЬНИКОВ, БРАТИЯМ, ОБИТАЮЩИМ ПОВСЮДУ

I. Прежде всего - мир - любви вашей о Господе!

Я думаю, братия, что души, которые влекутся к любви Божией, бывают трех родов, мужчины это или женщины.

Есть такие, кто призваны законом любви, который в их природе и который изначальное Благо насадило в них при первом творении. Слово Божие пришло к ним, и они без малейшего сомнения последовали за ним с готовностью, как праотец Авраам, - ибо когда Господь увидел, что не по научению от людей он научился любить Бога, но по закону, вложенному в природу его с самого зачатия, Господь явился ему и сказал: Пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего в землю, которую Я укажу тебе (Быт.12:1). И тот пошел, не усомнясь и не помедлив, но готовый к своему призванию. Он - образец того расположения духа, которое и доныне пребывает во всех, кто идет по его стопам. Трудясь и ища страха Божия в терпении и тишине, они достигают истинного рода жизни, поскольку души их готовы следовать за любовью Божией. Это первый род призвания.

Второе призвание таково. Есть люди, которые слышат писаный Закон, свидетельствующий им о муках и страданиях, уготованных для нечестивых, и об обетованиях для тех, кто ходит достойно в страхе Божием; и свидетельство писаного Закона побуждает мысль их искать, каким образом возможно войти в призвание, как об этом свидетельствует Давид, говоря: Закон Господень непорочен, обращая душы: свидетельство Господне верно, умудряющее младенцы (Пс.18:8)¹⁸ И в другом месте: Явление словес Твоих просвещает и вразумляет младенцы (Пс.118:130); и многое еще, чего мы здесь не можем привести.

Третье призвание таково. Есть души, которые вначале были жестокосердны и закоснели в делах греха; и вот, Всеблагой Бог по милости Своей посылает таким душам очищение скорбей, пока они не умягчатся и не придут в чувство, и обратятся, и приблизятся, и войдут в знание, и покаются от всего сердца, и они тоже обретут истинный образ жизни, как и те, другие, о ком мы уже сказали.

Вот три расположения, которыми души приходят к покаянию, пока они не достигнут благодати и призвания Сына Божия.

Итак, относительно тех, кто вошли в покаяние всем сердцем и сделались вопреки всем досаждениям плоти мужественными воителями в битве, которая поднимается против них, пока не одолеют, - я думаю, прежде всего, Дух призывает их и облегчает им битву, и услаждает для них покаяние, показывая им, как им подобает каяться в душе и теле, пока не научит, как обратиться к Господу, сотворившему их. И Он сообщает им дела, которыми они могли бы утеснять душу и тело, чтобы и душа, и тело очистились и вместе вошли в свое наследство.

Вначале тело очищается многим пощением, бдением и молитвами, и служением, которое укрепляет человека телесно, отсекая всякую плотскую похоть. И дух покаяния становится руководителем его в этих вещах и испытывает его ими, чтобы враг не смог вернуться назад.

Затем Дух - водитель начинает открывать очи его души, чтобы и ей подать покаяние, и тем самым она бы очистилась. Ум начинает различать между телом и душой, и начинает учиться у Духа, как очистить и тело, и душу покаянием. И наученный Духом, ум становится нашим проводником в трудах души и тела, указывая, как очистить их. И он отделяет нас от плодов плоти, которые смешались с каждым членом тела нашего с первого прегрешения, и приводит все члены тела к их первоначальному состоянию, которое не имело ничего от нечистого духа. И тело приводится в подчинение уму, поучаясь у Духа. Как апостол Павел говорит: Но умерщвляю тело мое и порабощаю (1Кор.9:27). Ибо ум очищает его от еды и сна, одним словом, от всех его движений, и собственной чистотой очищает он тело даже от естественного извержения семени.

И есть, я думаю, три рода движений в теле. Есть движение, вложенное в тело природой, насажденное в нем при первом творении; однако оно не действенно, если душа того не хочет и обнаруживает свое присутствие в теле бесстрастно. И есть другое движение, когда человек насыщает тело пищей и питьем, и жар крови от преизбытка насыщения поднимает брань в теле, по причине нашей алчности. Потому апостол и сказал: И не упивайтеся вином, в немже есть блуд (Еф.5:18). И Господь предупреждал учеников Своих: "Смотрите же за собою, чтобы сердца ваши не отягощались объядением и пианством" (Лк.21:34) или услаждениями. В особенности же те, кто ищет достичь меры чистоты, должны повторять: Но умерщвляю тело мое и порабощаю (1Кор.9:27). И есть третье движение, происходящее от злых духов, которые искушают нас из зависти и стараются сбить с пути всех, кто встал на путь чистоты.

Так вот, возлюбленные мои дети, в трех этих родах движения, если душа не дает себе послабления и упорствует в свидетельстве, которое Дух рождает в уме, тогда и душа, и тело очищаются от немощи такого рода. Но если в отношении трех этих движений ум пренебрегает свидетельством, которое Дух вынашивает в нем, злые духи берут над ним верх, и сеют в теле все страсти, и возбуждают, и поднимают сильную брань против него; так что душа становится усталой и недужной, и плачет и ищет, откуда бы пришла ей помощь, и кается, и подчиняется велениям Духа, и исцеляется. Затем утверждается она в том, чтобы покой свой положить в Господе, и что Он - ее мир.

Все эти вещи я сказал вам, возлюбленные, чтобы знали вы, как требуется от человека приносить покаяние в теле и в душе и очищать их, и тело, и душу. И если ум одолеет в этом состязании, он будет молиться в Духе и начнет изгонять из тела душевные страсти, которые вошли в него по его собственной воле. И тогда Дух устанавливает с умом дружеское сотрудничество, поскольку ум хранит повеления, которые Дух сообщил ему. И Дух научает ум, как врачевать все душевные раны и очищаться от всего того, что смешано с членами тела его, и от других страстей, которые хотя и не в теле, но смешались с его волей. И для глаз устанавливает он правило, чтобы они видели верно и чисто и чтобы не было в них греха. Затем устанавливает он правило для ушей, чтобы они слушали в мире и больше не имели бы жажды или желания слушать о дурном или же о падениях и унижениях человеческих, но радовались бы слушанию о добром и о том, каким образом каждый человек может стоять твердо, и о том, какая милость явлена всему творению, которое некогда было недужным в этих членах.

Затем Дух учит чистоте язык, поскольку язык был поражен тяжелым недугом; тот недуг, поразивший душу, выходил наружу в словах посредством языка, который душа употребляла как свое орудие, и таким образом поразила его тяжким недугом и язвой, и сама этим орудием - языком, была уязвлена. Апостол Иаков свидетельствует и говорит нам: "Если кто из вас думает, что он благочестив, и не обуздывает своего языка, то обольщает свое сердце, у того пустое благочестие" (Иак.1:26). И в другом месте он говорит: "Язык - небольшой член, но оскверняет все тело" (Иак.3:5), - и много еще, чего теперь я не могу привести вам. Но если ум укрепляется крепостью, полученной от Духа, он очищается и освящается, и учится различать слова, которые приходят на язык, чтобы в них не было пристрастия и самоволия, и таким образом исполнилось бы слово Соломоново: "Слова мои исходят от Господа и нет в них суеты и лукавства" (Притч.8:8). И в другом месте он говорит: Язык мудрых врачует (Притч.12:18), и много еще.

И затем Дух исцеляет движения рук, которые некогда двигались беспорядочно, следуя произволу ума. Но теперь Дух поучает ум, как очистить их, чтобы они трудились, творя милостыню и молитву, и исполнилось бы слово о них, гласящее: "Пусть воздеяние рук моих будет жертвой вечерней" (Пс.140:2), и в другом месте: Рука прилежных обогащает (Притч.10:4).

После этого Дух очищает чрево, как оно ест и пьет; ибо пока душевные желания действенны в нем, оно не знает насыщения в своем алчном желании пищи и питья, и через это бесы совершают свои нападения на душу. Об этом Дух сказал через Давида: Гордым оком, и несытым сердцем, с сим не ядах (Пс.100:5). И тем, кто ищет в этом чистоты, Дух предписывает установления: вкушать в меру потребного для укрепления тела, но, делая это, не иметь вкуса похоти, и тем исполнить сказанное Павлом: Итак, едите ли, пьете ли... все делайте во славу Божию (1Кор.10:31).

Затем в отношении плотского вожделения, которое располагается ниже чрева, ум получает поучение Духа и различает три рода движений, о которых мы говорили выше, и упорствует в их очищении, и Дух помогает и укрепляет его; и все эти движения укрощаются силой Духа, который устанавливает мир во всем теле и отсекает от него все страсти. Об этом говорит апостол Павел: Умертвите земные члены ваши: блуд, нечистоту, страсть, злую похоть (Кол.3:5) и прочее.

И после того и ногам подает Он очищение. Некогда они ступали не право, не в согласии с Богом; но теперь ум, собранный под властью Духа, очищает их, чтобы они ступали по Его воле, ходя и служа в добрых делах, так, чтобы и все тело изменилось и обновилось, и было в послушании Духу. И думаю я, что когда все тело очистилось и приняло полноту Духа, оно обрело некую часть того духовного тела, которое получит в воскресение праведников.

Все это сказал я вам о том, что касается недугов души, которые примешаны к членам телесной природы, в которых душа движется и действует; и таким путем она, душа, делается проводником для злых духов, которые через нее входят и действуют в членах тела. Но я говорил, что у души есть еще и недуги нетелесные; теперь покажем их. Гордость - недуг души не телесный, а также тщеславие, зависть, ненависть, нетерпение, леность и другое. Но если душа предаст себя Господу от всего сердца, Господь помилует ее и подаст ей дух покаяния, который будет свидетельствовать ей о каждом грехе, и больше они не приблизятся к ней; и Он покажет ей тех, кто восстают на нее и хотят не дать ей отделиться от них, ведя тяжкую битву, чтобы не могла она пребывать в покаянии. Но если она выстоит и будет послушна Духу, поучающему ее покаянию, Творец не помедлит снизойти к ее изнеможению в покаянии и, видя ее в телесных трудах, многих молениях, и постах, и сокрушении, и в поучении словам Божиим, в отречении от мира, в смирении и слезах, и упорствовании в сокрушении, - тогда милосердный Бог, видя труды ее и послушание, смилуется над ней и спасет ее.

Конец послания, которое святой Антоний шлет братиям.

II. Дорогие и досточтимые мои братия, я, Антоний, приветствую вас о Господе.

Воистину, возлюбленные мои о Господе, не один только раз посетил Бог Свои творения; но от сложения мира, когда кто бы то ни было шел к Создателю всех, ведомый Законом Его завета, который вложен в нас, Бог Сам - с каждым из них щедротами Своими и благодатью Своего Духа. Что же до таких разумных тварей, в чьей природе этот завет охладел, и проницательность ума умерла, так что они больше не способны знать себя самих по своему первому состоянию, про таких я скажу, что они сделались окончательно неразумными и поклонились твари, а не Творцу. Но Творец всяческих в великой Своей щедрости посещал нас через этот насаженный в нас Закон Своего завета. Ибо Он - сущность бессмертная. И те, кто стали достойными Бога и возрастали в насаженном в них завете Его, и были учимы Духом Его Святым, и обрели Дух Усыновления, - все они смогли поклониться Творцу своему, как подобает: это те, о ком говорит Павел, что они не прияша обетования ввиду замысла о нас (Евр.11:39).

И Творец всяческих, который не раскаивается в Своей любви, желая посетить нашу немощь и смущение, воздвиг Моисея Законодавца, который дал нам писаный Закон и заложил для нас основание Дома Истины, который есть Вселенская Церковь, соединяющая нас в Боге, ибо Он желает, чтобы мы могли возвратиться к нашему первому началу. Моисей созидал дом, но не завершил его, оставил и ушел. Затем Господь Духом Своим воздвиг хор пророков. И они строили на основании Моисеевом, но не могли завершить дома, и тоже оставили его, и ушли. И все они, будучи облеченными Духом, видели, что рана неисцелима, и что никакое творение не в силах уврачевать ее, но, единственно, - Сын Единородный, сама Премудрость Отчая и Образ Его, Который по Своему образу сотворил всякую разумную тварь. Ибо они познали, что Спаситель - это великий врач, и они собрались вместе, и стали молиться за члены свои, то есть за нас, восклицая и говоря: "Или нет бальзама в Галааде; или нет там врача; чего ради нет исцеления раны дщери народа моего?" (Иер.8:22). "Врачевали, но не исцелилась; оставим же и пойдем каждый в землю свою" (Иер.51:9).

Но Господь в Своей изобильной и необманной любви пришел к нам, говоря через Святых Своих: "Сыне человеческий, сотвори себе сосуды пленнические" (Иез.12:3). "И Он, будучи образом Божиим, не восхищением почитал быть равным Богу, но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, и стал послушен даже до смерти, и смерти крестной: посему и Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени, дабы пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных, земных и преисподних, и всякий язык исповедал, что Господь Иисус Христос во славу Бога Отца" (Флп.2:6-11). И теперь, возлюбленные, пусть слово это будет внятно вам, что щедрость Отца не пощадила Единородного Своего ради нас, но Он предал Его "за спасение всех нас" (Рим.8:32), "Он отдал Себя Самого за грехи наши" (Гал.1:4), и наши беззакония уничижили Его, и ранами Его мы исцелились (Ис.53:5), и словом силы Своей Он собрал нас изо всех стран, от конца земли до другого конца, и совершил воскрешение ума нашего, и отпущение грехов наших, и научил нас, что мы члены друг другу.

Молю вас, братия, разумейте это великое промышление, что Он стал искушен, подобно нам, во всем, кроме греха (Евр.4:15). И каждое из разумных созданий, ради которых по преимуществу и пришел Спаситель, должно исследовать Его образец и познать собственный ум, и различать хорошее и дурное, чтобы стать свободным через Его пришествие. Ибо все, получившие освобождение по Его Промыслу, называются рабами Божиими. И в том еще нет совершенства, но для своего времени это праведность, и она ведет к усыновлению. И Спаситель наш Иисус познал, что они приблизились к тому, чтобы принять Духа Усыновления, и что они познали Его, наученные Святым Духом. Он сказал им: "Я уже не называю вас рабами, но братьями и друзьями: потому что все, чему Отец научил меня, Я открыл вам и научил вас" (Ин.15:15). Потому, обретя в уме дерзновение, поскольку они познали себя и свою умную сущность, апостолы возвысили голос и сказали: "Если мы и знали Тебя по плоти, то ныне уже не знаем Тебя так" (2Кор.5:16). И они приняли Духа Усыновления, и воскликнули, говоря: "Мы приняли не духа рабства опять в страх, но приняли Духа сыноположения, Которым взываем: Авва Отче!" (Рим.8:15). Отныне, Боже, мы знаем, что Ты даровал нам, - что мы - дети... и наследники Божии, сонаследники же Христу (Рим.8:17).

Но пусть слово это будет внятно в вас, возлюбленные. Если кто-либо не приготовит собственного исправления и не потрудится изо всех своих сил, пусть такой знает, что для него пришествие Спасителя будет в суд. Ибо для одних это вкушение смертоносное к смерти, для других - вкушение живительное к жизни (2Кор.2:16). Ибо Он лежит на падение и восстание многих в Израиле и в знамение пререкаемо (Лк.2:34). Умоляю вас, возлюбленные, именем Иисуса Христа: не пренебрегайте своим спасением, но пусть каждый из вас разрывает сердце свое, а не одежды свои (Иоил.2:13), опасаясь, как бы не носить нам это монашеское платье напрасно и приготовить себе суд. Ибо вот, уже теперь близко время, когда дела каждого из нас будут испытаны. О том, что я говорю, многое еще можно было бы написать вам. Но сказано: Дай наставление мудрому, и он будет еще мудрее (Притч.9:9). Приветствую вас всех, от малого до великого. И Бог мира да хранит вас всех, возлюбленные. Аминь.

III. Человек разумный, который приготовил себя к освобождению пришествием Иисуса, знает себя самого в своей умной сущности. Ибо тот, кто знает себя, знает и промышления Творца, и все, что творит Он со Своими созданиями. Сердечно, возлюбленные о Господе сочлены наши и сонаследники святых, умоляю вас именем Христа Иисуса, да дастся вам от Господа дух различения, чтобы ощутить и знать, как велика любовь, которую я имею к вам: не телесная любовь, но любовь духовная, любовь веры. Что касается до ваших телесных имен, нет нужды писать их вам, потому что это имена преходящие. Если человек знает свое истинное имя, он увидит и имя истины. Потому, пока Иаков боролся ночь напролет с Ангелом, имя его еще оставалось Иаков, но когда настало утро, имя ему было дано Израиль, что значит "ум, видящий Бога" (Быт.32:24-30).

Я полагаю, вам не неведомо, что враги добродетелей непрестанно строят козни против истины. И потому не единственный раз посетил Господь Свои создания, но изначала были такие люди, которые готовы были идти к своему Творцу, влекомые Законом Его Завета, который насажден в них и который учил их поклоняться Творцу, как подобает. Но по причине распространения немощи, из-за тяжести плоти и дурных попечений, насажденный в человеке закон засох, и душевные чувства ослабли, так что люди не могли уже обрести себя такими, каковы они по истине согласно своему созданию, то есть свою бессмертную сущность, которая не должна распасться вместе с телом; и потому сущность их не могла быть освобождена своей собственной праведностью. По этой причине Господь поступил с ними по Своей щедрости, дав им писаный Закон, чтобы научить их поклоняться Отцу, как должно. Бог Един, или скажем так: Единство Умной Сущности. Вам следует понимать, возлюбленные, что во всяком месте, где нет согласия, люди навлекают на себя войны и возбуждают судебные тяжбы между собой.

И Творец увидел, что рана их стала слишком тяжела и нуждается в действии врача. И Христос - Сам их Творец, и Он Сам врачует их, - и Он посылает предтеч Своих перед лицем Своим. Мы не побоимся сказать о Моисее Законодателе, что и он - один из Его предтеч, и что тот же Дух, который был с Моисеем, действовал и в хоре святых, и все они молили о Единородном Сыне Божием. И Иоанн был из тех, кто шел перед Ним; по этой причине Закон и пророки были вплоть до Иоанна, потому Царствие Божие с нуждой восприемлется, и нуждницы восхищают е (Мф.11:12-13). И будучи облаченными Духом, они видели, что ни одно из созданий не в силах исцелить ту великую рану, но единственно - щедрость Божия, иначе сказать, - Сын Его Единородный, Которого Он послал во спасение миру; ибо Он - тот великий Врач, который в силах исцелить эту рану. И они просили Бога, и Отец творений по щедрости Своей Сына Своего Единородного не пощадил ради нашего спасения, но предал Его за всех нас и за наши беззакония (Рим.8:32). И Он уничижил Себя, и ранами Его мы все исцелились (Флп.2:8; Ис.53:5). И словом силы Своей Он собрал нас из всех стран, от конца мира до другого конца, и воздвиг сердца наши от земли, и научил нас, что мы - члены друг другу.

Умоляю вас, возлюбленные мои о Господе: разумейте, что Писание есть наказ Господа. Ибо великая вещь для нас в том, чтобы понимать тот образ, который Иисус принял ради нас, ибо Он стал искушен, подобно нам, во всем, кроме греха (Евр.4:15). И потому справедливо, чтобы и мы освободились Его пришествием, ибо безумием Своим Он умудрил нас, и нищетой Своей обогатил нас, и немощью Своей укрепил нас, и всем нам усвоил воскресение, сокрушив того, кто имел державу смерти (Евр.2:14). И следует нам также прекратить просить Иисуса о наших телесных нуждах. Пришествие Иисуса помогает нам делать то, что благо, пока мы не сокрушим все наши пороки. И тогда Иисус скажет нам: Я уже не называю вас рабами... но друзьями (Ин.15:15). И апостолы, когда достигли того, чтобы принять Духа Усыновления, то научились от Духа Святаго поклоняться Отцу, как должно.

Мне, бедному узнику Иисуса, время сие, к которому мы пришли, принесло радость, и скорбь, и рыдание. Ибо многие в нашем поколении облачились в одежду веры, но от силы ее отреклись. А о тех, кто приготовили себя к освобождению пришествием Иисусовым, - о тех я радуюсь. Но о тех, кто совершают свои дела будто во имя Иисуса, но при этом творят волю своего сердца и своей плоти, - о тех я скорблю. И о тех, кто увидели, как время долго, и сердце их изнемогло в них, и они сняли с себя платье веры, и стали как дикие звери, - о них я рыдаю. Знайте же, что для таких пришествие Иисуса обращается великим Судом. Но вы, возлюбленные, знайте себя, чтобы знать и время свое, и готовьтесь принести себя самих в жертву, угодную Богу.

Истинно, возлюбленные мои о Господе, - ибо я пишу вам, как людям разумным, которые могут знать себя, - вам известно, что тот, кто знает себя, знает Бога; а тот, кто знает Бога, знает и благодеяния, которые Он творит созданиям Своим. Пусть слово это будет внятным вам, что не плотская это любовь, которую я имею к вам, но духовная любовь веры, ибо Бог прославляется в соборе святых Своих (Пс.88:8). Готовьте себя, ибо у вас есть заступники в молитве Богу о вашем спасении, чтобы низвел Он в ваше сердце тот огонь, который Иисус пришел низвести на землю (Лк.12:49), и вы могли бы упражнять сердца ваши и чувства, чтобы знать, как различать добро от зла, правое от левого, действительное от ложного. Иисус знал, что диавол берет свою силу в вещах мира сего, и Он созвал учеников Своих и сказал им: Не собирайте себе сокровищ на земле, и: Не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний день сам позаботится о себе (Мф.6:19; 6:34). Истинно, возлюбленные мои, вы знаете: когда ветер благоприятствует, кормщик прохлаждается; но при встречном и бурном ветре, - вот когда узнается цена кормчего. Так знайте же какого рода время, к которому мы пришли.

Обо всем, что касается слова свободы, многое еще можно было бы сказать еще. Но дай наставление мудрому, и он будет еще мудрее (Притч.9:9). Я приветствую вас, от малого до великого, в Господе. Аминь.

IV. Антоний всем дорогим братиям своим: радуйтесь о Господе! Члены Церкви, никогда не устану я помнить вас. Хочу я, чтобы вы знали, что любовь моя к вам - не телесная любовь, но любовь духовная, любовь веры. Ибо телесная дружба не имеет в себе твердости и постоянства, и чуждые ветры колеблют ее. Всякий, кто боится Бога и хранит заповеди Его, - раб Божий. И в служении том нет совершенства, но только справедливость, которая ведет к усыновлению. По этой причине пророки и апостолы, и все святые, которых Бог избрал, доверив им апостольскую проповедь, милостью Бога Отца сделались пленниками во Христе Иисусе. Ибо апостол Павел говорит: Павел, раб Иисуса Христа, призванный апостол (Еф.3:1; Рим.1:1), - поэтому писаный Закон действует в нас в неком благом рабстве, пока мы не покорим себе всякую страсть и не достигнем совершенства в служении добродетели через это апостольское призвание.

Ибо если человек приближается к благодати, тогда Иисус скажет ему: "Я уже не называю вас рабами, но Я назову вас друзьями Моими и братьями Моими, потому что Я открыл вам все, что слышал от Отца Моего" (Ин.15:15). Ибо те, кто приблизились и научены Духом Святым, познали себя самих по своей умной сущности. И в том познании себя они воскликнули и сказали: "Потому что мы не приняли духа рабства опять в страх, но приняли Духа сыноположения, Которым взываем: Авва, Отче!" (Рим.8:15), - мы можем знать, что Господь даровал нам: если мы - дети... и наследники Божии и сонаследники же Христу (Рим.8:17).

Дорогие братия мои и сонаследники святым, всякие добродетели не чужды вам, но все они - ваши, если вы не под грехом в этой плотской жизни, но открыты пред Богом. Ибо Дух не войдет в душу того, чье сердце осквернено, и в тело, которое грешит. Он - святая сила, непричастная никакой лжи. Истинно, возлюбленные мои, пишу вам, как людям разумным, которые могут знать себя. Ибо тот, кто знает себя, знает Бога, а тот, кто знает Бога, достоин служить Ему, как подобает. Возлюбленные мои о Господе, знайте себя. Ибо те, кто знают себя, знают и свое время, а кто знает свое время, тот в силах стоять твердо и не колебаться от чуждых языков. Ибо касательно Ария, который восстал в Александрии и изрек нелепые слова о Единородном, приписывая начало Безначальному и конец Тому, Кто неизъясним среди людей, и движение Тому, Кто недвижен, - скажу, что если человек согрешит против человека, то помолятся о нем Богу; если же человек согрешит против Господа, то кто будет тогда заступником о нем? (1Цар.2:25). Человек этот возложил на себя тяжкое дело и неисцелимую язву. Ибо если бы такой знал себя, язык его не высказал бы того, о чем он не имеет знания. Но ясно видно, что не знал он себя.

V. Антоний пишет дорогим своим детям, святому Израилю по умному их существу. Нет нужды называть ваши телесные имена, которые преходят, ибо вы - чада Израиля. Истинно, дети мои, любовь, которую я имею к вам, не плотская любовь, но любовь духовная, любовь веры. И потому я не устаю молить Бога моего о вас, чтобы дано вам было знать ту милость, которую Он сотворил вам. Ибо не единственный раз посетил Господь Свои создания, но от сложения мира Он промышляет о Своих созданиях, и в каждом поколении Он пробуждает каждого благоприятными обстоятельствами и благодатью. Итак, дети мои, не пренебрегайте взывать к Господу день и ночь, понуждая щедрость Отчую, и щедростью Своей Он пошлет вам помощь с Небес, поучая вас, пока вы не узнаете, что для вас благо.

Поистине, дети мои, мы - обитатели смерти нашей и постояльцы в доме разбойника, и закованы в оковы смерти. И потому не давайте сна очам вашим, ни веждам вашим дремоты (Пс.131:4), чтобы принести себя в жертву Богу во всей святости, которой никто не может наследовать без освящения. Воистину, возлюбленные мои о Господе, пусть слово это будет внятно у вас: делайте доброе, и так вы утешите всех святых и доставите веселие служению Ангелов и радость пришествию Иисусову, ибо вплоть до этого часа не имели они покоя в попечении о нас. И мне, убогому нищему, обитающему в этом скудельном жилище, и моей душе вы также доставите радость. Истинно, дети мои, наша немощь и унижение, в котором мы пребываем, - горе для всех святых, и они плачут и стенают о нас перед Творцом всех. И по этой причине Господь Вседержитель гневается на наши дурные дела из-за стенаний святых. И напротив, когда мы совершенствуемся в праведности, то доставляем радость народу святых, и они усердно молятся и ликуют перед нашим Создателем. И Сам Он, Творец всего, радуется нашим делам по свидетельству Своих святых, и вознаграждает нас дарами Своей милости сверх всякой меры.

Итак, знайте, что Господь всегда любит Свои создания, - а существо их бессмертно и не должно разрушиться вместе с телом, - и Он видел, как эта умная природа нисходила в бездну вместе с телом, и умирала с ним, и насажденный в человеке Закон завета иссыхал. И по благости Своей Он посетил род человеческий Моисеем. И Моисей положил основание дома истины, и хотел исцелить великую рану, и хотел вернуть людей к первому единению, и не смог сделать этого, и удалился от них. Тогда хор пророков стал строить на основании Моисеевом, и они не смогли исцелить великую рану членов своих. И видя, что сила их иссякла, все народы святых вновь собрались воедино и принесли молитву Творцу, и сказали: разве нет бальзама в Галааде; разве нет там врача; отчего же нет исцеления дщери народа моего? ...О, Господи, врачевали мы Вавилон, но не исцелился; оставьте его, и пойдем каждый в свою землю (Иер.8:22; 51:9).

И поскольку все святые просили благость Отца, то есть Сына Его Единородного, потому что если бы Он Сам не сошел с Небес, никто из творений не смог бы исцелить ту великую рану человеческую, потому Отец в благости Своей изрек и сказал: Сын человеческий, изготовь себе сосуды пленнические и уходи в пленение (Иез.12:3. ср.: Иер.46:19). И Отец Сына Своего Единородного не пощадил ради спасения всех нас, но предал Его за наши грехи (Рим.8:32). Ибо наши беззакония уничижили Его, и ранами Его мы все исцелились (Ис.53:5) и Он собрал нас со всех концов земли, воскресив умы наши от земли и уча нас, что мы - члены друг другу (Еф.4:25). Берегитесь же, дети мои, чтобы не исполнилось на нас слово Павла, и не стали бы имеющими образ благочестия, силы же его отвергшися (2Тим.3:5). Пускай же каждый из вас разрывает сердце свое, и вопиет перед Ним, и говорит: "Что воздам Господу за все благое, что воздал Он мне?" (Пс.115:3). И еще боюсь я, дети мои, как бы не исполнилось на нас слово: Кая польза в крови моей, внегда сходити ми во истление? (Пс.29:10).

Истинно, дети мои, я говорю с вами, как с мудрыми людьми, способными разуметь то, что я говорю, и вот, свидетельствую вам: если каждый из вас не возненавидит всю природу земного обладания и не отречется от него и от всех дел его всем сердцем своим, и не прострет руки сердца своего к Небесам, к Отцу всех, - тот не будет спасен. Если же он сделает то, что я сказал, Господь смилуется над ним за труд его, и дарует ему тот невидимый огонь, который выжжет в нем все нечистое, и начальный дух наш очистится; и тогда Дух Святый будет обитать в нас, и Иисус будет пребывать с нами, и так мы сможем поклоняться Богу, как нам подобает. Но пока у нас мир со всеми природами мира сего, мы - враги Богу, и Ангелам Его, и всем святым Его.

И потому, возлюбленные мои, умоляю вас именем Господа Иисуса Христа - не пренебрегайте вашим спасением, чтобы это преходящее житие не лишило вас вечной жизни, и кожа тленного тела не отняла у вас Царства несказуемого света, и грешная скамья не заменила вам Ангельских судных престолов. Истинно, дети мои, сердце мое в изумлении, и дух мой в ужасе, что все мы услаждаемся, как пьяницы при молодом вине, ибо каждый из нас продал себя в рабство по своему свободному произволению, и мы сделались рабами нашего вольного выбора, и не желаем поднять глаз наших к Небесам, чтобы искать славы небесной и дел всех святых, и идти по их стопам.

Поймите же, что все, святые ли Небеса, или Ангелы, или Архангелы, или Престолы, или Власти, или Начала, или Херувимы, или Серафимы, или солнце, или луна, или праотцы, или апостолы, или диавол, или сатана, или злые духи, или силы воздушные, или (не говоря другого) мужской пол, или женский, - в начале творения все произошли из одного, - все, кроме всесовершенной и благословенной Троицы, Отца и Сына и Духа Святаго! И из-за дурных действий некоторых потребовалось, чтобы Бог дал им имена по делам их. А тем, кто больше преуспел, Он даровал славу изобильнее.

VI. Антоний - всем дорогим моим братиям в Арсиное и в ее окрестностях и всем, кто с вами, привет. Все вы, приготовившие себя, чтобы идти к Богу, приветствую вас о Господе, возлюбленные, от малого до великого, мужей и жен, святых чад Израиля по вашему умному существу. Истинно, дети мои, великое благословение пришло к вам, ибо велика милость, сошедшая на вас в вашем поколении. И подобает вам ради Того, Кто посетил вас, не слабеть в вашем рвении, пока вы не принесете себя в жертву Богу во всей святости, без которой никто не может войти в наследство.

Истинно, возлюбленные мои, великое дело для вас, чтобы вы просили уразуметь ту умную сущность, в которой нет ни мужчины, ни женщины, но которая бессмертна, имея начало, но не имея конца. И следует вам знать, что и она пала в унижение и великий позор, который настиг всех нас; и все же она - бессмертная сущность, которая не должна истлевать вместе с телом. И потому Бог увидел, что рана ее неисцелима. Поскольку была она так тяжела, Он посетил род человеческий в Своем милосердии, и в благости Своей по прошествии времени Он послал им Закон, подав им помощь через Моисея Законодателя. И Моисей заложил для них основание дома Истины и хотел исцелить ту великую рану, и не смог завершить строительство дома.

И вот, хор святых снова собрался и стал молить милость Отца о нашем Спасителе, чтобы Он пришел к нам во спасение всех нас. Ибо Он - наш великий и верный Первосвященник и истинный Врач, в Чьих силах исцелить эту великую рану. Итак, по воле Отца, Он истощил Себя от Своей славы. Он был Богом и принял образ раба (ср. Флп.2:7-8), и предал Себя Самого за грехи наши, и беззакония наши уничижили Его, и раной Его мы все исцелились (Ис.53:5). Итак, дорогие мои дети о Господе, хочу, чтобы вы знали, что по причине нашего безумия принял Он образ безумия, и по причине нашей немощи - образ немощи, и по причине нашей нищеты - образ нищеты, и по причине нашей смерти принял Он образ смертного, и во всем этом пребывал ради нас. Истинно, возлюбленные мои о Господе, не подобает нам давать сна очам нашим и веждам нашим дремания (Пс.131:4), но будем молиться и понуждать благость Отца, пока Он не смилуется над нами; и таким образом мы принесем утешение приходу Иисусову, и силу служению святых, которые трудятся за нас на земле во время нашего небрежения, и возбудим их к ревности, чтобы они помогли нам во время нашей скорби. Так что и сеющий, и жнущий вместе радоваться будут (Ин.4:36).

Я хочу, чтобы вы знали, дети мои, великое горе, каким я горюю о вас, когда я вижу, какое великое смущение идет к нам, и помышляю о великом труде святых и о стенаниях их, которые они всегда изливают пред Богом о нас, поскольку видят они весь труд своего Создателя, и все злые замыслы диавола и слуг его, и все то зло, которое они всегда замышляют нам на погибель, ибо их удел - быть в аду, и потому они хотят, чтобы и мы пропали вместе с ними, и были с множеством. Истинно, возлюбленные мои о Господе, я говорю с вами, как с мудрыми людьми, и вы можете знать все благодеяния нашего Создателя, совершенные для нас, которые дарованы нам по явному или тайному прошению. Ибо мы именовались разумными, но облеклись в ум неразумных тварей. Не известно ли вам, каковы козни и хитрости диавола? - Злые духи завидуют нам; как только они проведают, что мы попытались увидеть собственный позор и отыскали путь, каким сбежать от них и от дел их, которые они творят с нами вместе, и что мы не только пытаемся отвергнуть их лукавые советы, которые они сеют в нас, но что многие из нас смеются над их кознями, то они познают снисхождение нашего Творца, что Он в мире сем приговорил их к смерти и приготовил им в наследство геенну за их небрежение.

Я хочу, чтобы вы знали, дети мои, что я не перестаю молить Бога о вас день и ночь, чтобы открыл Он вам очи сердца вашего, и вы могли бы видеть множество тайных козней, которые изливают на нас злые духи ежедневно в эти нынешние дни. Хочу я, чтобы Господь дал вам сердце знающее и дух различения, чтобы вы смогли принести ваши сердца, как жертву чистую пред Отцом, в великой святости без порока. Истинно, дети мои, они непрестанно завидуют нам со своими злыми советами, и тайным гонением, и тонкой злобой, и богохульными помыслами; и свои предательства они сеют в сердце наше каждый день, и свою сердечную косность, и тьму своих печалей, которые они приносят нам ежечасно, и тусклость свою, которой они ежедневно делают тусклыми наши сердца, и весь гнев и взаимные обиды, которым они учат нас, и самооправдание в том, что мы делаем, и осуждение, которое они вносят в наше сердце, понуждая нас, когда мы сидим в одиночестве, осуждать ближних наших, которые и не живут с нами; и презрение, которое они поселяют в нашем сердце гордостью, когда мы жестокосердны и презираем друг друга, огорчая друг друга жестокими словами, жалуясь ежечасно, обвиняя других, а не себя, полагая, что невзгоды наши происходят от ближних, судя и рядя о том, что снаружи, тогда как грабитель наш внутри, в доме нашем; и споры, и раздоры, в которых мы оспариваем друг друга, пока не добьемся своего, чтобы явиться оправданными в глазах других.

Злые духи внушают нам ревность о делах, которые мы не в силах исполнить, и заставляют томиться тем, что нам поручено и что на пользу для нас. Они заставляют нас смеяться, когда время плакать, и плакать, когда время смеяться, и просто сбивают нас постоянно с верного пути в сторону. И есть еще множество других хитростей, которыми они обращают нас в рабство себе, не время теперь все их описывать. Но когда они наполняют сердце наше всеми этими обманами, и мы кормимся ими, и они становятся нашей пищей, тогда Бог снисходит к нам, и посещает нас, чтобы вернуть нас из нашего тяжкого тела, и мы смогли покинуть его. И затем злые дела, которые мы в заблуждении нашем совершили, будут явлены нам в теле, подлежащем наказанию; и мы вновь облачимся в это тело - ибо Господь в Своем терпении попускает так, - и будет для нас последнее наше хуже первого (Мф.12:45). Потому не уставайте молить благость Отца, да снизойдет к вам помощь от Него, чтобы вы научились узнавать, что праведно.

Истинно говорю вам, дети мои, сосуд, в котором мы обитаем, - погибель для нас и дом, исполненный войны. По истине, дети мои, говорю вам, что всякий, кто наслаждается по собственной воле и покоряется собственным помыслам, и принимает то, что сеется в сердце его, и услаждается этим, и полагает в сердце своем, что в том есть некие необычайные избранные тайны, и оправдывает себя в том, что делает, - душа такого человека - логово злых духов, подстрекающих его к злому, и тело его - сокровище нечестивых тайн, которые оно таит в себе; и велика над ним власть бесов, потому что он не обличил их открыто перед всеми людьми.

Неведомо ли вам, что у них не единственный способ охотиться за нами, который мы могли бы узнать и избежать? Исследуйте, и вы не обнаружите такого, чтобы грех их и беззакония открывались телесным образом, ибо телесно они невидимы; но следует вам знать, что мы-то и служим телами для них, ибо душа наша принимает их мерзость, и затем, приняв ее, она обнаруживает ее посредством тела, в котором мы обитаем. Итак, дети мои, не будем же предоставлять им места, иначе мы навлечем на себя гнев Божий, а они сбегут к себе домой и посмеются над нами. Ибо они знают, что от ближнего - наша погибель, и жизнь наша - тоже от ближнего. Кто когда-либо видел Бога и усладился Им, и сохранил Его в себе, и не позволил, чтобы Он оставил его, но помогал бы ему, - доколе живет он в этом тяжком теле? Или кто когда видел беса в его битве с нами, чтобы он упреждал и не давал нам совершить доброе дело, и нападал на нас телесным образом, так что мы испугались бы его и сбежали? Ибо они сокрыты, и это мы нашими делами делаем их явными. Ибо все они по своей умной сущности - из одного источника, но когда они бежали от Бога, возникло среди них великое разнообразие, по разнообразию их действий.

И потому были даны им разные имена, по действию каждого из них. Так что одни зовутся Архангелами, другие Престолами и Властями, Началами и Херувимами; эти имена даны были им, когда они хранили повеления своего Творца. Других же, избравших дурной путь, пришлось назвать диаволом и сатаной по их злому состоянию; другие же были названы бесами, и злыми, и нечистыми духами, и духами-соблазнителями и князьями мира сего. И множество видов еще существует среди них. Есть такие, кто и противостоял им в своем тяжком теле, в котором мы живем; иные из них названы праотцами, иные пророками и царями, и жрецами, и судьями, и апостолами, и много было других, избранных за их доброе поведение. И все таковые имена даны им, мужчинам или женщинам, из-за разных начал их деятельности, но все они - из одного источника.

Итак, по этой причине тот, кто грешит против ближнего, грешит против себя; и тот, кто делает зло ближнему, делает его себе; и тот, кто делает ближнему добро, благотворит себе. Иначе, - кто в силах сделать зло Богу, и найдется ли такой, что мог бы обидеть Его? Или кто мог бы утешить Его, или кто мог бы даже служить Ему? Или кто мог бы даже благословить Его благословением, в котором Он нуждается, или кто в силах почитать Ему почестью, достойной Его, или восхвалить Его по достоинству? Итак, пока мы еще одеты этим тяжким телом, будем пробуждать Бога в себе, оживляя друг друга, и предадим себя самих на смерть ради душ наших и ради друг друга; и если мы так поступим, то в нас будет являться сущность сострадания Его к нам. Не будем самолюбцами, чтобы не подпасть под власть их изменчивой силы. Ибо тот, кто знает себя, знает всех людей, потому и сказано, что Он вызвал все сущее из небытия к бытию (Прем.1:14). Это относится к нашей умной природе, которая скрыта в нашем теле тления, но она не принадлежала ему изначально, и она будет от него освобождена. Но тот, кто может любить себя, любит всех.

Дорогие мои дети, я молю, чтобы это не было тяжким трудом для вас, и чтобы вы не уставали любить друг друга. Воздвигните тело ваше, в которое вы облечены, и сделайте его алтарем, и возложите на него все ваши мысли, и оставьте всякий злой совет перед Господом, и возденьте руки сердца вашего к Нему, к творящей Премудрости, и молите Бога, чтобы Он ниспослал вам Свой великий невидимый огонь, который сошел бы с Небес и попалил алтарь и все, что на нем, и чтобы все жрецы Ваала, то есть все сопротивные действия врага, устрашились и бежали от лица вашего, как от лица Илии пророка. И затем вы увидите облако над морем, как ладонь человеческую, которое принесет вам духовный дождь, то есть утешение Духа Утешителя (ср.: 3Цар.18:38-44).

Дорогие мои дети о Господе, святые чада Израиля, нет нужды благословлять или называть ваши телесные имена, которые прейдут. Ибо вам не неведома любовь, которая между мной и вами, любовь не телесная, но духовная любовь веры. И потому я уверен, что великое благословение для вас в том, что вы постарались познать свое бесчестие и укрепить ту невидимую сущность, которая не прейдет вместе с телом. И потому, думаю, что благодать ваша пришла в свое время. Потому пусть слово это будет внятно вам, чтобы вы не подумали, будто ваш успех и ваш приход к вере были вашим собственным делом, но что всегда помогала вам некая Божественная сила. Стремитесь всегда приносить себя в жертву Богу, и доставлять радость силе, помогающей вам, и утешение Господу в Его пришествии, и всему сонму святых; также и мне, убогому бедняку, обитающему в этом доме скудели и тьмы. Потому я и говорю вам все это, утешая вас и моля, что, поскольку все мы сотворены из единой невидимой сущности, которая имеет начало, но не имеет конца, мы любили бы друг друга особенной любовью. Ибо все, кто знают себя, знают, что они - от единой бессмертной сущности.

Я хочу, чтобы вы знали и то, что Господь наш Иисус Христос есть истинная Премудрость Отца. Через Него вся полнота всякой разумной природы сотворена по образу Его Образа, и Сам Он - глава всей твари, и тело Его - Церковь (ср.: Кол.1:15-18). Потому все мы - члены друг другу; и тело Христово, и голова не могут сказать ноге: "Ты мне ненадобна", - но если один член страдает, все тело затронуто и страдает с ним (Еф.4:25; 1Кор.12:21,26-27). Но если какой-то член отчуждается от тела и более не сообщается с головой, но предается услаждениям собственной плоти, это значит, что рана его неисцелима, и что забыл он свое начало и свой конец. И потому Отец творений, движимый состраданием к этой нашей ране, которую ничто из творений не могло исцелить, но единственно - милость Отчая, послал нам Сына Своего Единородного, и Он по причине нашего рабства принял на Себя образ раба (Флп.2:7), и предал Себя за наши грехи; ибо наше беззаконие уничижило Его, и ранами Его мы все исцелились (Ис.53:5). И Он собрал нас из всех краев, чтобы воскресить сердца наши от земли, и научить нас, что все мы - от единой сущности и члены друг другу. Потому должны мы всей силой любить друг друга. Ибо тот, кто любит своего ближнего, любит Бога, а кто любит Бога, любит душу свою.

Пусть будет внятно вам слово это, дорогие мои дети о Господе, святые чада Израиля, и готовьте себя, чтобы прийти к Господу и принести себя в жертву Господу во всей чистоте, которой никто не может обрести без очищения. Или вы не знаете, возлюбленные, что враги праведности всегда замышляют зло против истины? И потому тоже, возлюбленные, будьте внимательны и не давайте сна очам вашим и веждам вашим дремоты (Пс.131:4). Взывайте ко Господу денно и нощно, чтобы пришла к вам помощь свыше и направила сердца ваши и мысли во Христе. Истинно, дети мои, мы поселились в доме грабителя и связаны узами смерти. Говорю вам воистину, возлюбленные, что наша беспечность и наше унижение, и наше уклонение с пути - утрата не только для нас, но досада для Ангелов и для всех святых во Христе Иисусе. Истинно, дети мои, наше унижение доставляет горе всем им; и, напротив, наше спасение и слава приносят им радость и утешение. И знайте, что милость Отца не перестает с первого Своего движения даже доныне творить нам добро, чтобы мы сами себе не причинили смерти, употребив во зло свободную волю, с которой мы были сотворены. Потому направляют нас во всякое время, как написано: Ополчится Ангел Господень окрест боящихся Его, и избавит их (Пс.33:8).

Итак, дети мои, я хочу, чтобы вы знали, что с того часа, как движение любви Божией дошло сюда, и доныне все, кто отстранились от праведности и поступали нечестиво, почитаются детьми диавола; а те, кто от диавола, знают это, и потому они стараются изменить каждого из нас по своей воле. Ибо зная, что диавол пал с Небес по причине гордыни, прежде всего нападают они на тех, кто достиг высокой меры, гордостью и тщеславием пытаясь восстановить их друг против друга. Они знают, что таким образом они могут отсечь нас от Бога, потому что им известно, что тот, кто любит своего ближнего, любит Бога; и потому враги праведности сеют раздор в наши сердца, чтобы мы наполнились великой неприязнью друг к другу, и не могли бы терпеть никакого общения с нашим ближним даже на расстоянии.

Истинно, дети мои, я хочу, чтобы вы знали, что много таких, кто подвизались в воздержании всю свою жизнь, но недостаток различения убил их. Истинно, дети мои, я полагаю, никакого дива не будет в том, если, став небрежными к себе и не различая собственных дел, вы непременно впадете в руки диавола тогда, когда вы будете полагать, что близки к Богу; и когда вы ждете света, - тьма обымет вас. Ибо какая нужда была Христу опоясываться полотенцем и умывать ноги тем, кто ниже Его, как если не дать пример, не научить тех, кто обратят к Нему свое первое начало? (Ин.13:4-17). Ибо начало их движения - гордыня, которая пришла прежде. И потому, кроме как через великое - от всего сердца и ума, и духа, и души, и тела, смирение, вы не можете наследовать Царства Божия.

Истинно, дети мои о Господе, день и ночь я молю Творца моего, от Кого получил залог Его Духа (2Кор.1:22), чтобы Он открыл глаза сердца вашего, и вы узнали бы мою любовь, которую я к вам имею, и чтобы открыл Он уши души вашей внимать своим смущениям. Ибо тот, кто знает собственный позор, тот и стремится вновь к своей высокой чести; и кто знает свою смерть, знает и свою вечную жизнь. Я говорю с вами как с мудрыми людьми, дети мои; истинно, я боюсь, как бы голод не одолел вас в пути на том месте, где подобает нам обогатиться. Я надеялся увидеть вас лицом к лицу во плоти. Но ожидаю времени, и оно близко, когда мы сможем лицом к лицу увидеть саму сущность каждого, когда скорбь, и печаль, и воздыхание отлетят, и радость будет над главою всех (Ис.35:10). Есть еще много вещей, которые я хотел сказать вам. Но дай наставление мудрому, и он будет еще мудрее (Притч.9:9). Приветствую всех вас, дорогие дети мои, поименно.

VII. Дети мои, вы знаете благодать Господа нашего Иисуса Христа, что Он, будучи богат, обнищал ради нас, дабы мы обогатились Его нищетой (2Кор.8:9). Видите, порабощением Его мы освободились, и немощь Его укрепила нас, и безумие Его нас умудрило. Далее. Смертью Своей Он привел на землю наше воскресение, чтобы мы могли возвысить голос наш к Небесам и сказать: если же и знали Христа по плоти, то ныне уже не знаем, но каждый во Христе новая тварь (2Кор.5:16-17). Истинно, возлюбленные мои о Господе, говорю вам о том, что относится к слову свободы, которым мы освободились. Я еще много чего имею сказать вам, но теперь не время говорить вам это. Итак, приветствую вас всех, дорогие мои дети о Господе, святые чада Израиля по вашей умной сущности. Воистину, подобало вам, кого привлекла любовь Творца, искать спасения душ ваших по вложенному в нас Закону завета. Но из-за умножения нечестия, и восстания зла, и ненасытности страстей Закон завета, насажденный в сердце наше, засох, и чувства души нашей погибли, и потому мы уже не в силах были воспринимать ту славную умную сущность по причине смерти, в которую мы впали. Потому и написано в Божественном Писании: Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут (1Кор.15:22). Ныне и впредь Он есть жизнь каждого разумного создания, сотворенного Им по подобию Его образа, Того, Кто Сам - истинная Премудрость Отчая и неизменный Образ Отца (Евр.1:3). Но существо творений, созданных по образу Его, непостоянно, ибо зло вошло в нас, и в нем мы умерли, потому что оно враждебно природе нашей умной сущности. Итак, через то, что чуждо природе, мы сделались домом тьмы, исполненным войны. И я свидетельствую вам, что мы утратили наше знание праведности. Потому Бог Отец наш увидел этот недуг, что мы не в силах уже облечься, как подобает, в истину; и потому в благости Своей Он пришел посетить создания Свои в служении святых.

Молю всех вас о Господе, возлюбленные, уразумейте то, что я пишу вам, ибо я люблю вас не телесной любовью, но любовью духовной, любовью веры. Готовьте же себя, чтобы идти к Творцу вашему, раздерите сердца ваши, а не одежды ваши (Иоил.2:13) и спрашивайте себя, что можем мы воздать Господу, благодеявшему нам (Пс.115:3), Который даже в здешнем нашем жительстве и унижении помянул нас по великой Своей благости и бесконечной Своей любви, а не по грехом нашим воздал... нам (Пс.102:10); Который и солнцу повелел служить нам в этом нашем доме тьмы, и луну, и все звезды учредил в наше услужение, повелев им покориться суете, которая преходит (Рим.8:20), в подкрепление телу нашему. Есть еще и другие силы, таинственные силы, которые Он поставил служить нам, силы, которых мы не видим нашими телесными глазами.

Итак, что же мы ответим Ему в день Суда, или какого блага лишил Он нас, какого не сотворил для нас? Не умерли ли пророки ради нас? Не терпели ли апостолы гонения ради нас? Или Сын Его Возлюбленный не умер ли за нас всех? И ныне мы должны приготовить себя, чтобы прийти к Творцу нашему в святости. Ибо Творец увидел, что никакое из Его созданий, ни даже святые, не могли исцелить великую рану в наших членах. Потому, будучи Отцом творениям, Он ведал немощь всего ума их, и сотворил им милость по великой Своей любви, и не пощадил Сына Своего Единородного ради спасения всех нас, но предал Его за грехи наши (Рим.8:32). И беззакония наши уничижили Его, и ранами Его мы все исцелились (Ис.53:5). И Он собрал нас со всех концов земли словом силы Своей, чтобы совершить воскресение ума нашего от земли, уча нас, что мы - члены друг другу (Еф.4:25).

Потому надлежит нам, приближаясь к Творцу нашему, упражнять наш ум и чувства, чтобы понимать различие добра и зла и знать все благодеяния Иисуса в Его пришествие, как стал Он, подобно нам, искушен во всем, кроме греха (Евр.4:15). Но по нашему великому нечестию и восстанию зла, и плачевному нашему непостоянству пришествие Иисуса стало для иных безумием, а для иных - камнем преткновения, но для других - приобретением; для некоторых - премудростью и силой; для некоторых - воскресением и жизнью (1Кор.1:23-24). И да будет вам известно, что пришествие Его стало судом для всего мира, ибо сказано, что наступают дни, говорит Господь, и все сами будут знать Меня, от малого до большого, и уже не будет учить человек другого, и брат брата, и говорить: "познайте Господа", ибо Я сделаю, чтобы имя Мое было слышно во всех концах земли; и потому заграждаются всякие уста, и весь мир становится виновен пред Богом, ибо, познав Бога, они не восславили Его как Творца своего (Иер.31:34. Рим.3:19. 1:21) по неразумию своему, из-за которого не могли они воспринять Его мудрости, но каждый из нас по собственной воле предал себя злу и стал рабом ему.

И потому Иисус истощил Себя в Славе Своей и принял образ раба (Флп.2:7-8), чтобы Его рабство сделало нас свободными. И мы сделались безумны, и в безумии нашем совершили всякое беззаконие; и Он принял образ безумия, чтобы Его безумием мы умудрились. И мы обнищали, но в нищете нашей не осталось никакой праведности; и потому Он принял образ нищеты, чтобы Своей нищетой сделать нас богатыми мудростью и разумением (2Кор.8:9). И не только. Но принял Он образ нашей немощи, чтобы немощью Своей укрепить нас. И Он стал послушен Отцу во всем даже до смерти, и смерти крестной (Флп.2:18), так что смертью Своей Он смог совершить воскресение всем нам, сокрушив того, кто обладал державой смерти, то есть диавола (Евр.2:14). И если, поистине, мы освободились Его пришествием, подобает нам сделаться учениками Иисуса и в Нем принять Божественное наследство.

Истинно, возлюбленные мои о Господе, я сильно смущаюсь и тревожусь в духе, ибо мы носим одежду и имя святых и гордимся этим перед неверующими. Но боюсь я, как бы не исполнилось на нас слово Павла, гласящее об имеющих вид благочестия, силы же его отвергшихся (2Тим.3:5). И из любви, которой я люблю вас, я молю Бога о вас, чтобы вы не принимали всуе жизнь свою, но приняли в наследство вещи невидимые. Истинно, дети мои, если бы мы даже всей силой отдали себя воле Господа, какая нам за то благодарность? Ведь мы ищем собственной награды, мы желаем того, что природно нашей сущности. Ибо каждый, кто ищет Бога или служит Ему, делает то, что природно его сущности. Но каждый грех, в каком мы повинны, чужд и не соприроден нашей сущности.

Истинно, дорогие мои дети о Господе, приготовившие себя, чтобы принести в жертву Богу в святости, мы не скрыли от вас ничего из необходимого, но свидетельствуем вам, что видели, как враги праведности всегда замышляют зло против истины. И об этом также дан был нам совет; о том, что рожденный по плоти всегда будет гнать рожденного по духу (Гал.4:29), и все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы (2Тим.3:12). Потому Иисус, зная все скорби и искушения, которые придут в мире к апостолам, зная и то, что терпением своим они сокрушат всю силу врага, то есть идолопоклонство, утешил их и сказал: В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир (Ин.16:33). И Он учил их, говоря: "Не бойтесь мира, ибо все страдания в мире ничего не стоят в сравнении с той славой, которая откроется. Если гнали пророков, которые были прежде вас, будут гнать и вас; если они Меня ненавидят, возненавидят и вас. Но не бойтесь, ибо терпение ваше сокрушит всю силу врага" (Рим.8:18; Мф.5:12; Ин.15:20; Лк.21:19).

Обо всем, что относится к слову свободы, которым мы стали свободны, я много еще имею сказать вам. Но дай наставление мудрому, и он будет еще мудрее (Притч.9:9). Мы с вами еще нуждаемся во взаимном утешении в наших убогих словах. Но когда ум достигает истинного разумения, он больше не нуждается в неверной телесной речи. Но я радуюсь обо всех вас, истинных чадах Израиля по вашей умной сущности. Ибо, прежде всего, разумный человек должен узнать себя самого, а затем узнавать о Боге и обо всех щедротах, какие милость Его оказывает нам; и затем познать, что всякий грех и вина чужды природе нашей умной сущности. Ибо Творец наш, увидев, что по нашему свободному выбору мы приобрели все эти неестественные вещи, в которых мы умираем, и движимый состраданием к нам, по благости Своей пожелал вернуть нас к тому началу без конца, и посетил создания Свои, не пощадив Себя Самого ради спасения всех нас. Он предал Себя Самого за грехи наши (Гал.1:4), и наши беззакония уничижили Его, но ранами Его мы все исцелились (Ис.53:5). И словом силы Своей Он собрал нас из всех народов, от конца вселенной до другого конца, и научил нас, что мы - члены друг другу. (Еф.4:25). И потому, если мы действительно приготовились к освобождению через Его пришествие, испытаем себя, чтобы увидеть, что и мы, как люди разумные, можем воздать Господу, благодеявшему нам (Пс.115:3). И я также, убогий бедняк, пишущий вам это послание, пробужденный от сна смерти, большую часть времени моего на земле провел, плача и рыдая, и говоря: "Что воздам, я Господу, благодеявшему мне?" (Пс.115:3). Ибо нет ничего, чего бы мы были лишены от Него, чего бы не совершил Он для нас в нашем убожестве. Он послал пророков на пророчество и апостолов Своих проповедовать нам Евангелие. И величайшему из всех Его изволений, Сыну Своему Единородному, Он повелел принять образ раба ради нас.

Итак, умоляю вас, возлюбленные мои о Господе, сонаследники святым, пробудите ум ваш к страху Божию. Ибо пусть будет вам внятно слово это: Иоанн, Предтеча Господень, нас ради крестил во оставление грехов, но Духом мы освящаемся во Христе. Приготовимся же во всей святости очистить чувства нашего ума, чтобы стали мы чисты Крещением Иисуса, и так смогли принести себя в жертву Богу. И Дух сей Утешитель утешает нас и ведет нас, и возвращает к нашему началу, чтобы открылось наше наследство и власть Его утешающего Духа. Потому все, кто во Христа крестились, во Христа облеклись. Нет уже... раба, ни свободного, нет мужеского пола, ни женского (Гал.3:27-28). И всякий телесный язык становится бессилен в то время, когда воспринимают святое наследство и поклоняются Отцу, как подобает, в духе и истине (Ин.4:24). И пусть слово это будет внятно вам; не ждите будущего Суда в том пришествии Иисуса. Ибо в пришествии Его уже суд для всех нас.

Так знайте же, что святые и праведники, облеченные Духом, молят о нас непрестанно, чтобы мы смирились пред Богом и вновь облачились в одежду, которую прежде сняли, нашей умной сущности. Ибо часто глас этот приходил от Бога Отца всем тем, кто облачился Духом, говоря им: Утешайте, утешайте народ Мой, говорит Господь священники, говорите к сердцу Иерусалима (Ис.40:1-2). Ибо Бог всегда посещает Свои создания и показывает на них милость Свою.

Истинно, возлюбленные мои, многое еще о Слове истины, которым мы освободились, могу я сказать вам. Но, как сказано, дай наставление мудрому, и он будет еще мудрее (Притч.9:9). Пусть же Бог мира подает вам благодать и Дух различения, чтобы вы знали, что то, что я пишу вам, есть воля Господня. И пусть Господь Всемилостивый хранит вас в святости до последнего вашего издыхания. Я же всегда молю Бога о спасении всех вас, возлюбленные мои о Господе. Благодать Господа нашего Иисуса Христа да будет со всеми вами. Аминь.

БИБЛИОГРАФИЯ

Источники

I
Святой Афанасий. Житие Антония: Migne, Patrologia Graeca, XXVI, 835-976.
St. Athanasius. The Life of Antony and the Letter to Marcellinus, Trahsl. and Intr. by Robert C. Gregg, London, 1980.

II
Послания:
Латинская версия: Migne, PG, XL, 977-1000.
Сирийская версия (только первое послание): ed. F. Nau, Revue de I'Orient Chretien, XIV (1909) pp.282-97.
Грузинская версия, с фрагментами коптского оригинала: ed. G. Garitte, Corpus Scriptorum Christianorum Orientalium, vols. CXVIII (1955: текст), CXLIX (1955: латинский перевод).

III
Слова Антония, включенные в Apophthegmata Patrum, см.: Migne, PG LXV, 76-88.
Англ. перевод см.: Sayings of the Desert Fathers, transl. by Sister Benedicta Ward, Mowbrays, 1975; франц.: Paroles des anciens. Apophtegmes des peres du desert. Traduits et presentes par Jean-Claude Guy. Editions du Seuil, 1976.

Современные исследования
Derwas J. Chitty. The Desert a City (Oxford, 1966), chapters 1-2.
L. Bouyer, La Vie de S. Antoine. Essais sur la spiritualite du monachisme primitif. (S. Wandrille, 1950).
E. R. Hardy, Christian Egypt (New York, 1952).
B. Steidle (ed.), Antonius Magnus Eremita 356-1956 (Studia Anselmiana 38: Rome, 1956).

Примечания:
¹ Ср. рассказ из Апофтегмата: "Три старца имели обыкновение каждый год приходить к блаженному Антонию. Двое из них расспрашивали его о своих помышлениях и о спасении души; третий же хранил полное молчание. По прошествии долгого времени авва Антоний сказал ему: "Ты здесь уже долгое время и ни о чем меня не спросил!" Тот отвечал: "Одного мне довольно, отче: смотреть на тебя"". - Альфа. Авва Антоний 27. J-C. Gui, р.21.
² Этот памятник, Apophthegmata Patrum (Migne, Patrologia Graeca, LXV), в последние десятилетия пользуется огромной исследовательской и читательской популярностью в Европе. Среди новейших переводов укажем английский: Sayings of the Desert Fathers, transl. by Sister Benedicta Ward, Mowbrays 1975, французский Paroles des anciens. Apophtegmes des peres du peres du desert. Traduits et presentes par Jean-Claude Guy. Editions du Seuil, 1976. (см. библ.) и итальянский: I padri del deserto. Detti, a cura di L. Mortari, Roma 1972.
³ Derwas J. Chitty, D.D. The Desert a City. Basic Blackwell, Oxford, 1966.
⁴ Sobornost, series.3, 19 (1956), pp. 339-43.
⁵ Исповедь. VII, 6-7.
⁶ Vita prima 6.
⁷ Practicus 92.
⁸ Послание VI.
⁹ Послание VI.
¹⁰ Афанасий. Житие Антония 15 (PG XXVI, 865В).
¹¹ Послание IV.
¹² Vita prima 120.
¹³ Послание III.
¹⁴ Coll. III, 4.
¹⁵ Послание II. Ср.: Ин.15:15, Рим.8:15.
¹⁶ Charles Wesley, Wrestling Jacob.
¹⁷ Апофтегмата в алфавитном порядке. Альфа. Авва Антоний 32 (PG LXV, 85C).
¹⁸ Ссылки на книги Священного Писания даются по русскому и славянскому переводам. Часто цитирование в посланиях свободное, и в таких случая мы следуем за оригиналом. (Прим. пер.)

Перевод по изданию: THE LETTERS OF SAINT ANTONY THE GREAT. Translated by Derwas J. Chitty, D. D. Foreword by Bishop Kallistos of Diokleia. SLG Press Convent of the Incarnation. Fairacres Oxford Eighth Impession 1995

наверхъ / къ оглавлению

 

 

Устав отшельнической жизни

1. Даю сии правила, как изречет их Господь устами моими, для тех, кои хотят подклониться под тяжелое иго отшельничества. Должно повиноваться сим заповедям, и кто нарушит хоть одну из них, тот меньшим наречется в Царствии Небесном (Мф. 5, 19).

Внешнее течение и внешние порядки такой жизни. Удаление от мира и от сожительства с людьми.
2. Кто хочет спастись (в мироотреченном образе жизни), пусть не остается в доме своем и не живет в том городе, в котором грешил; также пусть не посещает родителей своих и ближних по плоти: ибо от этого бывает вред душе и гибнут плоды жизни.
3. Не возвращайся в город, в котором некогда грешил ты пред Богом.
4. Не ходи смотреть, как живут родные твои, и им не позволяй приходить смотреть, как живешь ты; и даже совсем не видайся с ними.

Избрание пустынножительства.
5. Духовные отцы наши утверждают, что пустынь есть самое пригодное место для размышления о смерти и верное убежище от увлечения вещами мирскими, покоящими плоть.
6. Кто живет в пустыни и безмолствует, тот избавлен от трех браней: от брани через слух, от брани чрез язык и от брани через видение того, что может уязвлять сердце его.
7. Смотри, чтоб не обольстил тебя помысел, внушая, что пустынь есть место прохлаждения.

Келейное уединение.
8. Удаляясь от молвы житейской, уединись, и будешь странник. Сидеть в келии будет для тебя тоже, что отправиться в чужую сторону.
9. Когда выйдешь куда, всеми мерами старайся поскорее воротиться в уединилище свое, чтоб предаться молитвам своим.
10. Когда пойдешь на жатву, не мешкай там, но скорее возвращайся в свое уединилище.
11. Когда посетишь какого брата, не медли долго в его келии.

Келейные занятия и порядки.
12. Пребывая в келии своей, держи следующие три занятия: рукоделие, чтение псалмов и молитву.
13. Пребывая в келлии, вот чем занимайся: чтением писаний, молитвою к Богу и рукоделием.
14. Каждый день постись до 9-го часа, исключая субботы и дня Господня. Когда настанет 9-й час, иди в келию свою (внутреннейшую), и прежде принятия пищи соверши молитву свою. По вкушении пищи, то читай, то молись попеременно.

Молитвословие и коленопреклонения.
15. Исполняй молитвы в установленные часы, ни одного не пропуская, чтоб не дать за это ответа.
16. Молитву свою ночью совершай, прежде чем пойдешь в церковь.
17. (И всегда) прежде, чем пойдешь в церковь, молись в келии своей.
18. (Вообще) прежде и после общей молитвы с братиями, всегда совершай молитву и в келии своей; и никогда не ленись этого делать.
19. Почасту преклоняй колена, и не ленись это делать, чтоб не умереть злой смертию.
20. Когда молишься, не допускай лености: ибо молитва лениваго праздные слова.
21. Когда молишься и воспоминаешь о Боге, будь как птица, легко и высоко парящая, по обету монашества и значению одежд твоих.

Чтение и Богомысленное размышление.
22. Прилежи чтению писаний, и они исторгнут тебя из нечистоты (или: будут разгонять нечистые помыслы).
23. Если будешь постоянно и усердно заниматься чтением писаний и исполнять заповеди, то Божие милосердие пребудет с тобою.
24. Размышляй о делах Божиих и не ленись молиться.
25. Монах, сидящий в келии своей с сомкнутыми устами и Бога не помнящий, похож на раззоренный дом, находящийся вне города, который всегда полон всякими нечистотами; потому что, кто не вздумает вы несть нечистоты из дома своего, туда их относит. (То есть: молчит устами, а умом мечтает, помыслам поблажает и сердцем увлекается, - что все есть греховный сор, бесами в душу ввергаемый).

Рукоделие и вообще труд.
26. Тело надобно порабощать и утомлять долгим трудом.
27. Назначь себе умеренный какой-нибудь труд для келейнаго занятия, и сердце твое смиренно будет.
28. Понуждай себя на труд рукоделия; и вселится в тебя страх Божий.
29. Будь прилежен в трудах рукодельнических и низойдет на тебя страх Божий.
30. Сидя в келии, налегай на труды рукоделия; но при этом имени Господа не отпускай от себя, но непрестанно вращай Его в уме твоем, поучайся Ему в сердце твоем и хвали Его языком твоим, говоря: Господи мой, Иисусе Христе, помилуй меня; или: Господи Иисусе Христе, пошли мне помощь Твою; или: Хвалю Тебя, Господи мой, Иисусе Христе.

Пища.
31. Один (и тот же всегда) час установи себе (для принятия пищи, и принимай ее) для подкрепления тела своего, а не для услаждения.
32. Употребляй самую простую и дешевую пищу.
33. Хлеб твой съедай в безмолвии и с воздержанием, и смотри, чтобы сидение твое (за столом) было скромно.
34. Не ешь до сыта.
35. Не будь жаден и падок на пищу, чтоб не возобновились в тебе преж ние грехи твои.
36. В среду и пятницу не разрешай поста.
37. Мяса совсем не ешь.
38. К месту, где точат вино, не подходи.
39. В собрания и угощения (общая трапеза) не спеши.
40. Если придешь в какое место, где учреждается общая трапеза, вкуси и воздай благодарение Богу.
41. К трем чашам вина не прибавляй четвертой, разве только по какой-либо великой болезни.
42. Не тотчас протягивай руку к тому, что тебе предлагается.
43. Если ты молод, не протягивай руки своей прежде других; потому что это нескромно.

Сон.
44. Спи мало и в меру; и Ангелы посетят тебя.
45. Когда здоров, не снимай пояса своего.
46. Когда ляжешь спать, не влагай рук твоих внутрь, чтоб не согрешить и не знаючи.

Одежда.
47. День и ночь будь в кукуле твоем, и в мантии твоей, и во всей одежде твоей, как узник и заключенник.
48. Не надевай одежды, которою мог бы ты величаться и хвалиться.
49. Одежды твои береги, чтоб в день суда не оказаться тебе нагим среди сонма других. Все содержание, котораго главная черта - нищета.
50. Больше того, сколько тебе нужно, не сберегай ничего.
51. Нищета есть ничто иное, как умеренность во всем, или такое состояние, в котором довольствуются малым.
52. Люби поношение паче почета, утруждение тела паче покоя, и недостаток в вещах (потребных), паче избытка.

Церковное Богослужение.
53. Дела церкви (смотрение за церковью и Богослужением) должны быть поверяемы мужу верному и Бога боящемуся.
54. Как только ударят в било, не ленись тотчас идти в церковь. 55 Не оставляй Богослужения, да не будет тебе это в преткновение и сеть.
56. В церкви отнюдь не говори.
57. Не так будь в церкви, как в таком месте, где собирается много народа (чтоб в душе не было шума и толкотни помышлений).
58. В церкви не хорони мертвеца своего (не занимайся тем, как устроить свои житейские дела).

Соотношения: Первое и главное - к авве, отцу духовному, к старцам и вообще к преуспевающим.
59. Ни к какому делу, каково бы оно не было, не приступай, не посоветовавшись с аввою монастыря.
60. Пред аввою твоим и высшим себя не размножай слов.
61. То твердо держи всегда в сердце своем, чтоб слушаться отца своего; и вселится в тебя страх Божий.
62. Совершенство подвига твоего есть послушание; и добро человеку, если он несет иго Господне от юности - служит и повинуется.
63. Не будь непослушен, иначе будешь орудием и сосудом всех зол и неправд.
64. Со смирением и плачем проси отца своего, чтоб он наставил тебя в том, чего еще не знаешь; и не будешь постыжен.
65. Помни всегда того, кто напаяет тебя добрым учением, и от него старайся вызнать животворныя заповеди и благоуспешную проведешь жизнь по воле Господа, как написано у блаженнаго Апостола Павла: в сих поучайся, в сих пребывай: да преспеяние твое явлено будет во всех (1 Тим.4, 15).
66. Если ты искренно подклонишь выю свою под иго послушания, внимательно выслушивай, что говорится тебе, и потом добросовестно исполняй то по всей силе заповедания.
67. Не скрывай от отца своего греха, сделаннаго тобою.
68. Добрым нравам каждодневно учись у старших своих.
69. Отцев своих духовных люби больше, чем родителей плотских, потому что те заботятся о тебе ради Бога.
70. Так живи, чтоб отцы монастыря, родившие тебя духовно, порадова лись славе твоей в сонме святых.
71. Всячески заботься о том, чтоб благословение старцев монастыря почивало на тебе.
72. Не всем открывай помыслы свои, а только тем, которые могут уврачевать душу твою.
73. Не всем открывай помыслы свои, чтоб не быть в соблазн брату своему.
74. Ко всем имей приятельское расположение; но не всех имей советниками.

Взаимное - всех ко всем.
75. Старайся достигнуть того, чтоб все люди благословляли тебя.
76. Попечалься с братом твоим, и покажи ему доброе участие.
77. Если какой брат усердно попросит тебя помочь ему, работай с ним весь тот день.
78. Друзей прежде опробуй испытанием, и не всех делай себе близкими, не всем вверяйся; потому что мир полон лукавства. Но избери себе одного брата, боящагося Господа, и с ним дружись как брат с братом. А лучше всего прилепись к Богу, как сын к отцу; ибо люди все вдались в лукавство, искулючая немногих. Земля полна суеты, бед и скорбей.

Старших к другим.
79. Если ты перестал работать греху, то говори во имя Господне и нас тавляй тех, коих ради хулится имя Господа: и как они мертвые и отсечены от живаго Господа, постарайся, чтоб они отстали от своих мертвых дел, оживотворились и сподобились получить славу.
80. Обличай (и исправляй) детей своих (духовных) нещадно; потому что с тебя взыщется осуждение их (если они окажутся достойными осуждения на страшном суде).
81. Обличай не щадя, но со страхом Божиим. Не приемли ничьего лица, кто бы тут не был, и отлучай словами истины.
82. Если какой брат придет к тебе и откроет свои помыслы, - смотри, никому их не пересказывай, но молись о себе и о нем, да спасет вас Господь обоих.
83. Не отвергай того, кто ищет веры во Христа.
84. Кто не принимает наставлений твоих, не говори их тому.
85. Ничего не предлагай кому-либо в правило, прежде чем сам исполнишь то делом.
86. Величайшее из всех безобразий безобразие есть - заповедовать другому делать то, чего сам не исполняешь; ибо никакой не получишим мы пользы от чужих дел.

К больным.
87. Вставая утром каждый день, заботься о больных, какие есть у вас.
88. Ходи к больным и их сосуды наполняй водою.
89. Все, что можешь, все лишнее раздавай больным монастыря.
90. Если авва твой приставит тебя служить больным, служи им от всего сердца твоего, чтоб двоякую получить награду от Бога, т.е. за по сушание, с любовью исполненное.

К странникам.
91. Если придет к тебе брат какой, хоть не во ремя, прими его с радостию, чтоб он воздал благодарение Богу и на тебя не поскорбел.
92. Если брат какой придет к тебе, смири себя во всем пред ним, покажи ему радушие ради Господа, и бойся вознестись гордостью.
93. Лице твое всегда должно быть печально, разве когда к тебе придут братия-странники: тогда прими вид радостный.

Взаимное обращение.
94. Будь скромен во всех своих действиях.
95. Во всем поведении своем и взаимообращении с другими усвой себе приемы беднаго нищаго: не величайся, ни когда ведешь беседу, ни когда поешь гимн или хвалебную песнь Богу. И когда сойдешься с братиями, слова твои да будут безъискуственны.
96. С отроком и юношею не заводи речи, тем более не своди дружбы; и в сожительство таких не принимай, чтоб не дать место диволу.
97. С отроком совсем не говори; ибо иначе он будет тебе в преткновение.
98. Не бери за руку подле тебя стоящаго брата и не касайся ланит его, старше ли он, или моложе тебя.
99. Всеми силами удаляйся от людей, чуждых разума и совета.
100. Если любишь покойную жизнь, не входи в круг тех, у коих вся забота о суетностях, и если случайно попадешь в среду их, будь таков, как-бы тебя там не было.

Собеседование и вообще употребление языка.
101. Не возвышай (не издавай) голоса (все молчи в келлии), разве только для молитв, уставом положенных.
102. Бегай брани языка (обуздывай язык).
103. Не многословь, чтобы не удалился от тебя Дух Божий.
104. Преславное дело хранить молчание, подражая Господу, Который хранил молчание, несмотря на сан Ирода.
105. Когда сойдешься вместе с подобными тебе верными, избирай лучше слушать и уразумевать, что говорено будет другими, с готовностью исполнять спасительное. Это будет гораздо лучше, чем говорить самому.
106. Когда придешь к кому, да будет страх Божий в сердце твоем, и уста свои храни, чтоб в мире возвратиться в келлию свою.
107. Муж мудрый хорошо знает как себя держать, потому не спешит говорить, но взвешивает, где надо говорить и где слушать; напротив, муж ненаказанный не хранит этого, в тайне держимаго, управления и обуздания языка.
108. Когда сидишь среди братий, не слишком много говори; и если будешь о чем спрашивать их, скажи то кратко со смирением.
109. Слова твои да будут со сладостью и в назидание. Помни,что от слов и слава и унижение.
110. Не говори с раздражение, но да будут слова твои с мудростью и разумом, равно как и молчание твое. Подражай премудрым отцам нашим, которых слова всегда были полны мудрости и разума, равно как и молчание их.
111. Язык твой всегда да следует разуму, потому что слова, чуждыя разума, суть колючие остны и иглы.
112. Бегай лжи; иначе она отгонит от тебя страх Божий.
113. Уста твои должны говорить всегда одну истину.
114. Предметом бесед твоих да будут благодеяния Всевышняго Бога; этим ты сделаешь себя достойным получить от Него еще большия блага.
115. Не спрашивай о делах злых; но дальше от них держи внимание свое.
116. Не заводи пустых речей, и тем, которые заводят их, не подставляй уха, чтоб не почерпнула им зла душа твоя.
117. Ненавидь праздную речь о всем, что есть от мира сего.
118. Как можно воздерживайся от шуток и забавных речей.
119. Не кричи и не говори громко и скоро; ибо написано: кто умножает слова, тот не безопасен от греха (см. Еккл. 10, 14).
120. Не будь упрям и не настаивай на слове своем, чтоб не вошло в тебя зло (злость, серчание).
121. Не божись совсем, - ни в несомненном, ни тем паче в сомнительном деле.

На случай отлучек.
122. Если необходимость заставит идти в город, - не ходи один.
123. Когда идешь за водою, или путешествие совершаешь, читай (псалмы на память) и размышляй.
124. Когда совершаешь путешествие с братиями, отдаляйся от них немного, чтоб сохранить молчание.
125. Идя дорогою, не обращайся направо и налево, но перечитывай со вниманием псалмы свои и молись усердно Богу умом. Потом, где бы тебе не пришлось быть, с жителями места того не братайся.
126. В толпу людей мирских не вмешивайся; но и фарисею не подражай, который делал все напоказ.
127. Женщине не позволяй приблизиться к себе и не потерпи, чтоб она вошла в жилище (комнату), потому что вслед за нею идет буря по мыслов.
128. С женщиною не ешь вмете, и с отроком не входи в содружество ни когда.
129. Когда придется где ночевать, смотри, не покрывайся одною и тою же одеждою с другим кем.
130. Не ложись на одной рогоже с тем, кто моложе тебя.
131. Двое вместе не спите на одной рогоже, разве крайняя заставит нужда. Хотя бы то был отец или брат, и это допускай с великим страхом.
132. В гостинницах монастырских не засиживайся.

Строй внутренней жизни. Исходное начало жизни - ревность.
133. Будь ревностен о стяжании добродетелй, чтоб иначе не привлечь к себе нерадения.
134. Бойся охлаждения любви Божественной.
135. От добрых дел, к которым приступил ты, не возвращайся вспять.
136. Не возвращайся вспять с пути уединения твоего.
137. Не оставляй трудов, которые несешь ты ради добродетели, - чтоб не сделаться ленивым и нерадивым, и не погрешить в последний час; но люби Господа до самаго конца, и получишь милость.
138. Как развалины вне города всем служат для смрадных нечистот, так душа того, кто лениво и вяло проходит уединенническую жизнь, бы вает вместилищем всех страстей и нечистот греховных. Правило жизни - воля Божия в заповедях.
139. Если ты предал себя Богу, соблюдай все Его заповеди, и что тебе повелевается, делай то тщательно, ничего не опуская; потому что, если думаешь опускать что, то не отпустятся тебе прежние грехи твои, если же твердо положишь исполнять все (до положения живота), то будь уверен, что прежние грехи твои уже прощены.
140. Мысли твои постоянно должны быть заняты Божественными заповедями, которыя старайся и исполнять всеми силами, не оставляя ни одной, чтоб иначе душа твоя не сделалась вместилищем всех нечистот. 141 Если приступаешь к какому делу и не видишь на то воли Божией, ни за что не делай того.

Цель - слава Божия.
142. Всевозможно старайся о том, чтоб славился (чрез тебя) Отец твой, Иже есть на небесах. (Мф. 5, 16).

Памятования - возбудители и поддержатели ревности. Об обете и первом жаре.
143. Ради тленных вещей не отступай от Бога; но помни, что обещал ты, когда пламенел в тебе жар стремления твоего к богослужению.
144. Старайся не забывать значения одежды твоей, которою облечен ты был вначале; помни и о слезах покаяния твоего, кои пролиты были тобою тогда, - и поспешно отскочи от подкрадывающихся тайно помышлений (недобрых), чтоб не быть увлечену ими и на явныя дела.
145. Постоянное и искреннее приноси покаяние - и ни на одну минуту не предашься нерадению и лености.

О примерных ревнителях.
146. Не бери пример с того, кто слабее тебя, но с того, кто совершен нее тебя.
147. Да будут тебе в образец и пример те, которые возлюбили Господа от всего сердца своего и постоянно прилежат добрым делам; не стыдись просить у них уроков жизни, потому что они совершенны в добродетелях.
148. Не подражай тем, кои заботятся о прохлаждениях мирских, иначе не в чем не будешь иметь успеха; но соревнуй тем, которые ради Господа скитались (и скитаются) в горах и пустынях (Евр. 11, 38), да придет на тебя сила свыше.

О благах обетованных.
149. Если будешь исполнять все (заповеданное), то получишь наследие, котораго око не видало, о котором ухо не слыхало и сердце челове ческое не помышляло (1 Кор. 2, 9).
150. Употреби свет ведения на то, чтобы сподобиться быть в роде праведных, пока есть время.

О смерти и о суде.
151. Помни, что юность твоя прошла (силы истощились), а немощи возрасли, и близко уже время исхода твоего, когда имеешь ты дать отчет во всех делах своих, и знай, что там ни брат не искупит брата, ни отец не избавит сына.
152. Всегда поминай об исходе из тела и не выпускай из мыли вечнаго осуждения; если будешь так поступать, во веки не согрешишь.
153. Думай сам в себе и говори: я не пребуду в этом мире больше нынешняго дня, - и никогда не согршишиь пред Богом.
154. Всякий день полагай сам в себе, что этот один день остался тебе в мире сем, - и сохранишь себя от грехов.
155. Келлию твою преврати в темницу, содержа в мысли, что все уже для тебя кончено и вот-вот ударит час отрешения твоего от мира сего.
156. Блюди себя, чтоб не быть отвержену в будущем веке. Горе нерадивым; ибо приблизился конец их, и нет им помощника, ни надежды спасения. Производители успеха - благодатная помощь Божия и свои усилия и подвиги.

Помощь свыше, привлекаемая молитвою.
157. Господь наш Иисус Христос да подаст нам помощь все делать ко благоугождению Его.
158. Прежде всего молитву непрестанно изливай, и всегда благодарение возсылай Богу, за все что ни бывает с тобою.
159. Напрягайся непрестанныя изливать молитвы со слезами, чтобы сжалился над тобою Бог и совлек с тебя ветхаго человека.
160. Не переставай проливать слезы (молитвенныя), - и Бог сжалится над тобою и облегчит все твои болезнования (все, о чем болит душа твоя).
161. Если хочешь угодить Богу, предайся Господу Иисусу Христу, и Он избавит тебя и защитит.

Свои подвиги и усилия вообще.
162. Старайся проходить следующие, мною тебе предлагаемые подвиги, труд, нищету, странничество, лишения (ничего неимение) и молчание. Они сделают тебя смиренным, а смирение принесет тебе отпущение грехов. Смирение же состоит в том, чтоб человек считал себя грешником и думал, что он ничего добраго не делает пред Богом; чтоб прилежал молчанию и себя вменял ни во что; чтоб не упорство вал ни пред кем, настаивая на своем слове; чтоб отлагал свою волю, лице опускал долу, смерть имел пред очами, остерегался лжи, пустых не произносил слов, настоятелю не возражал, терепливо сносил обиды и нудил себя благодушно переносить всякия трудности и прискорбности. Постарайся, брат, соблюдать сии правила, чтоб не была безплодною жизнь твоя.
163. Отстраним все, что доставляет покой плоти нашей; жизнь эту будем мало ценить, чтоб жить в Боге, Который в день суда потребует от нас, алкали-ль мы ради Его, жаждали-ль, терпели-ль наготу, сокрушались ли, стенали-ль из глубины сердца нашего, испытвали-ль себя самих, достойны ли мы Бога. Итак, будем прилежать сокрушению и сетованию о грехах, чтоб обрести Бога; презрим плоть, чтоб спасти души наши.
164. Избери себе труд, и он, вместе с постом, молитвою и бдениями, избавит тебя от всех скверн, потому что телесный труд приносит чистоту сердца, а чистота сердца делает то, что душа приносит плод.
165. Люби милосердие, облекись в веру; не попускай сердцу своему злоумышлять злое, но понуждай его воздавать добром за зло, взыщи благостыню и мир и ревнуй о всех прекрасных делах.

Настроения души, условливающия успех. Пребывание в Боге со страхом, бодренным вниманием и отвращением от греха и мира.
166. Душа твоя да будет с Господом во всякое время, тело же твое пусть будет на земле, как изваяние и истукан.
167. Стой всегда пред лицем Господа с правотою.
168. Страх Божий всегда должен быть пред очами нашими; также память о смерти и неприязненное отвращение к миру и всему мирскому.
169. Умирай каждый день, чтобы жить; ибо кто боится Бога, тот будет жить во веки.
170. Бодрствуй непрестанно, чтоб не впасть в леность и нерадение.
171. Возненавидь все мирское, и отдали его от себя; иначе оно само от далит тебя от Бога.
172. Ненавидь все, в чем есть вред для души твоей.

Терпение.
173. Что бы ты ни делал, делай то с терпением, и Бог поможет тебе во всех делах твоих, и во всем, что ни случится с тобою.
174. Смотри, не малодушествуй.
175. Будь благодушен во всем, что ни делаешь по воле Божией.
176. Не скучай из-за помыслов, которые нападают на тебя в келлии, зная, что Господь никакого труда твоего (ради Его) не предаст забвению, это послужит тебе к преуспеянию и благодать Божия поможет тебе.
177. Мужество есть ничто иное, как твердость в истине и сопротивление врагам, когда не уступишь им, они отступят и совсем не покажутся более.

Сокрушение и плач.
178. День и ночь боли о грехах своих.
179. Возжги светильник твой елеем слез.
180. Непрестанно плачь о грехах своих, как бы ты имел мертвеца в келлии своей.
181. Лице твое всегда должно быть печально, чтобы вселился в тебя страх Божий.
182. Не считай себя чем либо; но предавайся плачу о грехах своих.

Смирение.
183. Возлюби смирение, и оно покроет все грехи твои.
184. Будь смирен во все дни жизни твоей и прилежи всему прекрасному.
185. Того, кто слабей тебя в добродетелях, считай равным себе; равнаго же себе в добродетелях почитай гораздо превосходящим тебя в совершенстве.
186. Не завидуй тому, кто идет вверх; но лучше всех людей считай высшими себя, чтоб с тобою был Сам Бог.
187. Не ходи с гордыми, но ходи со смиренными (это о подражании и содружестве).
188. Будь во всем смирен, - в осанке, в одежде, в сидении, в стоянии, в походке, в постели, в келлии и во всх принадлежностях ея.
189. Если станут хвалить тебя за дела твои, не радуйся тому и не услаждайся тем, утаевай их сколько можешь; не позволяй себе кому-нибудь говорить об них, и всячески постарайся достигнуть того, чтоб люди не хвалили тебя.
190. Бойся сделаться известным по какому-либо из дел твоих.
191. Если кто укорит тебя безвинно в каком грехе, смири себя, и получишь венец.
192. Приучи язык свой говорить: прости мне, - и придет к тебе смирение.
193. Навыкни, чтоб язык твой во всех случаях, во всякое время и всякому брату говорил: прости мне. Ибо если будешь всегда говорить: прости мне, - то скоро достигнешь смирения.
194. Будь готов при всяком слове (обличительном), которое слышишь, говорить: прости мне; - потому что такое смирение разстроивает все козни врага.
195. Знай, что смирение есть не иное что, как чтоб всех людей почитать лучшими себя. Твердо содержи в уме своем, что ты виновен во многих грехах, - голову свою держи поникшей долу, а язык твой пусть будет готов сказать тому, кто нанесет тебе обиду: прости мне, владыко мой! Постоянным же предметом помышления твоего да будет смерть.
196. Люби труды, всем себя подчиняй, уста свои держи заключенными, - и достигнешь смирения; смирение же привлечет отпущение всех грехов твоих.
197. Прежде всего не считай себя чем-либо, - и это породит в тебе смирение; смирение же породит науку (опытность и здравомыслие);- на ука же родит веру; вера же родит упование; упование же родит любовь; любовь же родит повиновение, а повиновение родит неизменное постоянство (твердость в добре).

Подвиги борьбы с грехом. Прежде всего с помыслами.
198. Далеко гони от себя злые помышления, предаваясь Богу; и Он покроет тебя десницею Своею.
199. Не всякому помыслу своему следуй.
200. Помыслов и пожеланий своих не исполняй.
201. Смотри, не попускай уму твоему увлекаться памятью прежних грехов, чтоб они не возобновились в тебе.
202. Не обращай в уме своем грехов, некогда совершенных тобою, чтоб они опять не возобновились. Будь уверен, что они прощены тебе в то время, как ты предал себя Богу и покаянию, и ни мало в том не сомневайся.
203. Об удовольствиях и утехах, которым предавался ты во время нерадения своего, не вспоминай, и речей о том не заводи, говоря: я то сделал, или это нарушил; ибо это может послужить тебе в преткновение.
204. О страстях, которым работал ты в мире, совсем не поминай, чтоб опять не возбудить похотения их, и это не послужило тебе в соблазн.

С разными пожеланиями порочными.
205. Апостол Иоанн в трех вещах совмещает все человеческие похоти, говоря: все, еже в мире, есть похоть плоти, похоть очес и гордость житейская (1 Иоан. 2, 16). - Похоть плоти есть насыщение чрева множеством разных яств, за которыми следует нечистота блудная, - Похоть очес имеет предметом своим вещественныя блага, при обладании коими око или возносится, или влагает в сердце нечистые виды. Гордость есть мирская любовь в шумной славе (высокое о себе мнение, самовосхваление, и жажда хвалы от других), которая заседает в умах наших по причине суетных и преходящих внешних достоинств каких-нибудь.
206. Бегай любоимания и непослушания, наипаче же многоядения, чтоб не опутаться тебе сетьми похотей своих, ибо оне изгоняют страх Божий из сердца и стыд с лица, предают любителям своего низким и срам ным делам, и отчуждают от Бога.
207. Совлекись гневливости и облекись в кротость, отбрось око развращенное и возьми себе око простое (десткое, чистое).
208. Будь далек от гнева и от похоти береги себя, равно как и от всяких греховных пожеланий. В частности, - со сластолюбием.
209. Человек сластолюбивый (только приятнаго ищущий) ни на какое дело негож.
210. Не будь сластолюбив; ибо сластолюбивых Бог не слушает.
211. Тело и утехи его имей в ненависти, потому что они исполнены зла.
212. Тело свое так изможди, чтоб оно было похоже на тело, лежащее на одре болезни. С гневом и порождениями его.
213. Если нападет на тебя гнев, поспешнее гони его подальше от себя и будешь радоваться во все дни жизни твоей.
214. Отнюдь ни на кого не сердись, и всем прощай.
215. Если кто неправедно укорит тебя, не разгорячайся.
216. Будь мудр, и уста тех, кои худо говорят о тебе, заграждай молчанием.
217. Не дивись, если кто-нибудь говорит о тебе худо, потому что это одна из хитростей злейших врагов наших, которою они полагают человеку препоны узнать истину.
218. Не будь скор на гнев и не держи зла на того, кто подвиг тебя на гнев.
219. Если получишь оскорбление, не имей неприязни к тому, кто нанес тебе его, но скажи: я достоин того, чтоб все братия презирали меня.
220. Не ропщи и никому не причиняй оскорбления.
221. Не воздавай злом за зло, ни оскарблением за оскарбление, ибо этим смиряет тебя Сам Господь, видя, что ты не смиряешься сам собою.
222. И младшие и старшие пусть молятся; да не попущено им будет подпать тиранству гнева.
223. Кто подставляет другую ланиту ударившему его в одну, тот обрадован в поношении своем. Господь наш Иисус Христос никогда не оставит его, ибо Он благ и помогает душам, которыя терпят ради Его, и ищут Его, подавая им сиу и крепость, пока они не утвердятся в покое (от страстей). Итак, радуйся, - когда встречаются скорби и смущения; ибо за ними следуют сладкие плоды.
224. Не бойся поношения от людей. С другими порочными движениями сердца, подрывающими успех: осуждением.
225. Если увидишь, что какой-нибудь брат согрешил, не презирай его, не отвращайся от него, и не осуждай его; ибо иначе сам впадешь в руки врагов твоих.
226. Не делай никому зла и никого не осуждай.
227. Уха своего не подставляй, чтоб услышать худое (о других); но будь снисходительно жалостив к людям, и жив будешь.
228. Не осуждай никого; ибо в этом твое падение.
229. Не укоряй брата своего, хотя бы ты видел его нарушителем всех заповедей, иначе и сам впадешь в руки врагов своих.
230. Не осуждай никого из смертных, чтоб Бог не возгнушался молитвами твоими.
231. Никому не выставляй на вид каких-либо его недостатков, ни по какой причине.
232. Никому не ставь в укор его немощей. Тщеславием и самомнением.
233. Когда творишь милостыню, не выставляй того на вид.
234. Если предаешься подвигам духовным, не хвались тем.
235. О добром деле, которое ты намерен сделать, не говори никому наперед, но сделай его.
236. Когда совершишь какия дела добродетели, не высокомудрствуй и не говори в себе: я то и то сделал; потому что если будешь так поступать, мудр не будешь.
237. Не будь славолюбив и в сердце своем и не держи самовосхваления, говоря: я то и то сделал, в том и том преуспел. Такие помыслы дышат тщеславием, и кто ими набит, тот стал жилищем нечистых духов.
238. Не оставляй воли Божией, чтоб исполнить волю людей.
239. Божией заповеди не нарушай из уважения к дружбе человеческой.
240. Не будь лицемером или притворщиком, тем паче лжецом.
241. Не пред людьми только будь праведен, но сам в себе будь мудр, кроток, благодушен, терпелив, ревностен, человеколюбив.

Гордость.
242. Не возносись делами своими, каковы бы они ни были.
243. Не возносись в гордости и не хвались.
244. Гордость далеко отгони от себя, ближняго же твоего и всех людей почитай лучшими себя.
245. Нет больше нечестия, как причинить кому-либо скорбь и возноситься над другими.
246. Не считай себя мудрым, иначе гордостью вознесется душа твоя, и ты впадешь в руки врагов своих.
247. Не считай себя всезнающим и мудрым (то есть не говори: сам знаю, сам умею делать); иначе пропадет труд твой, и корабль твой напрасно бежал доселе.

Заключение.
248. Кто не будет исполнять всего прописаннаго, тот подвигнет Бога на гнев. Я, Антоний, истину тебе говорю. Итак, преклони ухо твое к словесам моим и сокрой их в сердце своем; и знай, что этими заповедями я предаю тебя Творцу. Если ты сохранишь их, - будешь радоваться со всеми Ангелами, а всех злых духов поразишь скорбью. Ходи же в сих заповедях; и Бог будет с тобою и Ангелы Его будут сшествовать тебе; душа же твоя исполнится благоуханием святых и светом блаженных возсияет лице твое, и станешь ты святилищем Богу, как и все святые; и сретишь наконец Господа с веселием и радостью и услышишь глас оный, говорящий: добре, рабе благий и верный, о мале был еси верен, над многоми тя поставлю; вниди в радость Господа своего (Матф. 25, 21).
249. Не отступай ни от одного их сих наставлений; и Господь наш Иисус Христос даст тебе покой, и совершит в мире дело, к какому присту пил ты. Совершенные отцы наши, и те, которые подражали им, от исполнения их стали совершенными.
250. Если к сказанному захочешь прибавить какое-нибудь из добрых дел, прибавь; и непрестанное возсылай благодарение Господу нашему Иисусу Христу.
251. Каждую ночь слезами своими обливай ложе свое и смачивай постель твою, и смиряй себя пред Христом Господом, да изгладит Он грехи твои и тебя паки обновит, да подаст тебе помощь к совершению дел благих, и дарует в наследие царство Свое вечное. Ему буди хвала, честь, слава и поклонение, со всеблагим Отцем и Святым Духом, ны не и присно, и во веки веков. Аминь.

наверхъ/къ оглавлению

 

О доброй нравственности и святой жизни,
в 170 главах

 

1. Люди обычно именуются умными, по неправильному употреблению сего слова. Не те умны, которые изучили изречения и писания древних мудрецов, но те, у которых душа – умна, которые могут рассудить, что добро и что зло; и злого и душевредного убегают, а о добром и душеполезном разумно радеют и делают то с великим к Богу благодарением. Эти одни по истине должны именоваться умными людьми.

 

2. Истинно умный человек одну имеет заботу, вседушно повиноваться и угождать Богу всячески. Тому и единственно тому поучает он душу свою, как бы благоугодить Богу, благодаря Его за Его благое промышление, в каких бы ни находился случайностях по жизни. Ибо неуместно врачей и тогда, как они дают нам врачевства горькие и неприятные, не благодарить за оздоровление тела, а к Богу из-за того, что кажется нам не радостным, оставаться не благодарными, не разумея, что все бывает по Его промышлению и на пользу нам. В таком разумении, и в такой вере в Бога – спасение и покой души.

 

1. Воздержание, незлобие, целомудрие, твердость, терпение и подобные им великие добродетели, как бы силы (ратные) получили мы от Бога, чтобы они сопротивлялись и противостояли встречающимся с нами прискорбностям и помогали нам во время их: так что если мы будем упражнять сии силы и иметь их всегда наготове, то ничто из случающегося с нами не будет для нас тягостно, или болезненно, гибельно и несносно, ибо все то будет преодолеваемо сущими в нас добродетелями. Этого не имеют в мысли те, у коих душа не умна, ибо они не верят, что все бывает на пользу нам, чтобы просияли добродетели наши и мы увенчаны были за них от Бога.

    

2. Если почитая богатство и полное им наслаждение одной кратковременной призрачной суетой, и ведая, что добродетельная и богоугодная жизнь лучше богатства, ты твердо будешь стоять в сем убеждении и содержать то в памяти, то не будешь ни воздыхать, ни сетовать, ни роптать на кого-либо, но за все будешь благодарить Бога, когда увидишь, что худшие тебя прославляются за краснословие или ученость и богатство. Ненасытное желание богатства и удовольствий, славолюбие и тщеславие при неведении истины, суть самые злые страсти души.

    

3. Умный человек, рассматривая сам себя, познает, что должно и что полезно ему делать, что сродно душе его и спасительно и что чуждо ей и пагубно. И таким образом избегает того, что вредит душе, как чуждое ей.

    

4. Чем кто умереннейшую проводит жизнь, тем тот спокойнее бывает, потому что не печется о многом, – о рабах, земледельцах (наемных работниках) и приобретении скота. Когда же прилепляемся мы к сему, то, подвергаясь случающимся из-за того прискорбностям, доходим до того, что на Бога ропщем. Таким образом самопроизвольное наше желание (многого) наполняет нас смятением и мы блуждаем во тьме греховной жизни, не зная себя самих.

    

5. Не должно говорить, что невозможно человеку проводить добродетельную жизнь, но что это не легко. И точно не для всякого без различия удободостижимо это; но только те из людей приобщаются добродетельной жизни, которые благочестивы и имеют боголюбивый ум. Общий (обыкновенный) ум есть ум мирской и превратный; он дает помышления добрые и худые, изменчив и склонен к вещественному; а ум боголюбивый есть казнитель зла, которое бывает в людях от произвольной их беспечности.

    

6. Необразованные и простецы смешным делом считают науки и не хотят слушать их, потому что ими обличается их невежество, – и они хотят, чтобы все были подобны им: равным образом и невоздержные по жизни и нравам заботливо желают, чтоб все были хуже их, думая снискать себе обезвинение в том, что много злых. Гибнет и растлевается душа от зла греховного, которое многосложно и совмещает в себе блуд, гордость, алчность, гнев, продерзость, неистовство, убийство, ропот, зависть, лихоимство, хищничество, нетерпеливость, ложь, сластолюбие, леность, печаль, робость, ненависть, осуждение, разленение, заблуждение, невежество, обольщение, богозабвение. Этим и подобным терзаема бывает бедная душа, удаляющаяся от Бога.

    

7. Истинно ли подвижнически проходит кто добродетельную и прехвальную жизнь, об этом должно судить не по нраву, притворно на себя принимаемому, и не по лживому виду жития; но по тому, если кто, подобно искусным живописцам и ваятелям, показывает свою добродетельную и боголюбезную жизнь самым делом, отвращаясь от всяких сластей, как от сетей.

    

8. Человек богатый и благородного происхождения без душевного образования и добродетельной жизни несчастен в глазах людей здравомыслящих; напротив, бедный и раб по состоянию – счастлив, если он украшен образованием и добродетелью. Как странники заблуждаются на дорогах (и гибнут), так погибают непекущиеся о добродетельной жизни, будучи увлекаемы пожеланиями.

    

9. Человекотворцем должно назвать того, кто успевает умягчить нрав необразованных и заставит их полюбить науки и образование. Равным образом и тех, кои людей невоздержной жизни приводят к жизни добродетельной и Богоугодной, тоже должно считать человекотворцами, потому что они будто воссозидают людей. Кротость и воздержание суть счастье и благая надежда для душ человеческих.

    

10. Поистине должно людям надлежащим образом устраивать свою жизнь и нравы. Когда это будет исправлено, тогда удобно познается и Бог. От всего сердца и со всей верой чтящий Бога промыслительно получает от Него помощь к укрощению гнева и похоти. Похоть же и гнев суть причина всех зол.

     

11. Человеком должно называть или того кто умен (по первому пункту), или того кто принялся исправлять себя. Неисправного не должно называть человеком; потому что это (т.е. неисправимость) есть дело не человеческое. От таковых должно бегать. Сживающиеся со злом никогда не будут в числе бессмертных (т.е. блаженным бессмертием).

     

12. Только самым делом, качествующая в нас умность (по первому пункту), делает нас достойными называться людьми; не имея же такой умности, мы разнимся от бессловесных одним расположением членов и даром слова. Итак, да познает разумный человек, что он бессмертен; и да возненавидит всякую срамную похоть, которая бывает для людей причиной смерти.

     

13. Как всякий художник показывает свое искусство тем, что обделывает в прекрасные формы взятое им надлежащее вещество, – как то: один дерево, другой мед, иной золото и серебро, так и нам должно показывать, что мы люди не тем, что так устроены телесно, но тем, что истинно умны в душе, – тем, что покорствуем закону благожития, т.е. добродетельной и богоугодной жизни. Истинно умная и боголюбивая душа знает все, чему как следует быть в жизни, и Бога любительно умилостивляет, и благодарит Его искренно, к Нему устремляясь всем желанием и всей мыслью.

     

14. Как кормчие осмотрительно направляют корабль вперед, чтобы не наткнуться на подводный камень, или скалу какую, так и ревнующие о добродетельной жизни пусть тщательно рассматривают, что им должно делать и чего убегать, полезным для себя почитая только то, что внушают истинные и Божественные законы, отсекая от души лукавые помышления.

     

15. Как кормчие и кучера, при сообразительности и старании, успевают быть исправными в своем деле, так и тем, кои ревнуют о правой добродетельной жизни, должно внимательно соображать и заботиться о том, как бы пожить достодолжно и богоугодно: ибо хотящий сего и убедившийся в возможности для него достигнуть желаемого, верою достигает нетления (чистой жизни).

     

16. Свободными почитай не тех, кои свободны по состоянию, но тех, кои свободны по жизни и нравам. Не должно, например, называть истинно свободными знатных и богатых, когда они злы и невоздержны, потому что такие суть рабы чувственных страстей. Свободу и блаженство души составляют настоящая чистота и презрение привременного.

     

17. Напоминай себе, что непрестанно должно являть себя умным, но являть доброй жизнью и самыми делами. Так и больные находят и признают врачей спасителями и благодетелями, не по словам, а по делам.

     

18. Чья душа действительно умна и добродетельна, – это обнаруживается во взоре, поступи, голосе, улыбке, разговорах и обращении. В ней все изменилось и приняло благообразнейший вид, Боголюбивый ум ее, как бодренный привратник, затворяет входы для злых и срамных помышлений.

     

19. Рассмотри окружающее тебя и знай, что начальники и владыки имеют власть над телом только, а не над душой, – и всегда содержи сие в мысли своей. Почему, когда они приказывают, например, убить, или другое что сделать неуместное, неправедное и душевредное, не должно их слушать, хотя бы они мучили тело. Бог создал душу свободной и самовластной, и она вольна поступать как хочет, – хорошо или худо.

     

20. Умная душа старается избавиться от беспутства, надмения, гордыни, обольщения, зависти, хищения и подобного, каковые дела суть (дела) демонов и злого произволения. Все же то, при заботливом старании и внимательном обдумывании, успевает совершить человек, у которого пожелание не устремляется к низким удовольствиям.

     

21. Те, кои проводят жизнь в малых и невысоких подвигах, и опасностей избавляются, и не имеют нужды в особенных предосторожностях. Побеждая же во всем пожелания, они удобно обретают путь, к Богу ведущий.

     

22. Умным людям не нужно слушать всякого рода беседы, но только те, кои приносят пользу, кои ведут к познанию воли Божией; ибо она есть путь, коим люди опять возвращаются к жизни и свету вечному.

     

23. Тем, кои стараются жить добродетельно и боголюбиво, надобно отстать от самомнения и всякой пустой и ложной славы, и стараться о добром исправлении жизни и сердца. Боголюбивый и непеременчивый ум есть руководство и путь к Богу.

     

24. Никакой нет пользы изучать науки, если душа не будет иметь доброй и богоугодной жизни. Причина же всех зол есть заблуждение, прелесть и неведение Бога.

     

25. Углубленное размышление о доброй жизни и попечение о душе производят добрых и боголюбивых мужей. Ищущий Бога обретает Его, побеждая всякое похотение непрестанной к Нему молитвой. Таковой не боится демонов.

     

26. Обольщающиеся земными благами и знающие все до слова, что должно делать проводящим добрую жизнь, походят на тех, кои приобрели лекарства и врачебные орудия, а пользоваться ими не умеют и даже не заботятся о том. Посему в соделанных нами грехах не будем винить ни рождения нашего, ни другого кого, а только себя самих; ибо если душа самоохотно предается разленению, то не может быть не побеждаемой.

     

27. Тому, кто не умеет различить, что добро и что зло, не пристало судить, кто добр и кто зол из людей. Человек знающий Бога, – добр, а когда он не добр, то значит не знает (Бога) и никогда не будет познан (от Него): ибо единственный способ к познанию Бога есть доброта.

     

28. Добрые и боголюбивые мужи обличают в чем-либо худом людей, когда они есть на лицо, а отсутствующих не только не укоряют сами, но и тем, кои покушаются говорить что-либо о них, не позволяют того.

     

29. В собеседованиях не должно быть никакой грубости; ибо умных людей обыкновенно украшают скромность и целомудрие более, чем дев. Боголюбивый ум есть свет, освещающий душу, как солнце – тело.

     

30. При каждой из душевных страстей, восстающих на тебя, помни, что те, которые право мудрствуют и желают постановить касающееся их (свою участь) на должном и прочном основании, считают для себя усладительным не приобретение тленного богатства, а истинную славу (на небесах). Вот что соделывает их блаженными. Богатство и окрадывается и бывает отнимаемо сильнейшими, а добродетель душевная – одна есть стяжание безопасное и некрадомое, и при том такое, которое по смерти спасает стяжателей своих. Тех, кои так рассуждают, не увлекает призрачный блеск богатства и других утех.

     

31. Непостоянным и необученным не следует испытывать умных мужей. Умен тот, кто Богу угождает и больше молчит, или, если говорит, то говорит немного – и только нужное и Богу угодное.

     

32. Стремящиеся к добродетельной и боголюбивой жизни, ревнуют о добродетелях душевных, как о таком стяжании, которое составляет неотъемлемую их собственность и вечное утешение. Привременным же пользуются они лишь столько, сколько нужно и как дает и хочет Бог, употребляя его с весельем и всяким благодарением, хотя бы то было и очень умеренно. Ибо богатый стол питает тела, как вещественные, а познание Бога, воздержание, благость, благотворение, благочестие и кротость – обожают душу.

     

33. Властители, которые принуждают делать неуместные и душевредные дела, не господствуют над душой, которая создана самовластной. Они вяжут тело, но не произволение, которого господином пребывает умный человек по дару Создателя своего, сильнейшего всякой власти и принуждения и всякой силы.

     

34. Почитающие несчастьем потерю денег, или детей, или рабов, или другого имущества, да ведают, что во-первых должно быть довольными тем, что подает Бог, а потом, когда потребуется отдавать, то (обратно) с готовностью и благодушием, не муча себя скорбью по причине лишения того, или лучше, обратного возвращения: подобно тем, кои попользовавшись не своим, опять отдают то обратно.

     

35. Дело человека хороших качеств не продавать свободу свою ради приобретения богатства, хотя бы достающееся ему было очень значительно. Ибо сну подобны житейские блага, и богатство имеет только призрачный блеск, неверный и маловременный.

     

36. Люди с истинно-человеческими достоинствами (по значению вышеизложенному) должны столько стараться о боголюбивой и добродетельной жизни, чтоб их добродетельная жизнь сияла между другими людьми, подобно тому, как малая порфира, набрасываемая поверх белых одежд в украшение им, выдается и всем заметна бывает. Ибо таким образом надежнее будет их ревность о душевных добродетелях.

     

37. Благоразумным людям должно осматривать свою силу (рать) и держать в строю находящиеся в душе добродетели, чтоб таким образом быть всегда готовыми воспротивиться нападающим страстям, с сущей в душе их силой (ратью добродетелей), естественно дарованною им от Бога. Таковы суть: против красоты и всякой душевредной похоти – воздержание; против нужды и бедности – терпение; против досаждения и гнева – незлобие и подобное сим.

     

38. Добрым и мудрым человеком вдруг сделаться нельзя; но сие достигается внимательным обсуждением, упражнением, опытом, продолжительным подвигом и (главное) сильным желанием доброго дела. Добрый и боголюбивый человек, истинно познавший Бога, покоя себе не дает, делая все без исключения угодное Богу. Но такие мужи редко встречаются.

     

39. Людям, не имеющим природных к добру расположений, не следует в отчаянии о себе, опустив руки, небречь о боголюбивой и добродетельной жизни, как бы она ни была недоступна и недостижима для них, но должно и им подумать и посильное приложить попечение о себе. Ибо хотя и не возмогут они достигнуть верха добродетели и совершенства, но всячески, думая о себе и заботясь, они, или сделаются лучшими, или, по крайней мере, не станут худшими – и это немалая польза для души.

     

40. Человек по уму соприкасается с неизреченной Божественной силой, а по телу имеет сродство с животными. Но немного таких, которые, как настоящие люди, умные, стараются обращать мысль к Богу и Спасителю и иметь с Ним сродство, и это показывают делами и добродетельной жизнью. Большая же часть людей, несмысленные душой, оставив то Божественное и бессмертное всыновление, склоняются к мертвому, бедному и маловременному сродству с телами, и, как бессловесные, мудрствуя только о плотском и похотью разжигаясь, отлучают сами себя от Бога, и душу с неба низводят в пропасть плотских мучений.

     

41. Муж умный, помышляя о сопребывании и общении с Божеством, никогда не прилепится ни к чему земному или низкому, но устремляет ум свой к небесному и вечному, зная, что воля Божия – сия вина всякого добра и источник вечных благ для людей, – есть та, чтоб человек спасся.

     

42. Когда встретишь человека, который, любя спорить, вступает с тобою в борьбу против истины и очевидности, то, прекратив спор, уклонись от него, совсем окаменевшего умом. Ибо как дрянная вода делает ни к чему негожими самые лучшие вина, так и злые беседы растлевают людей добродетельных по жизни и нраву.

     

43. Если мы употребляем все старание и все средства для избежания смерти телесной, то тем паче должны стараться избежать смерти душевной: ибо кто хочет спастись, тому нет к тому никакого препятствия, – разве только нерадение и разленение души.

     

44. О тех, которые не любят узнавать, что им полезно, и что должно почитать добром, можно сказать, что они не в добром здоровье; у тех же, кои, познав истину, бесстыдно спорят против ней, умерщвлена разумность: нрав их сделался скотским, не знают они Бога и душа их не озарена светом.

     

45. Разные роды животных произвел Бог словом Своим для нашей пользы: одних для употребления в пищу, других для служения. А человека создал Бог, чтобы он был зрителем и благодарным истолкователем Его дел. Об этом и надобно стараться людям, чтобы иначе не умереть им не узревши и не уразумевши Бога и дел Его, подобно животным бессловесным. Ведать надлежит человеку, что Бог все может. Тому же, кто все может, никто не может противиться. Как из несущего все, что ни восхотел, сотворил Он словом Своим, так (и ныне) все творит во спасение людей.

     

46. Небесные существа бессмертны, по сущей в них доброте; а земные стали смертными, по причине находящегося в них самопроизвольного зла, которое у неразумных умножается от разленения их и неведения Бога.

     

47. Смерть для людей, кои понимают ее, есть бессмертие; а для простецов, не понимающих ее, есть смерть. И этой смерти не следует бояться, а (бояться надобно) погибели душевной, которая есть неведение Бога. Вот что ужасно для души!

     

48. Грех нашел себе опору в вещественном, и тело стало седалищем его. Но умная душа, поняв сие, свергает с себя бремя вещественного, и, возникнув из-под сего бремени, познает Бога всяческих и внимательно смотрит за телом, как за врагом и противоборцем, не доверяя ему. И таким образом душа, победивши злые страсти и вещество, венчается от Бога.

     

49. Грех, быв понят душой, ненавидим бывает ей, как зверь зловоннейший; непонятый же он бывает и любим непонимающим его, и порабощая любителя своего, держит его в плену у себя. А он несчастный и бедный не видит, что для него спасительно, даже не думает о том; но полагая, что грех красит его, рад ему.

     

50. Чистая душа, будучи добротна, освящается и осиявается Богом, и тогда ум помышляет о добром и рождает боголюбивые намерения и дела. Но когда душа осквернится грехом, тогда Бог отвращается от нее, или лучше – сама душа отделяет себя от Бога, и лукавые демоны, вошедши в помысел, внушают душе неподобные дела: прелюбодеяния, убийства, хищения и подобные сим демонские злые деяния.

     

51. Ведающие Бога исполнены бывают всякими благими помышлениями и, вожделевая небесного, презирают житейское. Но таковые не многим нравятся; так что за это они не только бывают ненавидимы, но и подвергаются поруганию многими из несмысленных. Они готовы терпеть крайнюю бедность, зная, что кажущееся для многих злом для них есть добро. Кто помышляет о небесном, тот верует Богу и знает, что все творения суть дело воли Его, а кто не помышляет о том, тот не верит никогда, что мир есть дело Божие и сотворен для спасения человека.

     

52. Исполненные греха и упивающиеся невежеством не знают Бога, ибо не трезвенствуют они душой; Бог же умствен (то есть трезвенным умом только может быть познаваем). Он хотя невидим, но очень явствен в видимом, как душа в теле. Как телу нельзя жить без души, так все видимое и существующее не может стоять без Бога.

     

53. Для чего создан человек? Для того, чтобы, познавая творения Божии, он зрел Самого Бога и прославлял Создавшего их для человека; ум, любовью к Богу прилепленный (боголюбец и боголюбезный), есть невидимое благо, от Бога даруемое достойным за добрую жизнь.

     

54. Свободен тот, кто не рабствует сластям (чувственным удовольствиям), но господствует над телом посредством рассуждения и целомудрия, и с полной благодарностью довольствуется тем, что подает ему Бог, хотя бы то было очень умеренно. Когда боголюбивый ум и душа войдут в согласие между собой, тогда тело смирно и не хотя, ибо тогда душа, действием ума, погашает всякое плотское движение.

     

55. Не довольствующиеся тем, что есть у них для поддержания жизни, но домогающиеся большего, порабощают себя страстям, мятущим душу и влагающим в нее помыслы и мечтания все худшие и худшие, – что все нехорошо и что следовательно надо приобрести новое и лучшее. Как сверх меры длинные одежды мешают идти путешествующим, так и желание имущества сверх меры не дает душе подвизаться и спастись.

     

56. В чем кто находится по неволе и неохотно, то для него есть темница и казнь. Итак, будь доволен тем, что есть у тебя, иначе, перенося (это состояние свое) без благодарения (с недовольством, неохотно), ты будешь тираном для себя самого, не сознавая того. Но путь к сему один – презрение житейских благ.

     

57. Как зрение имеем мы от Бога для того, чтоб распознавать видимое, – что бело и что цвету черного, так и разум дарован нам от Бога для того, чтоб различать, что душе полезно (и что вредно). – Пожелание, отвергаясь от рассудка, рождает пристрастие к чувственным удовольствиям, а это не дает душе спастись, или вступить в общение с Богом.

     

58. Не то грех, что делается по закону естества, но то, когда по произволению делают что худое. Вкушать пищу не есть грех, но грех вкушать ее без благодарения, неблагоговейно и невоздержно; не грех просто смотреть, но грех смотреть завистливо, гордо, ненасытно; не грех слушать мирно, но грех слушать с гневом; не грех заставлять язык благодарить и молиться, но грех позволять ему клеветать и осуждать; не грех утруждать руки милостыне – подаянием, но грех позволять хищение и убийство. Так каждый член грешит, когда по нашему свободному произволению делает злое вместо доброго, в противность воле Божией.

     

59. Если сомневаешься, что каждое дело твое видимо бывает Богом, то рассуди, что и ты – человек и прах – за раз в одно и тоже время можешь мысленно обзирать все известные тебе места и помышлять о них: не тем ли паче все видит, как зерно горчичное, Бог, все животворящий и питающий по Своему хотению.

     

60. Когда затворишь дверь жилища твоего и останешься один, ведай, что тебе соприсущ определенный от Бога каждому человеку Ангел, которого Эллины называют домашним духом. Он не дремлющ, и всегда будучи при тебе, все видит, Его обмануть нельзя и тьма не скрывает от него. Вместе с ним сознавай и Бога во всяком месте присущим. Ибо нет места, или вещества какого, где бы не было Бога, Который больше всех, и все содержит в руке Своей.

     

61. Если воины хранят верность царю ради того, что от него доставляется им пища; во сколько больше мы должны стараться, благодаря Бога немолчными устами, непрестанно угождать Ему, все создавшему для человека?

     

62. Благодарность Богу и добрая жизнь есть угодный Богу плод от человека. Но как плоды земные не в один час созревают, а требуют времени, дождя и ухода, так и плоды человеческие требуют подвига, рассуждения, времени пождания, воздержания, терпения, пока явятся во всем блеске своем. Впрочем, если ради их покажешься ты иногда кому-либо мужем благоговейным, не верь себе, пока находишься в теле сем и ничего своего не считай вполне угодным Богу. Ибо знай, что неудобно (трудно) человеку до конца сохранить безгрешность.

     

63. У людей ничего нет честнее слова. Слово столь важно, что словом и благодарением мы Бога чтим. Употребляя слова непотребные, или бесчестные, обличаем непотребство души своей. Несмысленному человеку свойственно за грехи свои винить рождение свое или другое что, когда самопроизвольно употребляет он худое слово или делает недоброе дело.

     

64. Если стараемся мы врачевать иные телесные болезни, ради того, чтоб не смеялись над нами те, с кем случается нам быть, то гораздо более необходимо нам со всей заботой постараться уврачевать болезни душевные, чтоб не оказаться бесчестными и осмеяния достойными – пред Богом, пред лицом Коего имеем суд принять. Ибо имея самовластие, мы можем, если захотим, не делать худых дел даже тогда, как вожделеем их; в нашей также власти есть жить благоугодно Богу и никто нас не принудит никогда сделать что-либо худое, если не хотим. Так подвизаясь, мы будем людьми Бога достойными, живя как Ангелы на небе.

     

65. Если хочешь, можешь быть рабом страстей, и если хочешь, можешь остаться свободным, не подклоняясь под иго страстей: ибо Бог создал тебя самовластным. Побеждающий страсти плотские венчается нетлением. Если бы не было страстей, не было бы и добродетелей, ни венцов, даруемых от Бога людям достойным.

     

66. Не видящие, что для них полезно и не знающие, что добро, слепотствуют душою и рассудок их ослеп. Не должно смотреть на них, чтоб тому же по необходимости не подвергнуться и нам непредвиденно, как слепым.

     

67. На согрешающих не должно гневаться, хотя бы совершаемые ими проступки были достойны наказания. Виновных, ради самой правды, должно обращать (на путь истинный) и наказывать, если потребуется, или самим, или через других, а гневаться на них или серчать не следует, потому что гнев действует только по страсти, а не по суду и правде. Не должно одобрять тех, кои сверх должной меры милостивы, но и наказывать злых должно, ради самого добра и правды, а не ради собственной страсти гнева.

     

68. Одно только душевное стяжание безопасно и некрадомо: есть же оно – добродетельная и богоугодная жизнь, ведение и творение добрых дел. Богатство есть слепой руководитель и советник несмысленный. Тот, кто употребляет богатство худо, в свое только удовольствие, губит обуморенную душу свою.

     

69. Людям надобно или совсем не приобретать ничего излишнего, или, имея то, быть твердо уверенными, что все житейское по естеству тленно, может быт отнято, потеряно и разрушено, и что потому, когда случится что, не должно малодушествовать.

     

70. Знай, что телесные болезни естественно свойственны телу, как тленному и вещественному. Итак, в случае таких болезней, душе обученной (добру) должно с благодарностью показывать мужество и терпение, и не укорять Бога, зачем создал тело.

     

71. Подвизающиеся на олимпийских играх увенчиваются не тогда, как победят одного, или другого, или третьего, но когда победят всех, вступающих с ними в состязание. Так и всякому, желающему быть увенчанному от Бога, надобно обучать душу свою целомудрствовать не только в отношении к телесным страстям, но и тогда, как бывает искушаем корыстолюбием, желанием похитить чужое, завистью, сластолюбием, тщеславием, укорами, опасностями смерти, и подобным сему.

     

72. Будем ревновать о доброй и боголюбивой жизни не ради человеческой похвалы, но изберем добродетельную жизнь ради спасения души, ибо каждодневно видится смерть перед глазами нашими, и все человеческое ненадежно.

     

73. В нашей власти жить целомудренно, но сделаться богатым не в нашей власти. Итак, что же? Не должно ли осуждать душу нашу за желание маловременного и призрачного блеска богатства, которого стяжать не имеем власти? О, как неразумно поступаем мы, желая все богатства! Не знаем разве, что выше всех добродетелей есть смиренномудрие, как больше всех страстей есть чревоугодие и ненасытное желание житейских благ.

     

74. Помнить непрестанно должно людям рассудительным, что подъемля в жизни сей небольшие и маловременные труды, после смерти получим мы величайшее утешение и блаженство вечное. – Борющийся с страстями и желающий быть увенчанным от Бога, если падет, да не малодушествует и не остается в падении сем, отчаиваясь в себе, но, восстав, опять пусть борется и заботится получить венец, до последнего издыхания восставая от случающихся падений. Телесные труды суть орудия добродетелей и спасительны для души.

     

75. Лишение житейских удобств людей мужественных и борцов соделывает достойными венцов от Бога. Итак, должно в жизни сей умертвить уды свои для всего житейского: ибо мертвый не будет уже заботиться ни о чем житейском.

     

76. Душе умной и подвизающейся не должно тотчас падать духом и устрашаться, когда случится что скорбное, чтоб не быть осмеянной за боязливость. Душа, увлекаемая житейским блеском, выходит из своего чина. Душевные добродетели делают нас достойными вечных благ, а самопроизвольные грехи человеческие суть причина вечных мучений.

     

77. Умный человек борим бывает страстями душевными через чувства (телесные), кои есть у разумных тварей. Телесных чувств пять: зрение, слух, обоняние, вкус и осязание. Чрез сии пять чувств подпадая четырем своим собственным страстям, бедная душа берется в плен. Эти четыре страсти душевные суть: тщеславие, жажда утех, гнев и страх. Но когда человек с мудростью и рассуждением, хорошо повоевавши, одолеет и победит страсти, тогда уже не бывает борим, но мирствует душой и увенчивается от Бога, как победитель.

     

78. Из останавливающихся в гостиницах, некоторые получают постели, а другие, не имея постели, на полу ложатся и засыпают так же крепко, как и те, кои спят на постелях. Дождавшись конца ночи, утром те и другие оставляют постели и равно все выходят из гостиницы, неся с собою только свое собственное. Таким же образом и все шествующие путем жизни сей, – и те, кои жили в умеренном состоянии, и те, кои пожили в славе и богатстве, – выходят из жизни сей, как из гостиницы, не беря с собой ничего из сластей житейских и богатства, а одни только собственные дела свои, соделанные ими в жизни сей, – добрые ли то, или злые.

     

79. Имея большую власть, не грози сразу кому-либо смертью, зная, что по естеству и ты подлежишь смерти, и что всякая душа, как последнюю одежду, скидает с себя тело свое. Разумея сие ясно, подвизайся быть кротким, делая добро, благодари всегда Бога. Кто немилостив, тот не имеет добродетели в себе.

     

80. Смерти избежать невозможно и нет способов. Зная сие, истинно умные люди, опытно навыкшие добродетелям и боголюбивому помыслу, встречают смерть без стенаний, страха и плача, имея в мысли, что она, с одной стороны, неизбежна, а с другой – избавляет от зол, каким подвергаемся мы в жизни сей.

     

81. Забывших добрую и богоугодную жизнь и мудрствующих не по правым и боголюбивым догматам не должно ненавидеть, а более жалеть, как оскудевших рассуждением и слепотствующих сердцем и разумом: ибо принимая зло за добро, они гибнут от неведения. И Бога не знают они треокаянные и несмысленные душою.

     

82. Не со всяким веди беседы о благочестии и добром житии. Не по зависти говорю так, но потому, что пред неразумнейшим покажешься ты, думается мне, смешным. Подобное подобному сочувствует, а для таких бесед немного слушателей, или вернее, они очень редки. Лучше потому не говорить, ибо не этого хочет Бог для спасения человека.

     

83. Душа состраждет телу, а тело не состраждет душе. Так, когда тело рассекают, страдает с ним и душа, и когда тело крепко и здорово, соуслуждаются тем и чувства душевные. – Но когда душа раздумывает (раскаивается), не раздумывает (не раскаивается) вместе с нею и тело, а пребывает само по себе, оставаясь позади (не двигаясь): ибо раздумывание (раскаяние) есть болезненное чувство души; равно как – неведение, гордость, неверие, любостяжание, ненависть, зависть, гнев, малодушие. тщеславие, честолюбие, несогласие, нечувствие добра, и подобное, – душою производятся.

     

84. Помышляя о Боге, будь благочестив, независтлив, добр, целомудрен, кроток, щедр по силе, общителен, неспорлив, и подобное: ибо всем этим угождать Богу есть некрадомое богатство души, а также не осуждать никого, или ни о ком не говорить, что он-де нехорош, согрешил, но лучше разыскивать свои худые дела и свою жизнь рассматривать с самим собой, – угодна ли она Богу. Какое нам дело до того, что другой кто нехорош?

     

85. Истинный человек старается быть благочестивым. Благочестив тот, кто не желает чуждого ему; чуждо же человеку все сотворенное. Итак, презри все, так как ты – образ Божий. Образом Божиим бывает человек, когда живет право и богоугодно, а этому быть невозможно, если не отстанет человек от всего страстного. У кого ум боголюбив, тот искусен во всем, что спасительно для души, и во всяком благоговеинстве, требуемом от него. Боголюбивый муж не укоряет никого другого, потому что знает, что и сам согрешает, и это есть признак души спасающейся.

     

86. Те, кои с усилием стараются иметь временное стяжание, и, забыв о смерти и погибели души своей, любят вожделение злых дел, а о том, что спасительно для них, не заботятся, не представляют, бедные, что претерпевают люди от зла по смерти.

     

87. Бог не есть виновник зла. Он даровал человеку разум, способность различать добро и зло и самовластие; злые же страсти рождаются уже от нерадения и беспечности людей. Отнюдь не виновен в них Бог. По свободному выбору воли, демоны сделались злыми, равно как и большая часть людей.

     

88. Человек, благочестиво живущий, не попускает злу войти в душу. А когда нет в душе зла, тогда она бывает безопасна и невредима. Над таковыми ни злобный демон, ни случайности не имеют власти, Бог избавляет их от зол и живут они невредимо хранимы, как богоподобные. Похвалит ли кто такого человека, он в себе самом посмеивается над хвалящими его; обесславит ли, он сам не защищается пред поносящими его, и не негодует за то, что так говорят они о нем.

     

89. Зло приражается к естеству, как ржавчина к меди, и грязнота к телу. Но как не медник произвел ржавчину и не родители грязноту, так не Бог произвел зло. Он даровал человеку совесть и разум, чтоб избегал зла, зная, что оно вредно для него и готовит ему муку. Смотри же внимательно, увидев какого счастливца в силе и богатстве, ни под каким видом не ублажай его, прельщен будучи демоном. Но тотчас смерть да будет у тебя пред глазами; и никогда не возжелаешь ты ничего худого или житейского.

     

90. Бог наш тем, кои на небе, даровал бессмертие, а тех, кои на земле, создал подлежащими изменению; всему (прочему) даровал жизнь и движение, – и все для человека. Итак, да не увлекают тебя житейские прелести, когда диавол будет влагать злые помышления в душу твою; но тотчас вспомни о небесных благах и скажи себе самому: если захочу, в моей состоит власти победить и это восстание страсти; но я не побежду, если захочу удовлетворить моему желанию. Таким-то подвизайся подвигом, могущим спасти душу твою.

     

91. Жизнь есть соединение и сочетание ума (духа), души и тела; а смерть есть не погибель этих сочетанных (частей), а расторжение их союза; все это Бог хранит и по расторжении.

     

92. Ум не есть душа, но дар Божий, спасающий душу. Богоугодный ум течет впереди души и советует ей презреть временное, вещественное и тленное, а возлюбить блага вечные, нетленные и невещественные, так чтоб человек, живя в теле, умом представлял и созерцал небесное и Божественное. Таким образом ум боголюбивый есть благодетель и спаситель человеческой души.

     

93. Душа, поблажая телу, омрачается удовольствием и погибает. Боголюбивый ум действует противно сему: он причиняет скорбь телу и спасает душу, как врач, рассекающий и жгущий тела.

     

94. Те души, которые не обуздываются разумом и не управляются умом, который бы остепенял, удерживал и направлял (куда следует) страсти их, т.е. скорбь и удовольствие, – такие души погибают, как неразумные животные, потому что у них разум увлекаем бывает страстями, как кучер лошадьми, вышедшими у него из повиновения.

     

95. Величайшая болезнь души, крайняя беда и пагуба, – не знать Бога, все создавшего для человека и даровавшего ему ум и слово, коими, возносясь горе, может он вступать в общение с Богом, созерцая и прославляя Его.

     

96. Душа в теле, в душе – ум, в уме – слово, коими созерцаемый и прославляемый Бог обессмертивает душу, даруя ей нетление и наслаждение вечное. Ибо Бог всему сущему даровал бытие по единой Своей благости.

     

97. Бог, сотворив человека самовластным, как независтный (всещедрый) и благой, доставил ему возможность, если захочет, угождать Богу. Угодно же Богу то, чтоб в человеке не было зла. Ибо, если люди хвалят хорошие дела и добродетели святой и боголюбивой души, а дела срамные и злые осуждают, не тем ли паче Бог, хотящий спасения человеку?

     

98. Благо получает человек от Бога, как благого; а злу подвергается человек сам от себя, от сущего в нем зла, от похоти и нечувствия.

     

99. Безрассудная душа, по естеству бессмертная и госпожа тела, становится рабой тела из-за чувственных удовольствий, не разумея, что услаждение тела – пагуба душе. Но впадая в нечувствие и объюродевши, заботливо печется она о сем услаждении тела.

     

100. Бог благ, а человек зол. На небе нет зла, а на земле нет истинного блага. Но умный человек избирает лучшее: познает Бога всяческих, благодарит и воспевает Его; телом же гнушается прежде смерти и злым его чувствованиям (требованиям, желаниям) не позволяет приходить в исполнение, зная их пагубность и злое действие.

      

101. Грехолюбивый человек любит многостяжание, а о правде нерадит, не помышляя о неверности, непостоянстве и маловременности жизни, и не помня о неподкупности и неизбежности смерти. Если же и в старости кто бывает так срамен и несмыслен, – то он, как древо гнилое, негож ни на какое дело.

      

102. Удовольствие и радость чувствуем мы после того, как испытываем скорбное: ибо несладко пьет тот, кто не томился жаждою, несладко ест, кто не голодал, несладко засыпает, кого сильно не клонила дремота, не сильно чувствует радость, кто прежде не был в скорби: – так и вечными благами не насладимся мы, если не презрим маловременные.

      

103. Слово есть слуга ума. Что хочет ум, то и слово выражает.

      

104. Ум все видит, даже то, что на небе, и ничто не помрачает его, кроме одного греха. Для чистого же ничего нет неудобопонятного, как для слова его, – неизреченного.

      

105. По телу человек смертен, а по уму и слову – бессмертен. Молча ты умствуешь, и, умствуя говоришь в себе: ибо в молчании ум рождает слово. Благодарное же слово, Богу приносимое, есть спасение для человека.

      

106. Говорящий несмысленно не имеет ума, ибо говорит, ничего не думая. Но рассмотри, что полезно тебе делать для спасения души.

      

107. Слово умное и душеполезное есть дар Божий; напротив, слово пустопорожнее, хотящее определять меру и расстояние неба и земли, и величину солнца и звезд, есть изобретение человека, всуе трудящегося, который по пустому самомнению ищет того, что никакой ему не приносит пользы, как бы желая решетом зачерпнуть воды, ибо этого людям нет возможности найти.

      

108. Неба никто не видит, и того, что на нем, познать никто не может, кроме человека, ревнующего о добродетельной жизни, который ведает и прославляет Сотворившего оное (небо) во спасение и живот человеку. Таковой боголюбивый муж несомненно знает, что без Бога нет ничего, но что Он есть везде и во всем, как Бог, ничем неограниченный.

      

109. Как из материнского чрева выходит человек, так из тела душа выходит голой, и бывает иная чиста и светла, иная запятнана падениями, а иная черна от многих прегрешений. Почему умная и боголюбивая душа, поминая и рассуждая о бедах и крайностях послесмертных, живет благочестиво, чтоб не быть осужденной и не подвергнуться им. А неверующие не чувствуют и грешат, презирая имеющее быть там, безумные душой.

      

110. Как, исшедши из чрева, не помнишь того, что было в чреве, так, изошедши из тела, не помнишь того, что было в теле.

      

111. Как, из чрева изошедши, стал ты лучше и больше телом, так, изошедши из тела чистым и нескверным, будешь лучшим и нетленным, пребывая на небесах.

      

112. Как телу, когда совершенно разовьется во чреве, необходимо родиться, так душе, когда она достигнет положенного Богом предела ее жизни в теле, необходимо выйти из тела.

      

113. Как ты будешь относиться к душе, пока она в теле, так и она отнесется к тебе, вышедши из тела. Хорошо послуживший здесь телу своему, доставляя ему всякие утехи, худую сам себе оказал услугу по смерти (как известно из притчи о богатом и Лазаре), ибо подверг осуждению душу свою, как безрассудный.

      

114. Как тело, вышедшее из материнской утробы несовершенным, не может жить, так душа, исшедшая из тела, не достигнув боговидения через доброе житие, спастись или быть в общении с Богом, не может.

      

115. Тело, соединяясь с душой, выходит на свет из мрака чрева; а душа, соединяясь с телом, заключается во мраке тела. Посему надобно не жалеть, а обуздывать тело, как врага и противоборца души; ибо множество яств и сласти возбуждают злые страсти в людях, воздержанное же чрево усмиряет страсти и спасает душу.

      

116. Орган зрения телесного – глаза, а орган зрения душевного – ум. Как тело, не имеющее очей, слепо, не видит солнца, освещающего всю землю и море, не может наслаждаться светом его, так душа, не имеющая благого ума и доброй жизни, слепа: не ведает и не славит Бога, Творца и Благодетеля всех (тварей), и войти в наслаждение Его нетлением и вечными благами не может.

      

117. Неведение Бога – от нечувствия и безумия души: от сего неведения рождается зло, от боговедения – же прибывает людям добро и спасает душу. Итак, если, пребывая в трезвении и боговедении, стараешься ты не исполнять свои пожелания, то ум твой обращен на добродетели; если же, опьянев неведением Бога, в удовольствие свое стараешься исполнять злые пожелания свои, то погибнешь подобно бессловесным, не помня тех бед, какие имеют встретить тебя по смерти.

      

118. Дело промысла есть и то, что бывает по непреложному порядку, Богом для мира определенному, как например то, что солнце восходит и заходит каждодневно и земля приносит плоды. Все же человека ради сотворено.

      

119. Что Бог творит, как Благой, – для человека творит, а что человек делает, то делает сам для себя, как доброе, так и злое. Чтоб не быть тебе в недоумении относительно благоденствия злых людей, знай, что как города содержат палачей не потому, чтоб хвалили их злейшее произволение, но для того, чтобы посредством их наказывать достойных того, так и Бог попускает злым преобладать в житейском для того, чтоб через них наказывать нечестивых. После же их самих предаст Он суду, потому что не Богу служа, а своей собственной злобе раболепно удовлетворяя, причиняли они людям зло.

      

120. Если бы почитающие идолов знали и видели сердцем, что почитают, то не совратились бы с пути благочестия, несчастные, но созерцая красоту, чин и промысел во всем сотворенном и бывающем от Бога, познали бы Сотворившего все сие для человека.

      

121. Человек, будучи зол и неправеден, может убить, Бог же непрестанно дарует жизнь и недостойным. Будучи независтен (ко всем щедр) и благ по естеству, восхотел Он, чтоб был мир, и он стал быть и продолжает быть для человека и спасения его.

      

122. (Настоящий) человек есть тот, кто понял, что такое тело, – именно, что оно тленно и маловременно. Таковой и душу понимает (как следует) – именно, что она божественна и бессмертна, и, будучи вдуновением Бога, соединена с телом для испытания и восхождения к богоподобию. Понявший же душу, как следует, живет право и богоугодно, не доверяя и не поблажая телу. Созерцая Бога умом своим, он зрит умно и вечные блага, даруемые Богом душе.

      

123. Бог, будучи благ и независтен (щедродателен), дал человеку свободу в отношении к добру и злу, одарив его разумом, чтоб созерцая мир и что в мире, познавал он Сотворившего всяческое для человека. Но человек неправедный может желать и не разуметь сего, может, к своему несчастию, не веровать и мыслить противно истине. Такую имеет человек свободу в отношении к добру и злу!

      

124. Таково Божие определение, чтоб, по мере возраста тела, душа исполнялась умом, – дабы человек из добра и зла избирал угодное уму (т.е. добро), душа же, не избирающая добра, не имеет ума. Почему хотя все тела имеют душу, но нельзя сказать, чтобы всякая душа имела ум. Ум боголюбивый бывает у целомудренных, преподобных, праведных, чистых и благих, милостивых и благочестивых. Присутствие ума бывает помощно человеку в его отношениях к Богу.

      

125. Одно только невозможно человеку – быть не смертну (миновать смерть). С Богом возыметь общение он может, если поймет, как сие возможно. Ибо при желании и понимании (дела) ради веры и любви, свидетельствуемой доброй жизнью, человек становится собеседником Богу.

      

126. Глаз видит видимое, а ум постигает невидимое. Боголюбивый ум есть свет души. У кого ум боголюбив, тот просвещен сердцем и зрит Бога умом своим.

      

127. Ни один добрый не срамен. Кто не добр, тот, конечно, и зол, телолюбив. Первоначальная добродетель человека есть презрение плоти. Отрешение от благ привременных, тленных и вещественных, по произволению, а не по бедности, соделывает нас наследниками благ вечных и нетленных.

      

128. Кто имеет ум, тот знает о самом себе, что он есть, именно, – что он есть человек тленный. Себя же познавший знает и обо всем, что оно есть творение Божие, и создано для спасения человека. Так все разуметь и право веровать состоит во власти человека. Таковой муж твердо знает, что презирающие житейские блага труд имеют очень небольшой, а утешение и покой вечные получают от Бога по смерти.

      

129. Как тело без души мертво, так душа без ума бездейственна (бесплодна) и Бога достоянием своим иметь не может.

      

130. Одного человека Бог слушает, одному человеку Бог является; ибо человеколюбив есть Бог, и где бы ни был человек, там есть и Бог; один человек есть достойный Бога поклонник; для человека Бог преображается.

      

131. Для человека создал Бог небо, украшаемое звездами, для человека создал Он землю, и люди возделывают ее для себя. Не чувствующие такого Божия промышления – несмысленны душою.

      

132. Добро невидимо, как невидимо сущее на небе, а зло видимо, как видимо сущее на земле. Добро есть нечто сравнения не имеющее, человек же, имеющий ум, избирает добрейшее. Один человек способен познавать Бога и творения Его.

      

133. В душе действует ум, а в теле природа. Ум обожает душу, а природа разлагает тело. В каждом теле действует природа, но не в каждой душе бывает ум, почему не всякая душа спасается.

      

134. Душа есть в мире, как рожденная, а ум превыше мира, как нерожденный. Душа, понимающая что есть мир и желающая спастись, имеет неотложным законом каждый час помышлять в самой себе, что вот ныне подвиг (смертный) и истязание (дел), на коем не стерпишь (взора) Судии, и что будто уж гибнет душа. Помышляя так, она хранит себя от ничтожных и срамных удовольствий.

      

135. На земле положены Богом рождение и смерть, а на небе полнота всего и неизменность. Все же сотворено для человека и спасения его. Не нуждающийся ни в каких благах, Бог для человека устроил небо, землю и стихии, доставляя ему через них всякое наслаждение благами.

      

136. Смертное подчинено бессмертному и служит ему, т.е. стихии человеку, по человеколюбию и существенной благости Создателя Бога.

      

137. Убогий, не имеющий сил вредить, не ставится в числе деятельно благочестивых. Но кто может причинить вред и не употребляет силы своей на зло, а щадит уничиженных, по благочестию пред Богом, тот бывает причастником воздаяний благих и по смерти.

      

138. По человеколюбию создавшего нас Бога, ко спасению есть весьма много путей, обращающих души и возводящих их на небеса. Души человеческие получают за добродетель награды, а за грехи – наказания.

      

139. Сын в Отце, Дух в Сыне, Отец в Обоих. Верой человек познает все невидимое и умопредставляемое. Вера же есть свободное убеждение души в том, что возвещается от Бога.

      

140. Как те, кои по каким-либо потребностям и обстоятельствам вынуждаемы бывают переплывать большие реки, если бывают трезвы, сохраняют жизнь; ибо хотя бы случилось сильное стремление вод, хотя бы даже зачерпнулась и вода лодкой, – они спасаются, ухватившись за что либо, бывающее обычно при берегах; если же бывают пьяны, то хотя бы тьмократно покушались доплыть до края, будучи одолеваемы вином, погружаются в волнах и остаются вне круга живых: таким же образом, если и душа, впадши в волны и кружение течения жизни, сама не возникнет из-под плотолюбия и не познает самой себя, – именно, что она, будучи божественной и бессмертной, соединена с вещественным телом, маловерным, многострастным и смертным только на испытание, и позволит себе увлечься пилотскими страстями на пагубу себе; то как презрительница себя самой, пьяная неведением и о себе не заботящаяся, погибает и остается вне круга спасаемых. Ибо тело, подобно реке, часто увлекает нас к непотребным удовольствиям.

      

141. Умная душа, стоя непоколебимо в своем добром намерении, как коня обуздывает гнев и похоть – эти неразумнейшие свои страсти, и за то, что борется с ними, укрощая и преодолевая их, увенчивается и удостаивается пребывания на небесах, получая сие, как воздаяние за посев и труды от создавшего ее Бога.

      

142. Истинно умная душа, смотря на счастье злых и благоденствие недостойных, не возмущается, помышляя об их наслаждениях в сей жизни, как это бывает с людьми безрассудными, ибо такая душа ясно знает и непостоянство счастья, и безвестность пребывания здесь, и маловременностъ жизни сей, и нелицеприятность суда, и верует, что Бог не небрежет о том, что необходимо для ее пропитания.

      

143. Жизнь плотская и наслаждение в жизни сей большим богатством и властью бывает смертью для души; напротив труд, терпение, бедность с благодарением и умерщвление тела есть жизнь души и путь к вечному утешению.

      

144. Умная душа, презирая вещественное стяжание и маловременную жизнь, избирает утешение небесное и жизнь вечную, которую и получит от Бога за доброе житие.

      

145. Имеющие на себе замаранную одежду марают платье тех, кои прикасаются к ним. Таким же образом люди злые нравом и неисправные поведением, обращаясь с простейшими и говоря к ним неподобающие речи, как грязью оскверняют душу их через слух.

      

146. Начало греха есть похоть, через которую погибает умная душа. Началом же спасения и царствия небесного бывает для души любовь.

      

147. Как медь, брошенная в небрежении и оставленная без должного о ней попечения, повреждается ржавчиной, появляющейся на ней от долговременного лежания в связках и неупотребления в дело, и через то делается недобротной и непотребной, так и душа, в бездействии пребывающая и не заботящаяся о доброй жизни и обращении к Богу, злыми делами своими лишая себя покрова Божия, снедается злом, разрождающимся от такого нерадения в веществе тела, и через то является недобротной и негожей к спасению.

      

148. Бог благ и бесстрастен и неизменен. Если кто, признавая благословным и истинным то, что Бог не изменяется, недоумевает однако же, как Он (будучи таков) о добрых радуется, злых отвращается, на грешников гневается, а когда они каются, является милостив к ним, то на сие надобно сказать, что Бог не радуется и не гневается, ибо радость и гнев суть страсти. Нелепо думать, чтоб Божеству было хорошо или худо из-за дел человеческих. Бог благ и только благое творит, вредить же никому не вредит, пребывая всегда одинаковым; а мы, когда бываем добры, то вступаем в общение с Богом, по сходству с Ним, а когда становимся злыми, то отделяемся от Бога, по несходству с Ним. Живя добродетельно, мы бываем Божиими, а делаясь злыми становимся отверженными от Него, а сие не то значит, чтобы Он гнев имел на нас, но то, что грехи наши не попускают Богу воссиять в нас, с демонами же мучителями соединяют. Если потом молитвами и благотворениями снискиваем мы разрешение во грехах, то это не то значит, что Бога мы ублажили и Его переменили, но что посредством таких действий и обращения нашего к Богу, уврачевав сущее в нас зло, опять делаемся мы способными вкушать Божию благость; так что сказать: Бог отвращается от злых, есть тоже, что сказать: солнце скрывается от лишенных зрения.

      

149. Благочестивая душа знает Бога всяческих: ибо быть благочестивым есть не что иное, как исполнять волю Божию, а это и значит знать Бога, т.е. когда старается кто быть независтливым, целомудренным, кротким, щедрым по силе, общительным, не любопрительным, и делать все, что угодно воле Божией.

      

150. Ведение Бога и страх Божий суть врачевство против страстей плоти. Почему когда в душе есть неведение Бога, тогда страсти, оставаясь неисцеленными, портят душу. Она тогда растлевается от живущего в ней зла, как от долговременного вереда. Но Бог не виновен в этом, потому что Он даровал людям ведение и разум.

      

151. Бог исполнил человека ведением и разумом, стараясь очистить страсти и самопроизвольное зло и по Своей благости желая преложить смертное в бессмертие.

      

152. Ум, находящийся в чистой и боголюбивой душе, истинно зрит Бога – не рожденного, невидимого, неизглаголанного – Единого Чистого для чистых сердец.

      

153. Венец нетления, добродетель и спасение человека есть благодарно переносить несчастье. Обуздание же гнева, языка, чрева и сластолюбия весьма великой бывает помощью для души.

      

154. То, чем держится мир, есть промышление Божие, и нет ни одного места, которого не касалось бы сие промышление. Промышление же есть самосовершительное Слово Божие, образователь входящего в состав мира сего вещества, Устроитель и Художник всего бывающего. Никак не возможно веществу принять прекрасное устройство без рассудительной силы слова, которое есть образ, ум, мудрость и промышление Божие.

      

155. Возбуждаемая воспоминанием похоть есть корень страстей, родственных тьме. Находясь в сем похотном воспоминании, душа не знает о себе, что она есть вдуновение Бога и бросается на грех, не помышляя о крайней беде, в какой будет находиться по смерти, безумная.

      

156. Самая большая и неисцелимая болезни души и пагуба ее есть богозабвение и тщеславие. Похотение зла есть лишение блага; благо же наше состоит в том, чтобы охотно делать всякое добро, которое угодно Богу всяческих.

      

157. Один человек способен принимать Бога. Ибо с этой одной живой тварью беседует Бог, ночью через сновидения, а днем через ум, и всячески предсказывает и предзнаменует Он достойным Его людям будущие блага.

      

158. Для верующего и желающего нисколько не трудно познать Бога. Если же хочешь зреть Его, смотри на благоустройство всего и промышление о всем, что было и бывает словом Его. И все это для человека.

      

159. Святым называется тот, кто чист от зла и грехов. Почему величайшее совершенство души и дело весьма Богу угодное есть то, когда нет зла в человеке.

      

160. Имя есть означение одного из числа многих (нарицательное). Но неразумно думать, чтобы Бог, Который есть Един и единствен, имел соименных Себе: ибо слово Бог означает безначального, все сотворившего для человека.

      

161. Если сознаешь за собой худые дела, отсеки их от души твоей, в чаянии благ: ибо Бог праведен и человеколюбив.

      

162. Знает Бога и знаем бывает от Бога тот человек, который старается быть всегда неотлучным от Бога; неотлучным же от Бога бывает человек добрый во всем и воздерживающийся от всякого чувственного удовольствия, не по недостатку средств к тому, а по своей воле и свободной воздержности.

      

163. Благодаря тому, кто обижает тебя, и Бога будешь иметь другом. Никому не наговаривай на врага своего. Подвизайся в любви, в целомудрии, в терпении, в воздержании и подобном, ибо то и есть познание Бога, чтобы посредством смиренномудрия и подобных добродетелей последовать Богу. Но такие дела не всякому свойственны, а только душе умной.

      

164. Против тех, кои дерзают говорить, что растения и травы имеют душу, написал я сию главу к сведению для простейших. Растения имеют жизнь физическую, но души не имеют. Человек называется разумным животным, потому что имеет ум и способен приобретать познания. Прочие же животные – земные и воздушные, у которых есть голос, имеют дыхание и душу. Все растущее и умаляющееся можно назвать живым потому, что живет и растет, но нельзя сказать, чтоб все такое имело душу. Живых существ четыре различных вида: одни из них бессмертны и воодушевлены, каковы Ангелы, другие имеют ум, душу и дыхание, каковы люди; иные имеют дыхание и душу, – каковы животные; а иные имеют только жизнь, – каковы растения. Жизнь в растениях держится и без души, и без дыхания, и без ума и бессмертия, но и прочее все без жизни быть не может. Всякая человеческая душа есть приснодвижна.

      

165. Когда восприимешь мечтание о каком-либо чувственном удовольствии, поберегись, чтоб не быть тотчас увлеченным им, но несколько отстранив его, вспомни о смерти и помысли, сколько лучше сознать себя тогда победившим эту прелесть сластолюбия.

      

166. Бог приличнейшим образом положил преграду злу в людях тем, что даровал им ум, ведение, разум и различение добра, чтобы познавая зло, что оно вредит нам, мы убегали его. Но безумный человек идет вслед зла, и даже величается им, и как бы в сеть попавшись, бьется он, будучи опутан им внутри не имея сил возникнуть когда-либо из-под него, чтоб увидеть и познать Бога, все создавшего во спасение и обожение людей.

      

167. Смертные должны заботиться о себе, зная наперед, что их ожидает смерть. Ибо блаженное бессмертие бывает уделом преподобной души, когда бывает доброй, и смерть вечная сретает ее, когда она бывает злой.

      

168. Когда склоняешься на свое ложе, с благодарением воспоминай в себе благодеяния и Промысел Божий. Тогда, исполненный этим благим помышлением, ты полно возвеселишься духом и будет для тебя сон тела трезвением души, смежение очей твоих – истинным видением Бога, и молчание твое, будучи преисполнено чувством блага, от всей души и силы воздаст восходящую горе – сердечную славу Богу всяческих. Ибо когда нет зла в человеке, тогда благодарение и одно, паче всякой многоценной жертвы, – приятно Богу. Ему же слава во веки веков. Аминь.

Наверхъ / Къ оглавленiю раздѣла

Наверхъ / Къ оглавленiю раздѣла

 

 

 

 

 

 

Наверхъ / Къ оглавленiю раздѣла

 

 

 

Объяснение некоторых изречений св. Антония Великого, сделанное после его смерти одним старцем

 

1. Вопрос монахов. Как должно понять слово святого аввы Антония, которое он сказал ученику своему Павлу, когда тот, оставив мир, просился жить при нем: если хочешь быть монахом, ступай в монастырь, где много братий, которые могут поддерживать твою слабость?

   Ответ старца. Из этого научаемся, что мы должны принимать в монастырь и стариков немощных, больных, слепых и расслабленных, – и любить их, когда они с радостью и усердием посвящают себя стяжанию добродетелей, хотя по немощам своим и не могут поднимать всех трудов. Потому немалого укора достойны те настоятели монастырей, которые не принимают стариков немощных, хотя известно, что они очень добрых нравов, а принимают охотно крепких юношей для исполнения разных служб по монастырю и для посылок, хотя они дерзки и бесстыжи. Таких настоятелей блаженный истолкователь ⁹ строго обличает в книге о совершенстве управления (обителей), говоря: они позволяют ученикам своим оставаться нерадивыми в делах добродетели, а к делам телесным и мирским сильно побуждают их. Тем, которые приняли монашество, чтобы прилежать добродетелям, они не дают отдыха и покоя от мирских дел, непрестанно заставляя исполнять их, и укоряют их, бранят, осмеивают, осуждают, если когда они не с особенной поспешностью исполняют порученное им дело, по немощи ли то, или иногда по ослаблению усердия, хотя бы они очень были заботливы и усердны в делах духовных; напротив великими похвалами превозносят тех, которые весь труд и заботу обращают на мирские дела, хотя они преленивы на стяжание добродетелей. И это трудолюбие происходит у них не от добродетели послушания, а от того, что они любят заниматься мирским. Но что всего хуже, – ленивы ли они или старательны, их имеют как рабов. Авва же Пимен сказал: если из трех киновитов – один прекрасно безмолвствует, другой болен, но благодарит Бога, а третий охотно исполняет послушание, то все они в одном состоят подвиге. Этими словами показал святой сей, что в монастыре, где многие собраны киновиты, не одни крепкие телом, нужные для исправления разных послушаний, должны быть, но и немощные братия, предающие себя непрестанному безмолвию: иначе суетен весь труд их.

    

2. Вопрос. Чего ради авва Антоний сказал Павлу, ученику своему: ступай, сиди в уединении, чтобы изучить брани, бывающие от демонов?

   Ответ. (Желая ему совершенства). Ибо совершенство монаха состоит в навыке его править духом всем в себе. Но такое самоправление духовное приходит вместе с чистотой сердца; чистота же сердца бывает, когда им правит ум, а умом правит непрестанная молитва. Брань же от демонов бывает через помыслы и привидения, которые в уединении и безмолвии сильнее возбуждаются.

   Примечание. Сила ответа. Уединение дает непрестанные случаи к брани с самыми тонкими помыслами, всеваемыми демонами. Эта брань ведется умом молитвенно в Боге сущим и внимающим сердцу, и им правящим. Непрерывность сего подвига духовного при разнообразии опытов брани научает духовному самоуправлению и образует навык к нему, а в нем все духовное совершенство монаха и всякого христианина.

    

3. Вопрос. Что значит сказанное аввою Антонием: как извлеченные из воды рыбы умирают, так случается и с монахом, который долго промедливает вне келии своей? Каким образом монах умирает подобно рыбе?

   Ответ. Жизнь души состоит в непрестанном любительном богомыслии, которое достойно именоваться жизнью души, обнимая и соединяя в себе ум и сердце. Итак, если монах будет толкаться по городам, то, развлекаясь видением и разговорами, он лишается духовной жизни и умирает, потому что он отводится от Бога и забывает Его, и изгоняет из сердца своего любовь к Христу, которую стяжал себе многими трудами, когда безмолвствовал в келии. Сверх того, расслабляется в нем любовь к лишениям и притрудностям, и он предается упокоению плоти и удовольствиям, – и возмущается чистота сердца его, по причине мятущегося движения образов, которые входят и выходят через чувства – зрения, слуха, осязания, вкуса и обоняния, и через слово; это же все наводит его тогда на блуд и другие страсти, кои суть истинная смерть и погибель монаха. Итак, хорошо сказал блаженный Антоний: как умирают рыбы, извлеченные на сушу, так умирает монах, который, оставив келию проводит время в городах и селениях.

    

4. Вопрос. Авва Антоний говорит: кто живет в уединении, свободен от трех браней, то есть брани от языка, зрения и слуха; остается же у него только брань сердца? Объясни нам, пожалуй, эти слова блаженного.

   Ответ. Не потому он так сказал, чтобы брань в безмолвии и уединении была меньше брани, воздвигаемой в братиях, которых ум развлекается зрением, слухом и языком, но он показывает этими словами, что живущим в уединении чужды брани со стороны чувств, которыми другие терзаемы бывают более, чем те бранями сердца, которые поднимают в них демоны. Отцы наши того ради уходили на безмолвие, чтоб брани сердца не были усиливаемы бранями со стороны зрения, языка и слуха. Ибо как легко падают братия (общежительные), которые – то выходят, то входят, то из монастыря, то в монастырь, потому что у них к брани сердечной присоединяется брань со стороны телесных чувств, так удобно падают и монахи, которые живут в безмолвии, и тревожимы бывают только бранью сердечной, если и к ним подойдет брань со стороны телесных чувств. Это довольно полно оправдано теми братьями (отшельниками), к которым, в то время когда они жили в уединении, приходили по какому-либо случаю женщины, и у которых потому к брали сердечной присоединялось видение тела и красоты лица: они тотчас были преодолеваемы усиливавшейся бранью сердца, и падали. Что подлинно у тех, кои живут в уединении, брань со стороны душевных чувств сильнее и ожесточеннее, нежели брань со стороны чувств телесных, – это можно видеть и из слов блаженного Евагрия, который говорит, что с теми монахами, которые живут в уединении, демоны ведут брань прямо сами от себя, без всякого посредства, а против тех, которые живут в обителях и ревнуют о преуспеянии в добродетелях, они возбуждают и поднимают распущенных монахов, которых жесточе, досадительнее и коварнее никого нет.

    

5. Вопрос. Что означает следующее изречение, сказанное св. аввою Антонием: келия монаха есть пещь Вавилонская, место трех отроков, среди которых был Сын Божий, и есть столп огненный, из которого Бог говорил с Моисеем?

   Ответ. Как огонь имеет два свойства, из коих одно есть жар больно обжигающий, а другое – освещение радующее, так и терпеливое пребывание в келии имеет два действия, из коих одно тяготит и беспокоит новичков в безмолвии, то крайним изнеможением, то бранью, а другое радует преуспеянием, делая покойными тех, кои, миновавши страсти, являются совершенными в чистоте и удостаиваются светлых видений. Смысл же сказанного им о трех отроках, что они видели Сына Божия, есть следующий: как Анания, Азария и Мисаил, будучи ввержены в Вавилоне в печь огненную, не были сожжены и даже обожжены, потому что к ним послан был Ангел Божий снять с них узы и избавить от разрушительного действия огня, так и для братий, в уединении живущих, сначала брань со страстями, поднимаемая на них демонами, бывает очень трудна, но их никогда не оставляет благодатная помощь Господа нашего Сына Божия, явно посещая их и обитая с ними, чтобы, когда с сей помощью победят они страсти и врагов, удостоить их благодати совершенной любви и светлой славы Своей.

    

6. Вопрос. Что значит следующее изречение аввы Антония: не должно воздавать злом за зло, и если монах не достиг еще сей степени, да хранит молчание и безмолвие? Как можно достигать сего (безгневия) посредством безмолвия?

   Ответ. Если брат немощный, оскорбляющий брата своего языком и ненависть к нему питающий в сердце, удержит себя в келии и воздержится от разговоров с людьми, подавляя между тем злые помыслы, и постоянно прилежа молитвам и чтению Писаний, то посетит его благодать мира, – просветится сердце его и дух его возрадуется в Боге, получив свободу от страсти. Ибо человек сей, взглянув на Крест Господень, воспламенится любовью к Нему, и поцеловав его, станет рассуждать о том, как Бог, по Писанию, так возлюбил мир, что и Сына Своего Единородного предал на смерть за него (Иоан. 3, 16), что, конечно, любовь Свою к нам показал Бог тем, что еще грешником нам сущим, Христос за ны умре (Римл. 5, 8). – Если же Сына Своего не пощадил Бог, но за нас предал Его на смерть, и притом на такую позорную смерть креста, како не и с Ним вся нам дарствует (Римл. 8, 32), или в чем другом откажет нам? Великая же к нам милость и любовь Христова побуждают нас не только подумать, что нам никак не следует жить для своих пожеланий, а для того, Кто за нас умер (2 Кор. 5, 14, 15), но и взирать, как на начало и образец терпения, на Иисуса, Который понес за нас крестную смерть, и потерпев такое поношение, опять воссел одесную Бога на высоких. Итак, если постраждем с Ним, с Ним прославимся (Римл. 8, 17), и если с Ним претерпим, с Ним и воцаримся (2 Тим. 2, 12). Почему Апостол Павел увещевает нас, говоря: будем взирать, братие, на Крест Господа нашего (Евр. 12, 2). Смотри, сколько перенес Он за грешников, которые были врагами душ своих! Не унывайте же и не расслабляйтесь душами своими по той причине, что вам приходится терпеть тесноту, обиды, поношение и смерть, которые належат вам за любовь к Нему. Испрашивайте в молитвах ваших прощения тем, кои причиняют вам неудовольствия, подобно тому, как Господь молился за распинателей Своих, говоря: Отче, отпусти им (Лук. 23, 34), и как блаженный Стефан испрашивал прощения у Господа нашего тем, кои побивали его камнями, говоря: Господи, не постави им греха сего (Деян. 7, 60). Если монах тот, сидя уединенно в келии своей, будет рассуждать таким образом, то укрепится духом, возгосподствует над всеми страстями в Господе, и не только не станет кого-либо обижать, или гневаться на кого, или злом воздавать за зло кому, но будет великой радоваться радостью, и в честь себе вменять, если случится потерпеть ему поругание и обиду. Вот до какой нравственной крепости доходит монах в келии своей, по причине безмолвия, внимания к себе и терпеливого исполнения заповедей Христовых, каковы: пост, молитва, богомыслие и другие добродетели, имеющие место в безмолвии. Итак, очень хорошо сказал блаженный авва Антоний: если монах не может воздержать языка своего от нанесения оскорблений, ропота и многословия, и сердца своего не силен удержать от таких падений, пусть, по крайней мере, сколько может, прилежит безмолвию и молчанию.

    

7. Вопрос. Пришли некогда братия к авве Антонию и сказали ему: дай нам заповедь, которую мы могли бы исполнять. – Он говорит им: написано в Евангелии: если кто ударит тебя в одну ланиту, обрати к нему другую (Мф. 5, 39). Те отвечали ему: мы этого никак не можем исполнить. Старец сказал им: если вы не можете обращать другой ланиты, переносите терпеливо удар в одну. Они сказали: и это не можем делать. Он еще сказал им: если и этого не можете, по крайней мере не отвечайте ударами тому, кто вас ударит. Они сказали: и этого не можем делать. Тогда великий старец сказал ученику своему: приготовь братьям этим немного пищи, потому что они больны. Что значат эти слова святого отца?

   Ответ. Он хотел сказать, что с такими нечего делать, как покормить их и отпустить. Но как старец в заключение сказал: для вас нужна молитва, то можно думать, что под пищей он разумел молитвы старцев, как бы так говоря: если вы не можете ни того, ни этого, то нужна молитва о вас. Ибо как для больных потребна особая пища по слабости их желудка, который не может принимать всякого рода пищу, так и для вас, у которых мысль так немощна, что не может и малой части заповедей Господа нашего исполнять, нужно целение и врачевание душ, именно молитвы отцов, которые могли бы их вам испросить.

    

8. Вопрос. Св. авва Антоний сказал: я видел сети диавола простертые по всей земле, восстенал от этого и сказал: горе роду человеческому; кто может избавиться от них? И сказали мне: смирение спасает от них, ибо они не могут спутывать его. Как видел святой сети сии – чувственно, или мысленно? И кто те, которые сказали ему: смирение спасает от них, ибо они не могут спутывать его?

   Ответ. Авва Макарий Великий, Египетский, ученик аввы Антония, видел также во внутреннейшей пустыне скитской все козни вражеские, в то же время, как видел их авва Антоний, только в другом образе. Святой Макарий видел бесов, в подобии двух человек, из которых один был одет в дырявую одежду, на которой были разных цветов нашивки; тело же другого все покрыто было изношенной одеждой, на верху которой была сеть какая-то, обвешанная пузырьками, к ним подходил еще какой-то, который покрыт был крыльями на подобие покрова. Вот этих телесно, – телесными очами, – видел авва Макарий, а св. авва Антоний видел оком ума, как видят видение, все те сети диавола, которые он всегда строит монахам, и которыми старается их опутать, уловить и помешать им благополучно кончить шествие свое путем добродетели, как написано: скрыша гордии сеть мне, и ужы препяша сеть ногама моима (Псал. 139, 5), Итак, он видел, что сети диавольские устроены по земле таким же образом, как звероловы протягивают свои. Видя это, он удивился и ужаснулся, по причине множества тенет и сетей, в которые если бы и зверь попался какой, не мог бы высвободиться, по множеству разных силков и пут. Под таким образом представились авве Антонию виды всех страстей телесных и душевных, которыми бесы борют монахов. И видел он Ангелов святых, которые поименно означали ему сеть каждой страсти, – именно: сеть чревоугодия или объедения, сеть сребролюбия, сеть блуда, тщеславия, гордости и прочих страстей. Сверх того, они показали ему все искусства и хитрости, как враг устраивает свои сети и засады, чтоб положить братьям препону, опутать их и остановить их шествие по великому пути любви Божией. Когда пораженный ужасом при виде сетей, восстенал он и сказал: горе нам, монахам! Как избавиться нам и спастись от этих сетей, чтоб не запутаться в них? – Ангелы сказали ему: смирение спасает от всех их, и кто им обладает, тот никогда не запутается в них и не падет. – Но они не сказали, что одним смирением препобеждаются страсти и демоны: требуются еще и другие дела и подвиги вместе с смирением. Смирение одно само по себе никакой не принесет пользы, равно как и дела без смирения ничего не значат: ибо они без него – что мясо, землей, а не солью посоленное, которое легко портится и пропадает. Итак, телесные труды, внутренний подвиг ума, безмолвие и непрестанная молитва с совершенным смирением преодолевают все страсти и демонов, так что сии последние и достать не сильны монаха, обладающего ими, как Ангелы сказали авве Антонию.

    

9. Вопрос. Авва Антоний сказал: если подвизаемся подвигом добрым, должно нам крепко бояться и крайне смиряться пред Богом, чтобы Он, ведающий немощь нашу, покрывал нас десницей Своей и хранил, ибо если вознесемся гордостью, Он снимет покров Свой с нас, и мы погибнем. Какой смысл этого изречения блаженного?

   Ответ. Смиряться должны мы всегда, как во время теснот, скорбей и браней, так и во время мира и покоя от браней. Во всякое время имеем мы нужду в смирении, так как оно во время брани доставляет нам помощь и придает силы к поднятию тягости терпения, а во время мира и покоя от браней защищает нас от гордости и удерживает от падений. Также по причине разленения нашего и пленяющего нас Богозабвения, должны мы смиряться, ибо очевидная здесь немощь наша сама собой поведет к смирению и заставит отгонять всякую гордость. Бог не хочет, чтобы мы всегда находились в опасностях и тревогах, но, по Своей благости и человеколюбию, покрывает нас и прекращает брани страстей и свирепость демонов. Итак, если мы во время брани и подвига прибегаем к смирению, ради опасности и затруднения, а во время спокойствия и безопасности от браней забываем Бога и возносимся гордостью, то Он, без сомнения, снимет с нас покров Свой, и мы погибнем в разорении и отчаянии. Почему нет времени, в которое не было бы нам потребно смирение, так как во всяком месте и во всех действиях мы всеконечно имеем в нем нужду.

    

10. Вопрос. Некто из старцев молил Бога показать ему всех отцов, и ему дано было видеть их всех, кроме св. аввы Антония. Тот, кто показывал ему их, сказал: где Бог, там авва Антоний. Как видел он всех отцов и почему не видел аввы Антония?

    Ответ. Или ум старца был восхищен в рай, и видел там отцов, или сами отцы пришли к нему, или Ангел показал ему их, посредством видения. Авва же Антоний не был им видим по двум причинам: для показания великости славы св. аввы Антония, и для того, чтоб смирить старца того, дабы не превознесся он гордостью, что видел всех отцов. Ибо исполняя его прошение, Бог этим видением отцов обязывал его подражать им, а что не удостоен он видеть св. Антония, этим внушалось, что старец не имеет столько сил, чтоб подражать ему, чем давалось ему побуждение подавлять гордость и смиряться.

     

11. Вопрос. Пришел однажды авва Аммон девственник к авве Антонию и сказал ему: вижу, что я имею больше дел, нежели ты; каким же образом имя твое больше славится между людьми, чем мое? Святой Антоний ответил ему: это от того, что я люблю Бога больше, нежели ты. С каким намерением это сказано?

    Ответ. Ни авва Аммон не хвалился своими делами, ни авва Антоний своей любовью, но намерение слов их было таково. Как эти святые были первыми учредителями чина монашеского и начинателями пустынножительства, то они имели в виду обоюдным согласием утвердить и всем монахам показать, что внутренний строй ума превосходнее телесных подвигов. Ибо сей внутренний строй ума направляет и восторгает душу монаха к совершеннейшей любви к Богу, делающей его достойным видений и откровений славы Божией. Телесные подвиги освобождают монаха от страстей телесных, утверждают в добродетелях, силу ему подают к отгнанию похотей, и телу доставляют чистоту. А подвиг ума вооружает душу против демонов и помыслов, ими всеваемых, и доставляет чистоту сердца, которое крепость получает от любви и делается достойным того, чтоб им правил Дух. Не всякого, преуспевающего в добродетелях и любящего Господа, славе нужно распространяться между людьми: ибо вот авва Павел, начало пустынножителей и перворожденный из монахов (которого авва Антоний называл иногда Пророком Илией, иногда Иоанном Крестителем, иногда Апостолом Павлом), пока жив был, ни мало не был известен между людьми. Но, как я уже сказал, те оба отца хотели взаимно утвердить и нас научить, какой чин подвижничества превосходнее другого, – телесный или духовный, состоящий во внутренней сокровенной брани ума, в непрестанной молитве и богомыслии, которые, достигши совершенства, возвышают ум монаха в духовный строй, состоящий в духовной молитве, в удивлении Богу, в созерцании Его и в явлении славы Господа нашего Бога, Коему хвала во веки веков. Аминь.

     

12. Вопрос. Св. авва Антоний сказал, что Бог не попускает диаволу наводить сильные брани на род сей, потому что он немощен. – Как это так?

    Ответ. Бог жалеет род сей, не попускает быть ему слишком теснимому от диавола, так как у нас недостаточны жар любви к Богу и ревность о добрых делах. Итак, диавол слабее нападает на нас, по причине нашей слабости и разленения.

     

13. Вопрос. Что значат следующие слова аввы Антония: если бы мельник не закрывал глаз мула, то он ничего не мог бы приобрести: ибо мул падал бы от кружения головы, и работа прекращалась. Подобно сему и мы бываем покрываемы по Божественному устроению. Ибо и мы вначале делаем добро, не видя его, чтоб не стали мы считать себя блаженными и не погибли потому труды наши, почему иногда впадаем в срамные помышления, чтобы, видя их, укоряли самих себя. Эти-то срамные помышления и суть прикрытие небольшого добра, которое делаем, так как человек, который укоряет себя, не потеряет награды своей. – Объясни нам, что есть полезного в этом изречении?

    Ответ. Не все святые удостаиваются видеть видения, они не видят даже добра, которое делают, и уготованных им обетований, хотя они преисполнены благих дел и добродетелей. Не потому так, чтобы Бог не радовался их добродетелям и не утешался их добрыми делами. Чтобы Всеблагой умалил нечто от награды, уготованной добрым, – да не будет! Но это делает Он для того, чтоб добродетельные люди не вознеслись гордостью, и чтобы через то совсем не погибла цена их добродетели, чтобы не лишились они уготованных им благ, и не сделались чуждыми благодати Божией. Почему хотя за то, что они добрые суть делатели и прилежат добродетелям, Бог хранит их, попускает, однако же, иногда, что демоны посмеиваются над ними, всевают в них срамные помыслы, или наводят страх, или наносят раны, чтоб знали они немощь свою, и всегда были осторожны и опасливы: ибо пока остаются они в мире сем, жизнь их изменчива и превратна. Но как помышление о благе, которое уготовано им за добрые дела, поддерживает в них ревность к постоянному доброделанию для получения его, так сознание своих недостатков и своей немощи отклоняет их от гордости, и делает то, что они готовы бывают на всякий род смирения, и всячески опасаются, как бы не потерять своей добродетели в то время, когда имеют получить сугубую радость от Господа нашего Иисуса Христа в бесконечном царствии небесном.

     

14. Вопрос. Когда авва Еллений из Сирии пришел к авве Антонию, авва Антоний, увидев его, сказал: добро пожаловать, денница, восходящая заутра. А авва Еллений отвечал ему: здравствуй и ты, светлый столп, украсивший вселенную. – Кто этот Еллений? И почему блаженный так назвал его?

    Ответ. Еллений этот жил во времена аввы Антония и был равен ему по степени совершенства и делам. Его похвалил император Константин Победитель, говоря: Благодарю Господа Иисуса Христа, что в дни мои есть три божественных светила, – блаженный авва Антоний, авва Еллений и авва Евхин. Так сказал он потому, что они гораздо превосходили всех монахов, которые жили и были известны в то время. Назвал же его авва Антоний денницей потому, что как денница величиной и светлостью превосходит все другие звезды, так авва Еллений светом благодати превосходил всех прочих монахов его времени. И он с своей стороны, желая показать авве Антонию, что ему не безызвестна высота его совершенства и великость света благодати, ему данной, назвал его светлым столпом, который украсил вселенную.

     

15. Вопрос. Авва Антоний сказал: потому мы не преуспеваем, что не знаем своей степени и своего чина, и не понимаем, чего требует дело, к которому приступаем, и хотим достигнуть добродетели без труда. Почему, коль скоро встретим искушение на месте, в котором живем, переходим на другое, думая, что есть где-нибудь место, в котором нет диавола. Но кто познал, что есть брань, тот постоянно (везде) воинствует с Божией помощью, потому что Господь наш сказал: Царствие Божие внутрь вас есть (Лук. 17, 21). – На что указывает Он сими словами?

    Ответ. Смысл его слов таков. Переходят с одного места на другое, чая найти место, где нет диавола, но встречая искушения и там, куда перешли, удаляются в иное место. Но кто знает, что есть брань, тот борется с Божией помощью там, где живет, и не ищет другого места. Смысл же сказанного Господом нашим: Царствие Божие внутрь вас есть, – есть тот, что мы, монахи, исшедшие из мира, взявшие крест свой, по заповеди Господа нашего, и Ему последовавшие, должны пребывать в одном месте, и заботясь единственно о спасении душ своих, переносить всякого рода встречающиеся там брани. По любви к Богу и ради исполнения воли Его, которое состоит в соблюдении Его заповедей, нам должно, где бы мы ни были, терпеливо переносить все брани и искушения, будут ли они от страстей, или от демонов, или от людей. Но эти, не искусные в брани, непривыкшие сносить никакой тяготы, спешат в другие места, ожидая найти покой от брани, и убежище от помыслов, переселяясь с одного места на другое, и из одной страны в другую. Почему будем оставаться на своих местах, и если нападет на нас брань, или искушение, станем поститься, молиться, преклонять колена, бить себя в перси перед крестом Господа нашего, со слезами и болезнью сердечной прося себе у Него помощи и спасения: так как Он всегда присущ нам и обитает в нас, как написано: близ Господь сокрушенных сердцем, и смиренныя духом спасет (Псал. 33, 19), и как Сам Господь сказал: Царствие Божие внутрь вас есть (Лук. 17, 21), т.е., Я в вас обитаю. Ибо Царствие Божие есть Христос, Который всегда в нас обитает. Блаженный Павел тоже говорит: не знаете ли, что Христос живет в вас? (1 Кор. 3, 16). И не Он только живет в нас, но и мы в Нем пребываем, как Он Сам говорит: будите во Мне и Аз в вас (Иоан. 15, 4). Итак, если мы в Боге обитаем, и сами есть жилище Ему, то не будем оставлять Господа нашего, во время искушений, бед и браней, и переселяясь инуды, не будем искать себе помощи и убежища от стран и мест, но на своих пребудем местах, умоляя Господа, в нас обитающего, подать нам помощь и избавить нас. При этом будем открывать свои помыслы отцам нашим и просить их молитв в помощь нам. Терпя на своих местах, будем всегда прибегать к покрову Спасителя нашего, и Он несомненно сделает нас победителями во всех бранях наших.