Евсевію Кесарійскому суждено было послужить Церкви Божіей во время тяжкихъ ея страданій, и въ началѣ торжества ея. Онъ жилъ во второй половинѣ третьяго вѣка и въ первой четвертаго (между 260 и 340 год.). Въ глазахъ его производились самыя напряженныя усилія язычниковъ подавить Христіанство, и онъ самъ на себѣ испыталъ тягость послѣдняго гоненія: но онъ же былъ свидѣтелемъ и, можно сказать, герольдомъ-провозвѣстникомъ окончательной побѣды христіанской вѣры надъ языческою.

Евсевій родился въ Палестинѣ². Кто были его родители, неизвѣстно³. Но творенія его показываютъ, что онъ получилъ отличное воспитаніе и былъ весьма образованъ какъ въ духовныхъ наукахъ, такъ и свѣтскихъ. Кромѣ греческаго языка онъ зналъ еврейскій и отчасти латінскій. Между учителями его можно считать Дороѳея, антіохійскаго Пресвитера, мужа даровитѣйшаго и весьма ученаго, который преподавалъ ему наставленія о Священномъ Писаніи⁴, не менѣе просвѣщеннаго Мелетія, обращавшагося съ нимъ около семи лѣтъ, и Пресвитера кесарійской церкви, св. Памфила мученика. Душеспасительныя рѣчи послѣдняго такъ глубоко западали въ душу Евсевія, что, и по кончинѣ мученика, говорилъ онъ: «мнѣ кажется, что мой слухъ и теперь еще потрясается отъ одного воспоминанія объ этомъ блаженномъ мужѣ, который постоянно твердилъ о единородномъ Сынѣ Божіемъ»⁵. Такимъ образомъ Евсевій скоро созрѣлъ въ духовной мудрости, за которую и удостоенъ былъ пресвитерскаго званія Епископомъ кесарійской церкви Агапіемъ⁶.

Въ то время, какъ пламя Діоклитіанова гоненія объяло уже весь западъ, и когда на кострахъ сожигались вмѣстѣ съ тѣлами христіанъ священныя ихъ книги, въ Кесаріи палестинской съ удвоенною ревностію старались поддержать христіанское просвѣщенiе и пополняли недавно-основанную библіотеку разными рукописями два Пресвитера, одинъ – не щадя своего имущества, другой – здоровья. То были св. Памфилъ и Евсевій⁷, имена которыхъ слились потомъ въ одномъ имени Евсевія Памфила, или правильнѣе, Евсевія Памфилова, въ память дружества, основаннаго на любви къ священной наукѣ⁸. Въ ихъ школу укрывался теперь остатокъ ученыхъ христіанъ изъ тѣхъ областей имперіи, на которыхъ уже выполняли страшный эдиктъ Діоклитіана⁹.

Вскорѣ однакоже (въ 307 г.) разоренъ былъ и этотъ пріютъ любителей христіанской мудрости. Св. Памфилъ и Евсевій отведены въ темницу. Но и тамъ они продолжали свои ученыя занятія, трудясь надъ разборомъ многочисленныхъ сочиненій Оригена¹⁰. Часть темничныхь трудовъ ихъ сохраняется и до нашего времени, подъ именемъ Апологіи. – Послѣ мученической кончины св. Памфила (†309 г.) Евсевій переходилъ изъ города къ городъ, изъ одной области въ другую, ища себѣ убѣжища, и долженъ былъ видеть всѣ тѣ ужасы, которые совершались тогда въ Палестинѣ, Сиріи, Финикіи и Египтѣ¹¹. Плодомъ этихъ печальныхъ наблюденій была, между прочимъ, Исторія палестинскихъ мучениковъ, – одинъ изъ замѣчательнейшихъ памятниковъ древности.

Съ восшествіемъ на римскій престолъ Константина равноапостольнаго обстоятельства перемѣнились; – и Евсевій, уже Епископъ Кесарійскій, явился достойнымъ органомъ славы этого великаго покровителя Христіанства. Взысканный особенными милостями благочестиваго Императора¹², принимаемый въ его дворцѣ, какъ домашній человѣкъ¹³, удостоенный переписки съ нимъ, въ которой Государь называлъ его любезнѣйшимъ братомъ¹⁴, кесарійскій Архипастырь почти все время употреблялъ на то, чтобы обличать недовольныхъ мѣрами Константина язычниковъ и восхвалять новый порядокъ вещей и мудраго его виновника. Великолѣпные храмы, возстановленные или вновь-основанные щедротами Константина великаго, при освященіи ихъ, обыкновенно, оглашались проповѣдію Евсевія Кесарійскаго¹⁵; Первый Вселенскій Соборъ, на которомъ онъ занималъ почетнѣйшее мѣсто, открытъ его благодарственною рѣчью къ Императору (какъ самъ свидѣтельствуетъ)¹⁶; празднованіе двадцатилѣтія и тридцатилѣтія царства Константинова прославлено торжественными словами Евсевія¹⁷; наконецъ онъ же составилъ и подробное жизнеописанiе Равноапостольнаго.

Святитель недолго жилъ по смерти своего высокаго покровителя, и скончался въ самомъ началѣ царствованія преемника Константинова – Констанція¹⁸.

Какъ ревностный защитникъ христіанъ, какъ «отецъ церковной исторіи»¹⁹ и какъ краснорѣчивый проповѣдникъ, Евсевій всегда былъ предметомъ удивленія и похвалъ. Блаж. Іеронимъ, такъ много воспользовавшійся трудами Евсевія, называетъ его мужемъ весьма ученымъ, весьма образованнымъ, опытнѣйшимъ въ Божественныхъ писанияхъ и удивительнымъ; – почему и спрашіваетъ въ недоумѣнiи: «кого можно найдти, кто былъ бы умнѣе, ученѣе и краснорѣчивѣе Евсевія»?²⁰ Созоменъ тоже говоритъ, что Евсевій былъ весьма многоученымъ (πολυμαϑεστατος) какъ въ разсужденiи Священныхъ Писаній, такъ и въ разсужденiи эллинскихъ поэтовъ и другихъ писателей²¹. По словамъ Сократа, это – свидѣтель достовѣрнейшiй (αξιοπιστοτατος)²²; по словамъ Евагрія, это – мужъ весьма словесный (ανηρ εις τα μαλιστα λογιος) и въ сочиненіяхъ такъ силенъ, что можетъ своихъ читателей, если не сдѣлать благочестивыми христіанами, то по-крайней-мѣрѣ заставить полюбить благочестіе²³. Геласій кизическій представляетъ его превосходнымъ воздѣлывателемъ нивы церковной и самымъ ревностнымъ любителемъ истины (ϑιλαληϑεστατος)²⁴. Съ такимъ же почтеніемъ отзываются объ немъ и писатели новѣйшихъ временъ²⁵.

Хотя очень много сочиненій кесарійскаго Святителя утрачено для потомства²⁶: но за всѣмъ тѣмъ еще довольно ихъ дошло до насъ, такъ-что и въ томъ случаѣ, если бы ими только ограничивалась вся дѣятельность Архипастыря, нельзя не удивляться его трудолюбію, уму и богатству свѣдѣній.

До нашего времени сохранились слѣдующія его творенія:

1) Филалитъ или любитель истины, – двѣ обличительныя книги противъ Іерокла, который дерзнулъ сравнивать Господа нашего Іисуса Христа съ Аполлоніемъ тіанскимъ. Писаны около 303 года.

2) Исторія временъ отъ начала міра и до никейскаго Собора, обыкновенно называемая Хроникою. Она раздѣляется на двѣ части: хронологiю, т. е. разсужденіе о лѣтосчисленіяхъ Халдеевъ, Ассиріянъ, Мидянъ, Персовъ, Лидянъ, Евреевъ, Египтянъ, Аѳинянъ, Сикіонянъ, Лакедемонянъ, Ѳессалійцевъ, Македонянъ и Римлянъ, и хроническiе каноны или таблицы. Писан. прежде 313 года. Греческій подлинникъ теперь существуетъ только въ отрывкахъ и восполняется вольнымъ латинскимъ переводомъ блаж. Іеронима.

3) Пятнадцать книгъ евангельскаго Приготовленія, гдѣ изъясняется, какъ языческіе мудрецы заблуждались въ ученіи о вещахъ Божественныхъ, и, если сказали что хорошаго, то заимствовали изъ Священныхъ книгъ еврейскихъ. Цѣлію автора было доказать, что христіане имѣли причины отвергнуть ученіе Грековъ и послѣдовать ученію Евреевъ. Скалигеръ называетъ этотъ трудъ Евсевія божественнымъ, для котораго необходимо было перерыть всѣ библіотеки Египта, Финикіи, Греціи. Пис. около 313 года.

4) Десять первыхъ книгъ евангельскаго Доказательства: въ нихъ Святитель подтверждаеть истинность Христіанства мѣстами Ветхаго Завѣта и особенно пророчествами, отвѣчая на тотъ упрекъ Іудеевъ, что христіане, усвоившіе писанія ихъ (т. е. Ветхій Завѣтъ), не хотятъ выполнять ихъ законъ (т. е. Моѵсеевъ). Пис. около того же времени.

5) Три книги о мнимомъ разногласiи Евангелiй. Еще не отпечатаны, за исключенiемъ отрывка, но хранятся въ рукописи, въ Сициліи. Пис. прежде 324 года.

6) Четыре книги Эклогъ пророческихъ или избранныхъ мѣстъ Ветхаго Завѣта о Христѣ, – въ рукописи, въ вѣнской императорской библіотекѣ. Пис. прожде 324 года.

7) Десять книгъ церковной Исторiи. Пис. между 324 и 326 год.

8) Книга о палестинскихъ мученикахъ, пострадавшихъ между 303 и 311 годами. Есть нѣкоторыя основанія думать, что это на него, какъ на дополненіе къ 8-й книгѣ церковной Исторіи. Пис. около того же времени.

9) Посланіе къ кесарійской паствѣ – о томъ, что и какъ происходило на никейскомъ Соборѣ. Пис. около 326 г.

10) Книга о именахъ мѣстъ, упоминаемыхъ въ Священномъ Писаніи (какъ-то: городовъ, селъ, горъ, рѣкъ), извѣстная у блаж. Іеронима, переведшаго ее на латинскій языкъ, подъ именемъ книги Топикъ. Имена расположены тутъ въ алфавитномъ порядкѣ. Пис. около 330 года.

11) Похвальное слово Константину великому, по случаю празднованія тридцатилѣтія царства его, произнесенное въ императорскомъ дворцѣ. Пис. въ 335 году.

12) Двѣ книги противъ Маркелла, Епископа анкирскаго, низложеннаго константинопольскимъ Соборомъ (въ 336 году) за ересь Савелліеву. Пис. около 337 года.

13) Три книги церковнаго Богословія – о Божествѣ Іисуса Христа, направленныя противъ того же Маркелла. Пис. около того же времени.

14) Четыре книги о жизни Константина великаго. Писаны по смерти Императора, около 338 года.

15) Толкованіе на Псалмы, которое блаж. Іеронимъ справедливо назвалъ ученѣйшимъ (еruditissimos commentarios). Пис. около того же времени.

16) Толкованіе на пророка Исаiю, въ десяти книгахъ, – съ значительными пропусками словъ толкователя. Пис. около того же времени.

17) Евангельскіе каноны или таблицы, т. е. сводъ сходныхъ и несходныхъ мѣстъ Четвероевангелія.

18) О смерти Ирода, – въ рукописи, въ базельской библіотекѣ.

19) Нѣсколько краткихъ словъ на разные случаи и о разныхъ предметахъ.

20) Нѣсколько бесѣдъ на нѣкоторыя мѣста Писанія²⁷.

Но, по важности, первое мѣсто между твореніями Евсевія, безспорно, принадлежитъ его церковной Исторіи. Это – сокровищница свѣдѣній, драгоцѣнныхъ для всякаго христіанина: – не говоримъ уже о томъ, что это трудъ первый и единственный въ своемъ родѣ. Евсевіева Исторія обнимаетъ собою обширное пространство временъ, протекшихъ отъ Рождества Христова до Константина великаго; а въ этихъ временахъ все, относящееся до Христіанства, заслуживаетъ нашего особеннаго вниманія: – благолѣпіе первенствующей Церкви, въ которой христіане всѣхъ вѣковъ видѣли и видятъ образецъ, основаніе и оправданіе православной вѣры, – обиліе чудесъ и знаменій, которыми Господь возращалъ и укрѣплялъ свою Церковь, – дивная ревность св. Апостоловъ въ распространеніи евангельскаго свѣта, – преданія и завѣты первыхъ церковныхъ Пастырей, – примѣрная кротость и незлобіе малаго стада Христова посреди волковъ-язычниковъ и Іудевъ, – доблестное самопожертвованіе мучениковъ изъ любви къ Спасителю, – славные подвиги исповѣдниковъ, – исполненіе столь многихъ обѣтованій, угрозъ и предвѣщаній Іисуса Христа. Какъ утѣшительно, какъ назидательно для вѣрующихъ видѣть все это описаннымъ рукою опытнѣйшаго и благочестиваго Святителя!

Послѣ Евсевія писали церковную исторію Сократъ, Созоменъ, блаж. Ѳеодоритъ и другіе, но ни одинъ изъ нихъ не рѣшался повѣствовать о томъ времени и тѣхъ событіяхъ, которыя описаны въ церковной Исторіи Евсевія, а всѣ начинали уже свой разсказъ тѣмъ, чѣмъ онъ кончилъ. Только Никифоръ Каллистъ въ ХІV вѣкѣ предпринялъ-было написать новую исторію первыхъ трехъ вѣковъ; но онъ ничего не могъ сдѣлать больше, какъ повторить сказанное Евсевіемъ, прибавивъ отъ себя нѣсколько такихъ сказаній, которыя вообще считаются недостовѣрными, и отъ которыхъ трудъ его нисколько не улучшился, но, напротивъ, много утратилъ своего достоинства.

Причина этого, конечно, заключалась главнымъ образомъ въ томъ, что позднѣйшіе писатели не могли имѣть подъ руками источниковъ, которыми пользовался Евсевій. Такъ онъ читалъ еще пять книгъ Егезиппа, писателя втораго вѣка, гдѣ содержался «простоватый, по замѣчанію блаж. Іеронима, но истинный разсказъ о нѣкоторыхъ событіяхъ, совершившихся въ христіанской Церкви отъ страданія Господа и до того времени, когда жилъ сочинитель»²⁸: но эти книги, вскорѣ послѣ Евсевія, утратились. То-же должно сказать и о краткой Хроникѣ Юлія африканскаго (3-го вѣка), простиравшейся отъ Рождества Христова до царствованія Маркіана. – Но у Евсевія, кромѣ этихъ пособій, были еще многіе, ему одному доступные, государственные и судебные документы, относящіеся до христіанъ, какъ видно изъ слѣдующаго преданія блаж. Іеронима. «Однажды, когда Константинъ Августъ прибылъ въ Кесарію и сказалъ помянутому предстоятелю (Евсевію), чтобы просиль у него какихъ-либо полезныхъ благодѣяній для кесарійской церкви, – Евсевій, говорятъ, отвѣтилъ: церковь моя богата своими доходами и не имѣетъ особенной нужды испрашивать пособій; но самъ я имѣю непреодолимое желаніе, чтобы все, что только дѣлалось въ римскомъ государствѣ относительно святыхъ Божіихъ разными судіями, преемственно служившими во всемъ римскомъ мірѣ, тщательно было розыскано въ обществственныхъ архивахъ, по царскому приказу, и препровождено ко мнѣ, съ означеніемъ, какой мученикъ, предъ какимъ судіей, въ какой области или какомъ городѣ, въ какой день и съ какімъ мужествомъ восхитилъ пальму своего страданія. Такимъ образомъ Евсевій сдѣлался искуснымъ повѣствователемъ, сложилъ церковную Исторію и, какъ тщательный писатель исторіи, изобразилъ побѣды почти всѣхъ мучениковъ по всѣмъ областямъ римскимъ»²⁹. Преданіе блаж. Іеронима подтверждается самыми твореніями Евсевія. – Наконецъ, для него открыты были и всѣ, существовавшія тогда на востокѣ, христіанскія библіотеки, какъ самъ онъ говоритъ въ разныхъ мѣстахъ. Вотъ почему древность называла его свидѣтелемъ достовѣрнѣйшимъ и многоученымъ!

Въ томъ-же четвертомъ вѣкѣ, когда явилась въ свѣтъ церковная Исторія Евсевія, она уже переведева была на латинскій языкъ Руфиномъ. Впрочемъ переводчикъ держался больше смысла, чѣмъ буквы подлинника; иное прибавлялъ отъ себя, иное отсѣкалъ, иное измѣнялъ по своему усмотрѣнію, и почти вовсе выпустилъ двѣ послѣднія книги, а вмѣсто того присоединилъ свои двѣ, въ которыхъ продолжена церковная исторія до смерти Ѳеодосія великаго: онѣ цѣнятся много ниже сказаній Евсевія и по достовѣрности и по искусству изложенія. Латиняне по этому только переводу и знали Исторію Евсевія до XVI вѣка, когда нѣкто Мускулъ издалъ новый латинскій переводъ, но съ другимъ, противоположнымъ недостаткомъ. Мускулъ слишкомъ привязывался къ буквѣ, а чрезъ то нерѣдко уклонялся отъ истиннаго смысла подлинника. Послѣ того вновь переводилъ ту-же Исторію на латинскій языкъ Христофорсонъ, Епископъ чичестерскій: но его упрекаютъ въ грубости языка и произвольныхъ вставкахъ своего изобрѣтенія въ тѣхъ мѣстахъ, которыхъ онъ не выразумѣлъ. Лучшимъ признается латинскій переводъ Валуа, который снабдилъ притомъ Исторію Евсевія многими полезными разсужденіями и примѣчаніями.

Греческій текстъ въ первый разъ отпечатанъ былъ въ 1544 году въ Парижѣ, вмѣстѣ съ исторіями Сократа, Созомена, Ѳеодорита и Евагрія. Другое изданіе было женевское съ латинскимъ переводомъ Христофорсона и съ примѣчаніями Суффрида Пьера, въ 1612 году. Съ этого изданія переводили Исторію на нѣмецкій, голландскій, англійскій и французскій языки. Нынѣ всѣмъ изданіямъ справедливо предпочитается Валезіево, исправленное по лучшимъ рукописямъ и обогащенное разными замѣчаніями, какія придумалъ самъ Валезій и какія сдѣланы были другими учеными разныхъ временъ. Оно вышло въ Кембриджѣ въ 1720 году. Предлагаемый переводъ предпочтительно слѣдуетъ этому изданію.

Примѣчанія:
¹ По свидѣтельству Сократа, жизнь Евсевія кесарiйскаго описалъ Акакій, ученикъ и преемникъ его на епископскомъ престолѣ (Socrat. Hist. eccles. lib. 2, cap. 4 еt 5). Но это жизнеописаніе не дошло до насъ, и затѣмъ, намъ остаются только краткiя свѣдѣнія о Евсевіѣ, разсѣянныя у разныхъ древнихъ писателей и въ сочиненіяхъ самого Святителя.
² Объ этомъ заключаютъ изъ многихъ мѣстъ его сочиненій и изъ часто употребляемаго древними прозванія его – Παλαιστινος. Ѳеодоръ Метохита прямо говоритъ: «ϰαι ο του Παμϕιλου Ευσεβιος εϰ Παλαιστινης μεν γενος» ϰ. τ. λ.
³ Только у Никифора Каллиста (въ ХІѴ вѣкѣ) встрѣчаемъ преданіе, будто мать Евсевія была сестра св. мученика Памфила: «eodem tempore eruditione juxta et vitae iustituto philosophum christianum et presbyterii dignitate auctum, divinum Pumphilum floruisse scimus... Euscebius, sororis ejus filius, eidem adeo charus, ut nomen illi suum imposuerit» etc. Hist. eccles. lib. 8, cap. 37. Но этому трудно повѣрить, потому что самъ Евсевій говоритъ, что онъ узналъ св. Памфила уже тогда, какъ поступилъ въ клиръ кессарійской церкви, гдѣ Памфилъ быль первымъ изъ Пресвитеровъ (Hist. eccles. lib. 7 sub finem). Племяннику можно было знать дядю съ малыхъ лѣтъ. – Нельзя ручаться и за то, дѣйствительно ли былъ Евсевiй кесарійскій братомъ Евсевія, Епископа Никомидійскаго, какъ называетъ его часто Арiй. «Ευσεβιος ο αδελϕος σου, ο εν Καισαρεια» – слова Арія въ письмахъ къ Евсевію Никомидійскому (См. Ѳеодоритъ. Hist. eccles. lib. 1 сар. 5). Самъ Евсевій Никомидійскій въ письмѣ кь Павлину, Епископу Тирскому, не называетъ Евсевія Кесарійскаго иначе, какъ своимъ господиномъ: такая почтительность рѣдко соблюдается между братьями (Ѳеодоритъ. libid.).
⁴ Euseb. Hist. eccies. lib. 7, cap. 32; сн. Niceph. Callist. Hist. eccles. lib. 6, cap. 35.
⁵ Lib. 2 аdvеrsus Sabellium, іn ірso orationis exordio, et pag. 29.
⁶ Euseb. Hist. eccles. lib. 7, cap. 32.
⁷ Ibid. lib. 6, cap. 32; сн. Hieronym. lib. de scriptor. eccles. cap. 81: «Eusebius bibliothecae divinae cum Pamphilo martyre diligentissimus perscrutator».
⁸ Названіе – Евсевiй Памфилъ находимъ только у позднѣйшихъ латинскихъ писателей; но греческіе всѣ, и даже древніе изъ латинскихъ употребляли названіе – Евсевій Памфиловъ. «Ευσεβιος ο Παμϕιλου» – Сократъ. Hist. eccles. lib. 1, cap. 1. 10. 23 et 24; «Ευσεβιω ο Παμϕιλου» – Созоменъ. Hist. eccles. lib. II, cap. 21; «Еusebius Pamphili, Eusebium Pamphili» – бл. Іеронимъ. praefat. lib. V Commentar. in Esaiam et praefat. lib. de scriptor. eccles., etc. etc. – Что имя Памфила присоединено къ имени Евсевія въ слѣдствіе дружбы ихъ, о томъ свидѣтельствуетъ бл. Іеронимъ: «ob amicitiam Pamphili martyris ab eo cognomen sortitus est – Eusebius» (lib. de scriptor. eccles. cap. 81; сн. Photii Biblioth. cod. 13).
⁹ Euseb. lib. de Palaestinae martyribus, cap. 4.
¹⁰ Euseb. Hist. eccles. lib. 6, cap. 23; Phot. Biblioth. cod. 118.
¹¹ Euseb. Hist. eccles. lib. 8.
¹² Euseb. de vita Constantini lib. 4, cap. 35 et al.
¹³ Ibid. lib. 1, cap. 28; lib. 2, cap. 8. 45 et 46; lib. 4, cap. 33 et 34. Константинъ великій особенно полюбилъ его за то, что онъ отказался отъ предложенной ему многими гражданами Антохіи чести занять антiохійскій престолъ вмѣсто св. Евстаѳія, который низложенъ былъ вопреки желанію другой половины гражданъ: отъ чего произошли-было большія смятенія въ Антіохіи, которыя надобно было усмирять военною силою. Императоръ писалъ Евсевію, какъ онъ радуется этому великодушному его отказу и находитъ его счастливѣйшимъ человѣкомъ, который достоинъ быть Епископомъ не одного какого-нибудь города, но всего міра. Sozom. Hist. eccles. lib. 3, cap. 19. А въ письмѣ къ антіохійскому Собору называлъ Евсевія за то же самое «святѣйшимъ Епископомъ». См. Ѵit. Constantini, lib. 3, cap. 62.
¹⁴ Ibid. lib. 4, cap. 35.
¹⁵ Ibid. cap. 45.
¹⁶ Ibid. lib. 3, cap. 2; cн. Nicet. Choniat. Thesaur. de orthodoxa fide, lib. 5, cap. 7: «Eusebius quidem libro de Constautini vita tertio se primum verba in Synodo fecisse testatur. Si tamen Theodoreto credimus, Eustathius, antiochenus Episcopus, primus encomiorum flosculis imperatorium caput redimivit. Ut autem Theodorus Mopsuestiaeus scribit, Alexandro, Alexandinorum Pontifici, id honoris ultro delatum est; quippe qui Synodi cogendae dux et autor extitisset».
¹⁷ Euseb. ibid. lib. 1, cap. 1.
¹⁸ Theoph. in Chronographia ad annum mundi 5829: «ευϑυς δε μετα τον μεγαν Κωνσταντινον (Ευσεβιος ο Παμϕιλου) απεϑανεν» ϰ. τ. λ.
¹⁹ Прозваніе, справедливо усвояемое ему учеными. См. Vales. prolegom. Hist. eccles. Euseb. – Tillemont. Memoir. pour servir à l’hist. eccles. tom. 7, pag. 55.
²⁰ Hieronym. advers. Rufin. lib. 2; praefat. lib. V Commentar. in Esaiam; prooemium lib. de scriptor. eccles., et epist. 65 ad Paminachium et Oceanum.
²¹ Hist. eccles. lib. I.
²² Hist. eccles. lib. I, cap. 8.
²³ Hist. eccles. lib. I, cap. 1.
²⁴ De Synodo Nicaena, lib. 2, cap. 1.
²⁵ August. Closs – Des Eusebius, Bischofs von Cäsarea Kirchengeschichte, zum erstenmahl vollständig übersetzt und mit Anmerkungen versehen, 1840, Stuttgart und Leipzig. Сн. Pearson. Viтdic. cpistolarum s. Ignalii, pag. 322, apud Cotclerium PP. Apostolic, vol. 2; Martini Hankii De byzantinarum rerum scriptoribus graecis, Lipsiae, MDCLXXVII, pag. 118 et sequ.
²⁶ Особенно достойны сожалѣнія слѣдующія изъ потерянныхъ его твореній: такъ-называемое приготовленіе къ церковному доказательству, и самое доказательство, о важности и обширности которыхъ можно судить по дошедшимъ до насъ приготовленію евангельскому и доказательству евангельскому, – десять книгъ сего послѣдняго, – тридцать книгь противъ философа Порфирія, – двѣ книги опроверженія языческихъ возраженій, – три книги о жизни св. мученика Памфила, – одинадцать сказаній о христіанскихъ мученикахъ по всему міру, – пять книгъ о богоявленіи, – книга описанія церкви Воскресенія при гробѣ Господнемъ, – трактаты о многоженствѣ и многочадіи древнихъ патріарховъ, – о названіяхъ, какія давали Евреи другимъ народамъ, – о пасхѣ, о родословіи Іисуса Христа, – объ исполненіи Его пророчествъ, – о родствѣ Богородицы съ Елисаветою, – обширное толкованіе на первое посланіе Ап. Павла къ Коринѳянамъ, и на другія книги Священнаго Писанія, – торжественныя рѣчи при освященіи іерусалимскаго храма Воскресенія, и предъ открытіемъ никейскаго Собора, – письма къ разнымъ лицамъ, и, если Евсевій выполнилъ свое обѣщаніе, – сборникъ писемъ Константина великаго. О нѣкоторыхъ изъ этихъ трудовъ упоминаетъ самъ Евсевій, о другихъ говорятъ послѣдующіе писатели, особенно Іеронимъ и Фотій, а о прочихъ знаемъ по сохранившимся до нашего времени отрывкамъ изь нихъ. См. Ceillier Hist. general. des auteurs sacres et ecclesiast. tom. 4, pag. 338.
²⁷ Когда писаны послѣднія изъ перечисленныхъ сочиненій, не знаемъ.
²⁸ Hieronym. Catalog. scriptor. eccles. сар. 33.
²⁹ Ніeron. epist. ad Chromatium et Hitiodorum.

Печатается по изданію: Сочиненiя Евсевiя Памфила, переведенныя съ греческаго при Санктпетербургской Духовной Академiи. Томъ I. – СПб.: Въ типографiи Е. Фишера, 1848. – С. I-XIV.

Содержанiе книги: Предисловіе. I. О дѣйствіяхъ Апостоловъ по вознесенiи Христовомъ. II. О томъ, какъ встревожился Тиверій, узнавъ отъ Пилата объ Іисусѣ Христѣ. III. О томъ, какъ ученіе о Христѣ въ короткое время распространилось по всему мiру. IV. О томъ, какъ, по смерти Тиверія, Кай (Калигула) поставилъ царемъ iудейскимъ Агриппу, а Ирода осудилъ на вѣчное изгнаніе. V. О томъ, что Филонъ былъ посланъ къ Каю для ходатайства за Іудеевъ. VI. О томъ, какія бѣдствія стеклись надъ Iудеями послѣ дерзости ихъ противъ Христа. VII. О самоубійствѣ Пилата. VIII. О голодѣ, бывшемъ въ правленіе Клавдія. IX. Мученичество Апостола Іакова. X. Какъ Иродь Агриппа, воздвигнувъ гоненіе на Апостоловъ, скоро испыталъ надъ собою судъ Божій. XI. Объ обманщикѣ Ѳевдѣ и его сообщникахъ. XII. Объ осройской царицѣ Еленѣ. XIII. О Симонѣ волхвѣ. XIV. О проповѣди Апостола Петра въ Римѣ. XV. О Евангеліи отъ Марка. XVI. О томъ, что Маркъ первый проповѣдалъ Христа Египтянамъ. XVII. Повѣствованіе Филона о египетскихъ подвижникахъ. ХVІІІ. О томъ, какія сочиненія Филона дошли до насъ. XIX. О томъ, какія бѣдствія постигли Іудеевъ іерусалимскихъ въ самый день пасхи. XX. О томъ, что произошло въ Іерусалимѣ въ правленіе Нерона. XXI. О Египтянинѣ, о которомъ упоминается въ Дѣяніяхъ апостольскихъ. XXII. О томъ, какъ Павелъ посланъ былъ въ узахъ въ Римъ и, тамъ оправдавшись, признанъ свободнымъ отъ всякаго осужденія. XXIII. О томъ, какъ пострадалъ Іаковъ, называемый братомъ Господнимъ. XXIV. О томъ, что первымъ послѣ Марка епископомъ александрійской церкви былъ Анніанъ. ХХV. О гоненіи при Неронѣ, во время котораго Апостолы Петръ и Павелъ увѣнчалисъ въ Римѣ мученическою смертію за благочестіе. ХХѴI. О томъ, какъ Іудеи преслѣдуемы были безчисленными бѣдствіями, и какъ начали войну противъ Римлянъ.

Предисловіе.

О чемъ нужно было сказатъ вмѣсто вступленія въ церковную Исторію, какъ-то: о Божествѣ спасительнаго Слова, о происхожденіи догматовъ нашего ученія, о древности евангельской жизни, въ духѣ христіанъ, также о бывшемъ не задолго до насъ явленіи Спасителя нашего, о Его страданіи и избраніи Апостоловъ; – на все это краткія доказательства мы привели въ предъидущей книгѣ. Теперь же будемъ обозрѣвать то, что происходило по вознесенiи Христа, заимствуя иное изъ Божественныхъ Писаній, а иное изъ внѣшнихъ источниковъ, о которыхъ упомянемъ въ свое время.

Глава I. О дѣйствіяхъ Апостоловъ по вознесенiи Христовомъ.

Прежде всего, на мѣсто предателя Іуды, жребій апостолъства получаетъ Матѳій, какъ сказано, одинъ изъ учениковъ Господнихъ. Потомъ, съ молитвою и возложеніемъ рукъ оть Апостоловъ, семь испытанныхъ мужей поставляются въ званіе діаконовъ, для служенія въ общихъ собраніяхъ (Дѣян. 6, 1-6). Въ числѣ ихъ находился и Стефанъ, который, вскорѣ послѣ Господа, и тотъ-часъ-же по своемъ рукоположеніи (какъ-бы для того и рукоположенъ былъ), побитъ отъ христоубійцъ камнями, и такимъ образомъ первый изъ побѣдоносныхъ Христовыхъ мучениковъ принялъ означаемый его именемъ вѣнецъ¹. Въ-слѣдъ затѣмъ Іаковъ, именуемый братомъ Господнимъ (ибо онъ назывался сыномъ Іосифа², а Іосифъ – отцемъ Іисуса: обрученнѣй бо бывши Дѣвѣ Маріи Іосифови, говоритъ Священное евангельское Писаніе (Матѳ. 1? 18), прежде даже не снитися има, обрѣтеся имущи во чревѣ отъ Духа Свята), – сей-то самый Іаковъ, за превосходство добродѣтелей древними названный праведнымъ, первый, какъ повѣствуютъ, получилъ престолъ епископства надъ іерусалимскою церковію. Объ этомъ Климентъ въ шестой книгѣ Постановленій говоритъ такъ: «Петръ, Іаковъ и Іоаннъ хотя отъ самаго Господа предпочтены были (другимъ ученикамъ), однако по вознесеніи Спасителя не стали состязаться о славѣ, но іерусалимскимъ епископомъ избрали Іакова праведнаго». А въ седьмой книгѣ тѣхъ-же Постановленій онъ повѣствуетъ объ Іаковѣ еще слѣдующее: «по воскресеніи Своемъ Господь сообщилъ даръ вѣдѣнія Іакову праведному, Іоанну и Петру; а они передали его прочимъ Апостоламъ, прочіе же – семидесяти ученикамъ, изъ которыхъ одинъ быль Варнава». Іакововъ быдо два: одинъ по прозванію праведный, сброшенный съ кровли и до смерти убитый скалкою сукновала; а другой обезглавленный. Объ Іаковѣ праведномъ упоминаетъ и Павелъ, говоря: иного же отъ Апостолъ не выдѣхъ, токмо Іакова брата Господня (Гал. 1, 19). Въ то-же время исполнилось обѣщаніе Спасителя нашего, данное осройскому царю. Апостолъ Ѳома, по Божественному внушенію, посылаетъ въ Эдессу Ѳаддея проповѣдовать и благовѣствовать ученіе о Христѣ, въ чемъ, какъ недавно сказано, удостовѣряетъ насъ найденная тамъ рукопись. Достигнувъ тѣхъ мѣстъ, Ѳаддей словомъ Христовымъ врачуетъ Авгаря и своими великими чудесами изумляетъ всѣхъ тамошнихъ жителей. Посредствомъ такихъ дѣлъ достаточно расположивъ ихъ и возбудивъ къ почитанію силы Христовой, онъ приготовилъ въ нихъ учениковъ спасительнаго ученія. Съ того времени и донынѣ весь городъ Эдесса, получивъ необычайное знáменіе благодѣянія Спасителева, тщательно хранитъ исповѣданіе имени Христова. Это заимствовали мы изъ древнихъ сказаній. Теперь перейдемъ къ Божественному Писанію. Послѣ мученической кончины Стефана, когда Іудеи воздвигли первое величайшее гоненіе на іерусалимскую церковь, всѣ ученики Христовы, кромѣ только двѣнадцати, разсѣялись по Іудеѣ и Самаріи; нѣкоторые же изъ нихъ, какъ говоритъ Писаніе, прошли даже до Финикіи, Кипра и Антіохіи, но еще не дерзая сообщать слово вѣры язычникамъ, проповѣдывали его однимъ Іудеямъ. Въ то время и Павелъ озлобляше Церковь, въ домы (вѣрныхъ) входя и влача мужи и жены, предаяше въ темницу (Дѣян. 8, 3). Въ числѣ разсѣявшихся былъ также Филиппъ, одинъ изъ мужей, вмѣстѣ со Стефаномъ поставленныхъ въ діаконы. Онъ пришелъ въ Самарію, и здѣсь, исполненный силы Божіей, началъ первый проповѣдывать жителямъ Евангеліе (Дѣян. 8, 5-24). Ему содѣйствовала столь великая благодать Божія, что своимъ словомъ онъ привлекъ къ себѣ Симона волхва вмѣстѣ со многими другими. Этоть Симонъ въ то время былъ весьма славенъ, и своимъ волхвованіемъ такъ дѣйствовалъ на обольщенныхъ, что они думали видѣть въ немъ великую силу Божію. Пораженный чудесами, которыя Филиппъ совершалъ силою Божіею, Симонъ прибѣгь къ хитрости, – притворился вѣрующимъ во Христа до-того, что принялъ крещеніе. Это, къ удивленію нашему, и нынѣ случается съ тѣми, которые послѣдуютъ гнусной ереси Симона. По примѣру своего родоначальника, они, подобно заразительной и гнойной болѣзни, вторгаются въ Церковь и, кому успѣваютъ привить сокровенный къ себѣ, неисцѣлимый и жестокій ядъ, тому причиняютъ крайнюю гибель. Многіе изъ нихъ, обличенные въ лукавствѣ, и теперь уже извержены, какъ обличенъ былъ Петромъ и понесъ должное наказаніе самъ Симонъ³ . Между-тѣмъ, какъ спасительная проповѣдь со-дня-на-день болѣе и болѣе распространялась, промыслъ Божій привелъ изъ Эѳіопiи одного вельможу тамошней царицы (этотъ народъ, по обычаю своихъ предковъ, и теперь управляется царицами), и ему изъ язычниковъ первому Филиппъ, по откровенію, сообщилъ тайны Божественнаго ученія. Этотъ вельможа, начатокъ вѣрующихъ во вселенной (внѣ Іудеи), возвратившись въ отечество, первый проповѣдалъ тамъ познаніе о Богѣ всяческихъ и о живоносномъ пришествіи Спасителя нашего къ людямъ. Такимъ образомъ чрезъ него исполнилось пророчество: Еѳіопiя предваритъ руку свою къ Богу (Псал. 67, 32). Кромѣ того дѣлается Апостоломъ и Павелъ, избранный сосудъ ни отъ человѣкъ, ни человѣкомъ, но откровеніемъ Іисуса Христа, и Бога Отца, воскресившаго Его отъ мертвыхъ (Гал. 1, 1). Онъ удостоенъ сего званія чрезъ видѣніе и откровеніе небеснаго гласа.

Глава II. О томъ, какъ встревожился Тиверій, узнавъ отъ Пилата объ Іисусѣ Христѣ.

Когда дивное воскресеніе и вознесеніе на небеса Спасителя нашего сдѣлалось уже извѣстно многимъ; то, по древнему обычаю, повелѣвавшему областнымъ правителямъ доносить о новыхъ произшествіяхъ лицу, облеченному царскою властію, чтобы ничто отъ него не укрывалось, – Пилатъ донесъ императору Тиверію о воскресенiи изъ мертвыхъ Спасителя нашего Іисуса Христа, какъ о событіи, уже извѣстномъ во всей Палестинѣ, прибавляя, что онъ слышалъ и о другихъ Его чудесахъ и что, воставъ изъ мертвыхъ, Онъ сдѣлался предметомъ вѣры, какъ Богъ. Говорятъ, что Тиверій сообщилъ это извѣстіе сенату; но сенатъ отвергъ его, подъ тѣмъ предлогомъ, что не самъ онъ предварительно разсматривалъ сіе дѣло (а древній законъ требовалъ, чтобы у Римлянъ не иначе кто-либо признаваемъ былъ за Бога, какъ по согласію и опредѣленію сената). Въ-самомъ-же-дѣлѣ такъ случилось потому, что спасительное ученіе Божественнаго благовѣствованія не имѣло нужды въ одобреніи, или покровительствѣ человѣческомъ. Впрочемъ, не смотря на то, что римскій сенатъ отринулъ представленіе о Спасителѣ нашемъ, Тиверій остался при первомъ своемъ мнѣніи и не умышлялъ никакого зла противъ ученія Христова. Тертулліанъ, мужъ весьма свѣдущій въ римскихъ законахъ, знаменитый и въ другихъ отношеніяхъ и особенно пользующійся славою въ Римѣ, упоминаетъ о семъ произшествіи въ своей Апологіи за христіанъ. Эта Апологiя сперва написана на латинскомъ языкѣ, а потомъ переведена на греческій. Вотъ какъ говоритъ онъ слово-въ-слово⁴: «Будемъ разсуждать и о происхожденiи такихъ законовъ. Издревле было постановлено, что царь не можетъ никого признать богомъ безъ предварительнаго рѣшенія сената. Извѣстно дѣло Марка-Эмилія о нѣкоторомъ идолѣ Алвурнѣ. И это самое, что, то-есть, у васъ божественность даруется по суду человѣческому, служитъ къ защитѣ нашего ученія. У васъ если божество человѣку не угодно, то оно и не божество. Такимъ образомъ, по-вашему, человѣкъ имѣетъ право оказывать Богу милостъ. Вотъ и Тиверій, въ царствованіе котораго имя христіанъ вошло въ міръ, получивъ донесеніе изъ Палестины о возникающемъ тамъ ученіи, сообщилъ объ отомъ сенату съ мнѣніемъ, что новое ученіе ему нравится. Но сенатъ отвергъ предложеніе Тиверія, потому-что не самъ судилъ о дѣлѣ. Впрочемъ императоръ остался при своей мысли, и доносителямъ на христіанъ угрожалъ смертію». – Небесный Промыслъ внушилъ это Тиверію для того, чтобы ученіе Евангелія, въ то время только-что возникшее, могло свободно распространяться по всей землѣ.

Глава III. О томъ, какъ ученіе о Христѣ въ короткое время распространилось по всему міру.

Итакъ спасительное ученіе, силою и помощію небесною, вдругъ, какъ лучь солнца, озарило вселенную, или, по словамъ Божественнаго Писанія, во всю землю изыде вѣщаніе боговдохновенныхъ Евангелистовъ и Апостоловъ, и въ концы вселенныя глаголы ихъ (Псал. 19, 5). По всѣмъ городамъ и селеніямъ составлялись непрестанно многолюдныя и обильныя христіанами церкви, какъ полныя житницы. По заблужденію, наслѣдованному отъ предковъ, души людей отягчены были застарѣлою болѣзнію суевѣрнаго идолопоклонства; но, силою Христа, посредствомъ наставленій и чудотвореній Его учениковъ, онѣ освободились какъ-бы отъ жестокихъ мучителей, избавились какъ-бы отъ тягчайшихъ узъ, и чрезъ то отвергли всю демонскую жизнь. Они исповѣдали единаго Бога, Творца всяческихъ, и начали чтить Его по правиламъ истиннаго благочестія, посредствомъ божественной и мудрой вѣры, введенной Спасителемъ нашимъ въ жизнь человѣческую. Когда же Божественная благодать начала изливаться и на прочіе народы; то въ Кесаріи палестинской, по особенному откровенію Божію и при содѣйствіи Апостола Петра, первый принялъ вѣру во Христа Корнелій со всѣмъ своимъ семействомъ, а за нимъ – и многіе другіе антіохійскіе Греки, которымъ проповѣдали ее ученики, разсѣянные гоненіемъ на Стефана. Но какъ-скоро антіохійская церковь процвѣла и распространилась, – въ ней собралось весьма много іерусалимскихъ Пророковъ, а съ ними и Варнава, и Павелъ, и множество другихъ братій. Здѣсъ-то, какъ-бы плодъ на цвѣтущей и обильной нивѣ, явилось въ первый разъ имя христіанъ. Между-тѣмъ, одинъ изъ бывшихъ тамъ Пророковъ, Агавъ сталъ предсказывать близкій голодъ. Посему Павелъ и Варнава посланы были въ Іерусалимъ для оказанія услугъ находившимся тамъ братіямъ.

Глава ІV. О томъ, какъ, по смерти Тиверiя, Кай (Калигула) постивилъ царемъ іудейскимъ Агриппу, а Ирода осудилъ на вѣчное изгнаніе.

Тиверій, послѣ двадцати-двухлѣтняго царствованія, умеръ. Преемникъ его Кай, принявъ правленіе, тотъ-часъ-же возложилъ іудейскую корону на Агриппу⁵, владычеству котораго подчинилъ также тетрархіи – Филиппову и Лизаніеву⁶, а спустя немного времени; ввѣриль ему и Иродову⁷, самого же Ирода (бывшаго, то-есть, во время страданій Спасителя), за разныя вины, осудилъ на вѣчное изгнаніе вмѣстѣ съ его женою Иродіадою. Объ этомъ свидѣтельствуетъ также Іосифъ. При Агриппѣ сдѣлался извѣстенъ Филонъ, мужъ знаменитый своею ученостію не только между нашими, но и между приходящими со стороны⁸. Онъ хотя былъ родомъ Еврей, однако нимало не уступалъ даже славнымъ мужамъ Александріи. Всѣмъ извѣстно на самомъ дѣлѣ, сколько и какіе предпринималъ онъ труды для пріобрѣтенія познаній, относящихся къ вѣрѣ и отечеству. А какъ силенъ былъ онъ въ философіи и въ свободныхъ наукахъ внѣшнихъ, – о томъ и говорить нечего. Съ особенною ревностію изъучая философію Платона и Пиѳагора, онъ, говорятъ, превзошелъ въ этомъ всѣхъ своихъ современниковъ.

Глава V. О томъ, что Филонъ былъ посланъ къ Каю для ходатайства за Iудеевъ.

Филонъ, между прочимъ, изложилъ въ пяти книгахъ⁹ все, случившееся съ Iудеями въ правленiе Кая, и вмѣстѣ изобразнлъ безуміе сего императора, по которому онъ провозгласилъ себя Богомъ, произвелъ множество зла въ свое царствованіе и причинилъ много бѣдствій Іудеямъ. (Въ помянутыхъ пяти книгахъ описывается,) какъ Филонъ отправленъ былъ въ столицу Римлянъ ходатайствовать за своихъ единоплеменниковъ, жившихъ въ Александрiи, и какъ, защищая предъ Каемъ отеческіе законы, ничего не получилъ отъ него, кромѣ насмѣшекъ и поношеній, даже едва не подвергъ опасности свою жизнь. Объ отомъ обстоятельствѣ упоминаетъ и Іосифъ въ 18-й книгѣ Древностей, гдѣ онъ пишетъ слово-въ-слово такъ: «когда въ Александріи произошелъ раздоръ между тамошними Іудеями и Греками, то съ каждой стороны избраны были по три посла и отправлены къ Каю¹⁰. Въ числѣ александрійскихъ пословъ находился нѣкто Апіонъ, который многое клеветалъ на Іудеевъ и между прочимъ говорилъ, что они не хотятъ воздавать почестей кесарю. Ибо тогда, какъ всѣ подданные римской имперіи воздвигаютъ Каю храмы и алтари и вообще чтутъ его, какъ бога, одни Іудеи считаютъ безчестнымъ покланяться его статуямъ и клясться его именемъ. Когда же Апіонъ высказалъ много тяжкихъ обвиненій, надѣясь, какъ и вѣроятно было, раздражить ими Кая; то Филонъ, глава іудейскаго посольства, мужъ знаменитый во всѣхъ отношеніяхъ, братъ алаварха¹¹ Александра, человѣкъ свѣдущій въ философіи, хотѣлъ приступить къ защищенію себя: но Кай запретилъ ему это и приказалъ выйдти вонъ. Явно было, что въ гнѣвѣ онъ сдѣлаетъ Іудеямъ что-нибудь ужасное. Огорченный Филонъ вышелъ, и бывшихъ съ нимъ Іудеевъ убѣждалъ хранить мужество; потому-что, разгнѣвавшись на нихъ, императоръ этимъ самымъ, возбуждаетъ противъ себя гнѣвъ Божій». – Такъ говоритъ Іосифъ. Да и самъ Филонъ, описывал свое посольство, подробно и тщательно изображаетъ все, что тогда происходило. Оставляя прочее, я приведу только то, изъ чего читатели ясно могутъ видѣть, что всѣ бѣдствія въ непродолжительное время постигли Іудеевъ за дерзостное востаніе ихъ противъ Христа. Филонъ во-первыхъ разсказываетъ, что, въ правленіе Тиверія, въ Римѣ жилъ нѣкто Сеянъ, имѣвшій великую силу при царскомъ дворѣ и ревностно старавшійся истребить весь народъ (іудейскій); а въ Іудеѣ Пилатъ, при которомъ выразилась дерзость противъ Спасителя, хотѣлъ касательно іерусалимскаго, тогда еще существовавшаго храма, предпринять нѣчто противное іудейскимъ законамъ, и чрезь то произвелъ между Іудеями великое смятеніе.

Глава VI. О томъ, какія бѣдствія стеклись надъ Іудеями послѣ дерзости ихъ противъ Христа.

По смерти Тиверія принялъ правленіе Кай, и многимъ дѣлалъ много зла, но болѣе всѣхъ оскорблялъ вообще народъ іудейскій. Это, въ сокращенномъ видѣ, можно узнать изъ сказаній Филона, въ которыхъ слово-въ-слово говорится такъ¹²: «столько-то былъ страненъ нравъ Кая въ-отношенiи ко всѣмъ, а особенно въ-отношеніи къ племени іудейскому. Сильно ненавидя Іудеевъ, онъ присвоилъ себѣ молитвенные ихъ домы во всѣхъ городахъ, начиная отъ Александріи, и эти домы наполнилъ изображеніями и статуями собственной особы; потому-что, позволяя другимъ посвящать себѣ изображенія, онъ собственно самъ воздвигалъ ихъ съ насиліемъ. Даже и храмъ святаго града, дотолѣ остававшійся неприкосновеннымъ и служившій убѣжищемъ во всѣхъ случаяхъ, переиначенъ и превращенъ имъ въ собетвенное святилище, подъ именемъ храма видимаго Юпитера, младшаго¹³ Кая». – Тотъ-же Филонъ во второмъ сочиненіи, подъ заглавіемъ Περι αρετων (О добродѣтеляхъ) разсказываетъ о другихъ безчисленныхъ и неизобразимыхъ бѣдствіяхть, которыя постигли александрійскихъ Іудеевъ. Согласно съ нимъ повѣствуетъ и Іосифъ, замѣчая, что бѣдствія Іудеевъ начались со временъ Пилата и послѣ дерзостей, нанесенныхъ Спасителю нашему. Послушай, что слово-въ-слово говоритъ Іосифъ во второй книгѣ о Войнѣ іудейской: «Пилатъ, посланный Тиверіемъ въ Iудею въ качествѣ прокуратора, ввезъ ночью въ Іерусалімъ закрытыми изображенія кесаря, называемыя σημεια¹⁴ (знаки). При наступленіи дня, это сильно возмутило Іудеевъ. Всѣ находившіеся вблизи поражены были симъ зрѣлищемъ, какъ поруганіемъ своихъ законовъ, которые запрещали Іудеямъ ставить въ городѣ изображенія». Сличая это событіе съ евангельскимъ Писаніемъ, можно видѣть, какъ скоро обратилось на главу Іудеевъ собственное ихъ восклицанiе предъ Пилатомъ: не имамы царя токмо кесаря (Іоан. 13, 15). Въ-слѣдъ за симъ тотъ-же писатель повѣствуетъ и о другомъ бѣдствіи, постигшемъ Іудеевъ. «Послѣ того, говоритъ онъ, Пилатъ подалъ случай къ новому возмущенію, взявъ церковную казну, называемую корваною, и употребивъ ее на устройство водопровода (а вода находилась за триста стадій).

Народъ вознегодоваль на это и, по прибытіи Пилата въ Іерусалимъ, окруживъ его судилище, поднялъ крикъ. Пилатъ предвидѣлъ возмущеніе, – и въ толпѣ народа поставилъ вооруженныхъ воиновъ, одѣтыхъ въ простое платье; но запретилъ имъ обнажать мечи, а повелѣлъ бить бунтовщиковъ палками, какъ-скоро будетъ поданъ знакъ съ судейскаго кресла. Когда Іудеевъ начали бить, то многіе изъ нихъ погибли отъ ударовъ, а многіе – отъ своихъ-же, которые въ бѣгствѣ давили ихъ ногами. Народъ, устрашенный участію погибшихъ, замолчалъ». Кромѣ того Іосифъ упоминаетъ и о многихъ другихъ, бывшихъ въ Іерусалимѣ мятежахъ, показывая, что съ того времени никогда не переставали потрясать Іерусалимъ и всю Іудею возмущенія, войны и разныя, одни за другими слѣдовавшія, бѣдствія, пока наконецъ осада Іерусалима при Веспасіанѣ не привела Іудеевъ къ совершенной гибели. Такъ поражалъ ихъ судъ Божій за дерзость противъ Христа.

Глава VII. О самоубійствѣ Пилата.

Нельзя оставить безъ вниманія и то, что самъ Пилатъ, воставшій на Спасителя нашего, по свидѣтельству преданія, въ царствованіе Кая, котораго времія мы описываемъ, подвергся такимъ несчастіямъ, что вынужденъ былъ лишить себя жизни, наказать самого себя собственною рукою ¹⁵. Значитъ, судъ Божій не замедлилъ посѣтить и его. Объ этомъ повѣствуютъ греческіе хронологи по олимпiадамъ, упоминающіе вмѣстѣ и о событіяхъ, случившихся въ то или другое время.

Глава VIII. О голодѣ, бывшемъ въ правленіе Клавдiя.

Послѣ Кая, царствовавшаго менѣе четырехъ лѣтъ, принялъ правленіе Клавдій. При немъ вселенную мучилъ голодъ, о которомъ говорятъ въ своихъ исторіяхъ и чуждые намъ писатели. Такимъ образомъ сбылось упоминаемое въ Дѣяніяхъ Апостольскихъ пророчество Агава объ имѣющемъ быть по всей землѣ голодѣ. Замѣтивъ въ Дѣяніяхъ, что этотъ голодъ наступилъ при Клавдіѣ, св. Лука повѣствуетъ, кáкъ антіохійскіе братія, каждый по своему достатку, посылали чрезъ Павла и Варнаву пособія братіямъ, жившимъ въ Іудеѣ.

Глава IX. Мученичество Апостола Iакова.

Въ это-же время, то-есть, при Клавдіѣ, царь Иродъ простеръ руки для убіенія нѣкоторыхъ, принадлежавшихъ къ Церкви, и поразилъ мечемъ Іакова, брата Іоаннова. О семъ Іаковѣ Климентъ (въ седьмой книгѣ Постановленій) излагаетъ достойное памяти сказаніе, извѣстное ему по преданію отъ предковъ. «Человѣкъ, приведшій Іакова въ судилище, видя, какъ непоколебимо исповѣдуетъ онъ вѣру, былъ тронутъ и объявилъ самого себя христіаниномъ. Тогда повели (на казнь) ихъ обоихъ. На пути онъ просилъ у Іакова прощенiя, – и Іаковъ, немного подумавъ, сказалъ: миръ тебѣ! – и облобызалъ его. Послѣ сего имъ обоимъ отсѣчены головы. Между тѣмъ Иродъ, какъ свидѣтельствуеть Божественное Писаніе (Дѣян. 12, 3), замѣтивъ, что убіеніе Іакова было пріятно Іудеямъ, наложилъ руку и на Петра, заключилъ его въ узы и, безъ-сомнѣнія, предалъ-бы смерти, если-бы Божіею помощiю чрезъ Ангела, посланнаго ночью въ темницу, Петръ не былъ чудесно освобожденъ отъ узъ и не посланъ на служеніе Евангелія. Такъ Промыслъ Божій хранилъ Петра.

Глава X. Какъ Иродъ Агриппа, воздвигнувъ гоненiе на Апостоловъ, скоро испыталъ надъ собою судъ Божiй.

Но небесное мщеніе за преслѣдованіе Апостоловъ не долго медлило; карающій исполнитель суда Божія поразилъ царя тотъ-часъ-же, какъ-скоро онъ обнаружилъ свое противъ нихъ злоумышленіе. Исторія апостольскихъ Дѣяній повѣствустъ, что, когда Иродъ прибылъ въ Кесарію, въ знаменитый день тамошняго праздника, и, облекшись въ свѣтлую одежду, началъ съ высоты своего престола говорить къ народу, и когда весь народъ, увлеченный его краснорѣчіемъ, восклицалъ, что слышитъ гласъ не человѣка, а бога; тогда, по сказанію Писанія, неожиданно поразилъ его Ангелъ Господень, – и онъ, изъѣденный червями, испустилъ духъ (Дѣян. 12, 13-23). Въ повѣствованіи о семъ чудѣ съ Божественнымъ Писаніемъ поразительно сходствуетъ Исторія Іосифа. Описывая это чудо въ девятнадцатой книгѣ Древностей, Іосифъ ясно свидѣтельствуеть о его истинѣ и говоритъ слово-въ-слово такъ: «Уже исполнился третій годъ Иродова царствованія надъ всею Іудеею. Въ это время онъ прибылъ въ городъ Кесарію, который прежде назывался Стратоновою башнею. Зная, что въ тѣ дни совершалось въ Кесаріи народное празднованіе о здравіи кесаря¹⁶, онъ давалъ здѣсь зрѣлища въ честь его. На это торжество стеклось множество знатныхъ и именитыхъ людей изъ всей области. Во второй день праздника, по-утру, Иродъ явился на зрѣлище, облеченный въ сребротканную, чуднаго вида одежду; и какь-скоро ея сребро озарено было первыми лучами солнца, она дивно заблистала и возбудила въ зрителяхъ трепетъ и страхъ. Тотъ-часъ ласкатели, не на добро царю, начали восклицать, величать его богомъ и приговаривать: будь къ намъ милостивъ; доселѣ мы благоговѣли предъ тобою, какъ предъ человѣкомъ, а теперь признаемъ тебя существомъ выше смертной природы! Царь не обуздывалъ ихъ и не удерживалъ нечестиваго ласкательства. Между-тѣмъ, немного спустя, поднявъ глаза вверхъ, онъ увидѣлъ сидящаго надъ своею головою Ангела и тотъ-часъ понялъ, что теперь этотъ вѣстникъ принесь ему бѣдствіе, какъ нѣкогда приносилъ благополучіе. Уныніе овладѣло сердцемъ царя. Вдругъ у него открылась боль въ чревѣ и начала развиваться съ ужасною силою. Тогда, обратившись къ друзьямъ, онъ сказалъ: вотъ я, вашъ богъ, принужденъ разстаться съ жизнію; судьба не замедлила обличить лживость вашихъ касательно меня восклицаній. Вы провозгласили меня безсмертнымъ, – а я умираю! Надобно покориться опредѣленію, предписанному Богомъ. Впрочемъ я прожилъ свой вѣкъ не въ низкой долѣ, а въ блестящей, которую обыкновенно ублажаютъ. Говоря это, онъ страдалъ отъ возраставшей боли. Поспѣшили перенесть его во дворецъ; а между-тѣмъ вездѣ пронеслась молва, что онъ вскорѣ долженъ умереть. Тогда весь народъ, не исключая женъ и дѣтей, по древнему обычаю, облекся во вретище и молилъ Бога о царѣ; повсюду слышны были вопли и стѣнанія. Самъ царь, лежавшій въ верхнемъ отдѣленіи дворца, видя внизу свой народъ склонившимся къ землѣ, не могь удержаться отъ слезъ. Наконецъ, послѣ пятидневныхъ непрерывныхъ мученій отъ болѣзни чрева, царь скончался на пятьдесятъ четвертомъ году жизни, а на седьмомъ – царствованія. То-есть, въ правленіе кесаря Кая онъ царствовалъ четыре года, такъ что въ-продолженіи трехъ лѣтъ обладалъ тетрархіею Филипповою, а на четвертый получилъ и Иродову; затѣмъ при самодержавіи Клавдія жилъ еще три года». Такъ описываетъ это событіе Іосифъ, – и я удивляюсь совершенному, какъ въ этомъ, такъ и въ другихь сказанiяхъ, согласiю его съ Божественнымъ Писаніемъ. Хотя нѣкоторымъ и кажется, будто онъ разногласитъ въ имени царя¹⁷, но время и дѣло указываютъ на одно и то-же лице. Имя могло быть измѣнено ошибкою переписчика, а можетъ-быть царь имѣлъ и два имени, – что часто бывало.

Глава XI. Объ обманщикѣ Ѳевдѣ и его сообщникахъ.

Святой Лука въ Дѣяніяхъ апостольскихъ приводитъ рѣчь Гамаліила по случаю совѣщанія Іудеевъ объ Апостолахъ. Въ этой рѣчи Гамаліилъ говоритъ, что около того времени восталъ Ѳевда и выдавалъ себя за какого-то великаго человѣка, но что онъ былъ убитъ, и всѣ, прельщенные имъ, разсѣялись (Дѣян. 5, 36). Мы и въ этомъ изложимъ сказаніе Іосифа. Въ недавно-упомянутой книгѣ онъ повѣствуетъ слово-въ-слово такъ: «Во время прокураторства Фада въ Іудеѣ, одинъ обманщикъ, по имени Ѳевда, убѣдилъ многочисленныя толпы народа слѣдовать за собою къ Іордану со всемъ имуществомъ. Онъ выдавалъ себя за пророка, и говорилъ, что прикажетъ разступиться рѣкѣ и открыть народу свободный ходъ. Однако-же Фадъ не позволилъ имъ долго увлекаться такимъ безуміемъ, но выслалъ противъ нихъ отрядъ конницы, которая, напавъ въ расплохъ, иныхъ перебила, другихъ забрала живыми. Самъ Ѳевда взятъ былъ живой, потомъ обезглавленъ, и голова его отнесена въ Іерусалимъ». Въ-слѣдъ за симъ Іосифъ упоминаетъ и о голодѣ, бывшемъ при императорѣ Клавдіѣ. Онъ говоритъ такъ:

Глава XII. Объ веройской царицѣ Еленѣ.

Къ тому-же въ Іудеѣ случился сильный голодъ. По этой причинѣ царица Елена купила въ Египтѣ хлѣба за большія деньги и раздавала его бѣднымъ¹⁸. Согласное съ симъ сказаніе найдешь и въ книгѣ апостольскихъ Дѣяній, гдѣ говорится также, что антіохійскіе христіане положили избытки каждаго послать въ пособіе христіанамъ, жившимъ въ Іудеѣ, и исполнили это, – дѣйствительно послали ихъ къ старѣйшинамъ чрезъ Варнаву и Павла. Въ предмѣстіи нынѣшней Эліи¹⁹ и доселѣ еще указываютъ пышные памятники той самой Елены, о которой упоминаетъ Іосифъ. Говорятъ, что она была царицею Адіавиновъ²⁰.

Глава ХIII. О Симонѣ волхвѣ.

Между-тѣмъ, какъ вѣра въ Спасителя и Господа нашего Іисуса Христа уже распространялась повсюду, врагъ спасенія человѣковъ умышляетъ овладѣть царствующимъ градомъ (Римомъ) и воздвигаеть на сіе дѣло вышеупомянутаго Симона. Содѣйствуя искуснымъ обманамъ этого человѣка, онъ вовлекаетъ въ заблужденіе весьма многихъ жителей Рима. Объ этомъ свидѣтельствуетъ въ превосходномъ своемъ Словѣ за насъ Іустинъ, жившій немного послѣ Апостоловъ. О немъ, что нужно, я сообщу въ свое время. Возьми и читай его сочиненіе. Въ первой²¹ Апологіи нашего ученія онъ пишетъ Антонину такъ: «по вознесеніи Господа на небо, демоны возбудили нѣкоторыхъ людей назвать себя богами; эти люди не только не были гонимы вами, но еще удостоились отъ васъ почестей. Былъ нѣкто Симонъ Самарянинъ, родомъ изъ селенія Гиттонъ. Въ правленіе кесаря Клавдія, при содѣйствiи демоновъ, онъ показалъ въ царствующемъ вашемъ городѣ Римѣ опыты волшебнаго искусства, и за это признанъ былъ богомъ, и, какъ богъ, почтенъ у васъ статуею. Его статуя поставлена на рѣкѣ Тибрѣ между двумя мостами, съ латинскою надписью: Simoni deo sancto, то-есть: Симону святому богу²². Почти всѣ Самаряне, нѣкоторые же и изъ другихъ народовъ, признаютъ его за верховное Божество и покланяются ему. А какую-то Елену, которая въ то время бродила вмѣств съ нимъ, прежде же находилась въ непотребномъ домѣ въ Тирѣ финикійскомъ, называютъ первою его мыслію»²³. Такъ говоритъ Іустинъ. Согласно съ нимъ повѣствуетъ и Ириней, изображая Симона и его нечестивое и гнусное ученіе въ первой книгѣ Противъ ересей. Впрочемъ приводить здѣсь все это было-бы излешне; желающіе знать, что кому нужно, могутъ читать выше-упомянутую, не поверхностно написанную книгу Иринея, въ которой говорится не только объ этомъ, но также о происхожденiи и жизни другихъ ересеначальниковъ и о содержанiи ихъ ложныхъ ученій. Извѣстно, что Симонъ былъ отцомъ всѣхъ ересей. Съ того времени и донынѣ послѣдователи его ереси хотя и притворяются исповѣдниками мудраго ученiя христіанскаго, чистотою нравственности превосходящаго всѣ другія, однако-жъ, припадая къ изображеніямъ и статуямъ Симона и упомянутой его Елены, и приступая къ возношенію имъ ѳиміама, принесенію жертвъ и усердныхъ поклоненій, опять возвращаются къ суевѣрному идолослуженію, которое по-видимому отвергаютъ. Что же касается до сокровенныхъ таинъ ихъ, слушая которыя въ первый разъ, всякій, по ихъ словамъ, выходитъ изъ себя и, по выраженію одного письменнаго ихъ памятника, впадаетъ въ изумленіе; то тайны эти дѣйствительно полны изумительнаго сумазбродства и безумія, такъ-что ихъ не только передать письменно, но и выразить словами скромные люди не могутъ, – до того онѣ безстыдны и гнусны! Ибо, что только есть, или что можно вообразить гнуснѣе всякаго безстыдства, – все это отвратительная ересь заключаетъ въ себѣ въ высшей степени, имѣя дѣло съ жалкими и по-истинѣ всѣми родами зла обремененными женщинами.

Глава XIV. О проповѣди Апостола Петра въ Римѣ.

Сего-то Симона, отца и совершителя такихъ золъ, враждебная всякому добру, ненавидящая спасеніе человѣковъ и лукавая сила воздвигла, какъ-бы крѣпкаго противника великимь и святымъ Апостоламъ Спасителя нашего. Но Божественная и пренебесная Благодать, содѣйствуя своимъ служителямъ, чрезъ появленіе и присутствіе ихь тотъ-часъ угашала это возженное лукавымъ пламя, тоть-часъ смиряла и подавляла чрезъ нихъ всякое возношеніе, взимающееся на разумъ Божій. Поэтому, во время апостольской проповѣди не могло устоять никакое скопище – ни Симона, ни другихъ въ то время появлявшихся еретиковъ. Все побѣждалъ и преодолѣвалъ свѣтъ истины – Божественное Слово, недавно свыше-возсіявшее людямъ, сохранившее на землѣ свою силу и обитавшее въ своихъ Апостолахъ. Этимъ-то Божественнымъ свѣтомъ мгновенно поражены были умственныя очи помянутаго обманщика Симона. Обличенный Петромъ, какъ человѣкъ лукавый, сперва въ Іудеѣ, онъ обратился оттуда въ бѣгство, предпринялъ дальнее путешествіе за море, съ востока на западъ, и думалъ, что только тамъ онъ можетъ жить по своему образу мыслей. Достигнувъ Рима, онъ, при великой помощи возсѣдавшей тамъ силы, въ короткое время столько успѣлъ въ своихъ замыслахъ, что поставили ему статую, какъ богу. Но такіе успѣхи его были не долговременны. Вскорѣ, въ царствованіе того-же Клавдія, всеблагій и человѣколюбивый Промыслъ приводитъ въ Римъ Петра, наиболѣе твердаго и великаго изъ Апостоловъ, по мужеству, шедшаго впереди всѣхъ прочихъ, и повелѣваетъ ему поразить того развратителя жизни. Петръ, какъ мужественный вождь Божій, облеченный во всеоружіе божественное, принесъ съ востока на западъ многоцѣнное сокровище духовнаго свѣта, – проповѣдалъ тамъ свѣтозарное и спасительное для душъ слово о Царствіи Небесномъ.

Глава XV. О Евангелiи отъ Марка.

Но, какъ-скоро слово Божіе достигло Рима, могущество Симона, вмѣстѣ съ самимъ Симономъ, тотъ-часъ-же исчезло. Свѣтъ благочестія такъ озарялъ умы слушавшихъ Петра, что имъ казалось мало слышать его однажды: они не довольствовались однимъ неписаннымъ ученіемъ Божественной проповѣди, но убѣдительно просили спутника Петрова Марка (подъ именемъ котораго сохранилось Евангеліе) оставить и письменный памятникъ устно-преподаннаго имъ ученія, и не отступали дотолѣ, пока Маркъ не исполнилъ ихъ желанія. Такимъ образомъ, они-то были возбудителями къ написанiю Евангелія, называемаго Евангеліемъ отъ Марка. Узнавъ это по откровенію Духа Божія, Апостолъ возрадовался о ревности Римлянъ и одобрилъ Евангеліе для чтенія вь церквахъ. Объ этомъ повѣствуетъ Климентъ въ шестой книгѣ Постановленій²⁴. Согласно съ нимъ свидѣтельствуетъ о томъ-же и епископъ іерусалимскій, по имени Папій. О Маркѣ упоминаетъ Петръ въ первомъ посланіи, писанномъ изъ Рима (ибо Римъ въ переносномъ смыслѣ называетъ онъ Вавилономъ), и именно такъ: цѣлуютъ вы яже въ Вавилонѣ соизбранная, и, Марко сынъ мой (1 Петр. 5, 13).

Глава ХVІ. О томъ, что Маркъ первый проповѣдалъ Христа Египтянамъ.

Говорятъ, что сей Маркъ первый посланъ былъ въ Египетъ и, проповѣдавъ тамъ написанное имъ Евангеліе, основалъ церкви въ самой Александріи ²⁵. Въ началѣ проповѣди, въ Египтѣ было столь великое множество увѣровавшихъ мужей и женъ и столько отличавшихся самымъ мудрымъ и строгимъ подвижничествомъ, что Филонъ счелъ за нужное описать ихъ собесѣдованія, общины, родъ пищи и весь образъ ихь жизни.

Глава ХVІІ. Повѣствованiе Филона о египетскихъ подвижникахъ.

Говорятъ, что при Клавдіѣ Филонъ бесѣдовалъ въ Римѣ съ Петромъ, который въ то-же время проповѣдовалъ тамъ Евангеліе; – и это не невѣроятно, потому-что приводимое нами здѣсь сочиненіе Филона написано имъ позднѣе, послѣ этого времени, и явно содержитъ въ себѣ церковныя правила, сохраняемыя нами даже доселѣ. Когда же, сверхъ сего, въ этомъ сочиненіи Филонъ съ особеннымъ тщаніемъ повѣствуетъ о жизни нашихъ подвижниковъ; то становится уже несомненнымъ, что онъ не только видѣлъ, но и одобрялъ, и свято чтилъ современныхь себѣ апостольскихъ мужей, – тѣмъ болѣе, что, происходя вѣроятно отъ Евреевъ, они, конечно, соблюдали еще весьма много іудейскихъ обычаевъ. Итакъ въ книгѣ подъ заглавіемъ: О жизни созерцательной или о молитвенникахъ²⁶ Филонъ, послѣ предварительнаго замѣчанія, что онъ не выйдетъ изъ предѣловъ истины и въ предпринимаемой исторіи ничего не прибавитъ отъ себя, – расказываетъ слѣдующее: Молитвенники, говоритъ онъ, называются ѳерапевтами²⁷, а живущія съ ними женщины – ѳерапевтиссами. Причины такого наименованiя ицетъ онъ либо въ томъ, что они, подобно врачамъ, наблюдаютъ надъ душами приходящихъ къ себѣ людей и врачуютъ ихъ отъ злыхъ страстей, либо въ томъ, что они служатъ Богу служеніемъ чистымъ и искреннимъ. Впрочемъ, отъ себя-ли Филонъ даетъ имъ такое наименованіе, выражая самымъ именемъ образъ ихъ жизни, или они дѣйствительно такъ назывались сначала, когда имя христіанъ еще не всюду распространилось, – нѣтъ нужды много разсуждать. По свидѣтельству Филона, они прежде всего отрекались отъ имущества. При самомъ вступленіи на поприще любомудрія, говоритъ онъ, ѳерапевты раздавали свое имѣніе ближнимъ; потомъ, оставляя всякое попеченiе о житейскомъ, выходили за городъ и водворялись въ уединенныхъ мѣстахъ и садахъ: ибо хорошо знали, что сообщество съ людьми неединомыслящими было-бы для нихъ безполезно и вредно. Христіане того времени поступали такъ, безъ-сомнѣнія, по духу сильной и живой вѣры, соревнуя въ подвижничествѣ жизни Пророковъ. Да и въ признанныхь²⁸ Дѣяніяхъ апостольскихъ повѣствуется, что всѣ ученики Апостоловъ, продавъ свои стяжанія и имущества, изъ цѣны ихъ удѣляли каждому, по мѣрѣ его нуждъ, такъ-что между ними не было нуждающихся. Елицы господіе селомъ, или домовомъ бяху, говоритъ Писаніе (Дѣян. 4, 34-35), продающе приношаху цѣны продаемыхъ и полагаху при ногахъ Апостолъ: даяшеся же комуждо, егоже аще кто требоваше. Подобное сему приписавъ и ѳерапевтамъ, Филонъ разсказываетъ о нихъ слово-въ-слово такъ: «этотъ родъ людей (ѳерапевты) живетъ въ разныхъ странахъ вселенной; – ибо надлежало, чтобы и Греки и Варвары причастны были совершенному благу. Но особенно многочисленъ онъ въ Египтѣ, гдѣ ѳерапевтами наполнены всѣ обитаемыя мѣста, преимущественно же окрестности Александріи. Впрочемъ лучшіе изъ ѳерапевтовъ собираются отовсюду, какъ-бы въ свою отчизну, въ одно весьма удобное мѣсто, лежащее за мареотидскимъ озеромъ, – на низменный холмъ, чрезвычайно благопріятный для нихъ, какъ по своей безопасности, такь и по благорастворенію воздуха». Далѣе описавъ нѣкоторыя общины ихъ, Филонъ говоритъ о построенныхъ ими по-мѣстамъ церквахъ. «Въ каждой общинѣ, продолжаетъ онъ, есть священное зданіе, называемое молельнею (σεμνειον) и монастыремъ. Находясь въ немъ, они совершаютъ таинства благочестивой жизни и не вносятъ туда ни пищи, ни питія, ничего другаго для потребностей тѣла, но занимаются только чтеніемъ Закона и Пророковъ, пѣніемъ хвалебныхъ пѣсней и вообще тѣмъ, что служитъ къ распространенію и усовершенію ихъ познаній и благочестія». – Потомъ ниже, Филонъ говорить: «все время отъ утра до вечера они проводятъ въ подвигахъ, занимаются чтеніемъ Священнаго Писанія, любомудрствуютъ, изъясняя иносказательно любомудріе отеческое; потому-что слова почитаютъ образами сокровенной природы, разумѣваемой мысленно. Есть у нихъ сочиненія древнихъ мужей, которые, бывъ основателями ихъ общества, оставили много памятниковъ иносказательнаго своего толкованія. Пользуясь сими памятниками, какъ образцами, они подражаютъ тому-же способу ученія». Приведенныя слова могъ сказать только такой человѣкъ, который самъ слышалъ изъясненія Священнаго Писанія. А что онъ говоритъ о находившихся у нихъ древнихъ книгахъ, то это были, вѣроятно, Евангелія и посланія Апостоловъ, а можетъ-быть и толкованія на древнихъ Пророковъ, какія содержатся въ посланіи къ Евреямъ и какихъ много въ другихъ посланіяхъ Павла. Далѣе о томъ, что ѳерапевты составляли новые псалмы, Филонъ пишетъ слѣдующее: «они не только занимаются созерцаніемъ, но и составляютъ пѣсни и гимны во славу Божію, въ разныхъ размѣрахъ и напѣвахъ, непремѣнно приспособляя къ тому приличный риѳмъ». Въ упомянутой книгѣ Филонъ разсказываетъ о ѳерапевтахъ много и другаго, что сюда относится; но мнѣ показалось нужнымъ избрать только то, что служитъ отличительнымъ признакомъ церковной жизни. Если же кто думаетъ, что сказанное Филономъ не описываетъ исключительно евангельскаго общежитія, но можетъ относиться и къ другимъ, кромѣ христіанскихъ подвижниковъ; тотъ пусть убѣдится по-крайней-мѣрѣ слѣдующими словами Филона; – человѣкъ благонамѣренный найдетъ въ нихъ неоспоримое объ этомъ свидѣтельство. Филонъ пишеть: «полагая въ основаніе душевныхъ совершенствъ воздержаніе, они (ѳерапевты) утверждаютъ на немъ прочія добродѣтели. Пищи и питія никто изъ нихь не приметъ до захожденія солнца; потому-что любомудріе, по ихъ мнѣнію, достойно свѣта, а нужды тѣла свойственны тьмѣ: отсюда – первому они посвящають весь день, а послѣднимъ – только малую часть ночи. Нѣкоторые изъ нихъ не вспоминаютъ о пищѣ и чрезъ три дня, если бываютъ исполнены жаждою знанія; другіе же, питаясь мудростію, богатою и щедрою раздаятельницею догматовъ, такъ услаждаются и насыщаются ею, что удерживаются отъ тѣлесной пищи вдвое долѣе, и едва чрезъ шесть дней вкушаютъ необходимое». – Эти слова Филона, по нашему мнѣнію, относятся къ христіанамъ. А кто и послѣ сего будетъ упорствовать въ прекословiи; тотъ да оставитъ свое сомнѣніе, убѣдившись яснѣйшими признаками, которыхъ нельзя найдти ни въ какой другой вѣрѣ, кромѣ христіанской, основанной на Евангеліи. «Между тѣми, о которыхъ идетъ у насъ рѣчь, говоритъ Филонъ, живутъ и женщины, и весьма многія изъ нихъ остаются дѣвами до старости, но сохраняютъ дѣвство не по принужденію, какъ иныя изъ эллинскихъ жрицъ, а по свободному произволенію, возбуждаясь ревностію и любовію къ мудрости. Желаніе провести съ нею всю жизнь заставляетъ ихъ отказываться отъ тѣлесныхъ удовольствій и стремиться къ пріобрѣтенію – не смертныхь, а безсмертныхъ порожденій, какія можетъ раждать изъ себя только душа, любящая Бога». Нѣсколько ниже Филонъ еще яснѣе излагаетъ слѣдующее: «Священное Писанiе изъясняютъ они иносказательно, чрезъ нахожденіе подразумѣваемаго смысла; ибо все Законоположеніе, по ихъ мнѣнію, подобно живому существу: словесныя выраженія составляють эго тѣло, а сокровенная подъ сими выраженiяхъ мысль – его душу. Эту-то мысль упомянутое общество особенно берется созерцать, въ словесныхъ выраженіяхъ, какъ въ зеркалѣ, открывая чудныя красоты умопостигаемыхъ предметовъ». – Что еще сказать объ ихъ собраніяхъ, объ ихъ, отдѣльно мужескихъ и отдѣльно женскихъ собесѣдованіяхъ, и вообще о подвигахъ, вошедшихъ въ обычай и совершаемыхъ даже донынѣ, – особенно во дни спасительныхъ страданій Христовыхъ, которые мы обыкновенно проводимъ въ постѣ, въ бдѣніи и въ прилежномъ слушаніи Божественныхъ Писаній? Изобразивъ это тщательно, помянутый мужъ передалъ намъ въ своемъ сочиненіи тотъ самый образъ жизни, какой соблюдается и доселѣ – у однихъ насъ. Особенно же замѣчательно у него описаніе всенощныхъ бдѣній предъ Великимъ Праздникомъ и подвиговъ въ-продолженіе ихъ, также – обычныхъ у насъ пѣснопѣній, что, напримѣръ, одинъ мѣрнымъ и благозвучнымъ пѣніемъ начинаетъ псаломъ, а прочіе внимаютъ ему молча, и только въ послѣднихъ стихахъ присоединяють свои голоса; равнымъ образомъ, что въ помянутые дни они ложатся на голую землю, или дернъ и, по словамъ Филона, вовсе не вкушаютъ ни вина, ни мяса, и что единственнымъ питіемъ ихъ въ то время бываетъ вода, а хлѣбъ приправляютъ они только солью и иссопомъ. Затѣмъ Филонъ описываетъ порядокъ ихъ іерархіи, т. е. лицъ, отправляющихъ церковныя должности, какъ-то: степень діаконовъ и высшую всѣхъ другихъ степень епископскую. Кто желаетъ узнать объ этомъ подробнѣе, тотъ пусть прочитаетъ книгу Филона. Что Филонъ описывалъ все это, имѣя въ виду первыхъ проповѣдниковъ евангельскаго ученія и правила, первоначально преданныя Апостолами, – это очевидно для всякаго.

Глава ХѴIII. О томъ, какiя сочиненія Филона дошли до насъ.

Этотъ мужъ, обильный въ словѣ, плодовитый въ мысляхъ, возвышенный въ созерцаніи Божественныхъ Писаній, оставилъ намъ различныя и разнообразныя изложенія священныхъ письменныхъ памятниковъ. И во-первыхъ онъ разсмотрѣлъ въ связи и по порядку событія, описанныя въ книгѣ Бытія, и свое сочиненіе назвалъ Иносказаніями священныхъ законовъ. Потомъ согласилъ взятыя по частямъ главы Священнаго Писанія, представляя согласованія подъ видомъ возраженій и разрѣшенiй, и этому сочиненiю далъ заглавіе: Вопросы и отвѣты на книги Бытiя и Исхода. Кромѣ этихъ естъ у него и отдѣльныя разсужденія, какъ-то: двѣ книги о земледѣліи, столько-же о пьянствѣ, и много другихъ подъ разными и особенными заглавіями, напримѣръ, о томъ, чего здравый разумъ желаетъ и отъ чего отвращается; о смѣшенiи языковъ; о бѣгствѣ и обрѣтенiи; о собраніяхъ для ученія; о томъ, кто наслѣдникъ Божественныхъ благъ, или о равномъ и неравномъ раздѣлѣ; – также – о трехъ добродѣтеляхъ, которыя, вмѣстѣ съ другими, написалъ Моѵсей; сверхъ сего – о лицахъ переименованныхъ, и отъ чего происходило это переименованiе (въ сей книгѣ, по словамъ самого Филона, написано о первомъ и второмъ Завѣтѣ). Равнымъ образомъ ему принадлежатъ сочиненія: о переселеніи и жизни мудреца, усовершившагося въ правдѣ, или о неписанныхъ законахъ; также объ исполинахъ, или о неизмѣняемости Божества; первая, вторая, третья, четвертая и пятая книги о томъ, что, по словамъ Моѵсея, сновидѣнія посылаются отъ Бога. Эти, дошедшія до насъ, сочиненія написаны Филономъ для изъясненія книги Бытія. На книгу же Исходъ имѣемъ мы первую, вторую, третію, четвертую и пятую книги его Вопросовъ и отвѣтовъ; также – о скинiи; о десяти заповѣдяхъ и четыре книги объ отдѣльно-взятыхъ законахъ, разсматриваемыхъ примѣнительно къ главамъ десятословія; о жертвенныхъ животныхъ и разныхъ видахъ жертвъ; о наградахъ, которыя законъ предписываетъ добрымъ, и наказанiяхъ, которыми угрожаетъ злымъ. Кромѣ этихъ всѣхъ, извѣстны подъ его именемъ и отдѣльныя разсужденія, какъ-то: о Провидѣнiи; сочиненіе объ Іудеяхъ; гражданинъ; Александръ, или о томъ, что животныя безсловесныя имѣютъ смыслъ; также, – что всякiй дурной человѣкъ есть рабъ, а въ связи съ этимъ и другое сочиненіе, – что всякій хорошiй человѣкъ свободенъ. За симъ слѣдуетъ его разсужденіе: о жизни созерцательной, или о молитвенникахъ, изъ котораго привели мы относящееся къ жизни мужей апостольскихъ. Говорятъ, что и изъясненіе еврейскихъ именъ, встрѣчающихся въ Законѣ и у Пророковъ, есть также его сочиненіе. Прибывъ въ Римъ въ царствованіе Кая, Филонъ написалъ книгу о ненависти сего императора къ Богу, и въ насмѣшку, далъ ей остроумное заглавіе: о добродѣтеляхъ. Говорять, что при Клавдіѣ онъ читалъ эту книгу въ-присутствіи всего римскаго сената, и привелъ ею сенаторовъ въ такое восхищеніе, что они признали ее достойною мѣста въ общественномъ книгохранилищѣ. Между-тѣмъ какъ Павелъ, вышедши изъ Іерусалима и его окрестностей, проникъ даже до Иллирика, Клавдій изгналъ Іудеевъ изъ Рима. Тогда Акила и Прискилла съ другими Іудеями, оставивъ Римъ, направились въ Азію, и здѣсь жили вмѣстѣ съ Апостоломъ Павломъ, который утверждалъ ново-основанныя имъ азiйскія церкви, какъ свидѣтельствуетъ объ этомъ книга Дѣяній апостольскихъ (Дѣян.18:2-3).

Глава XIX. О томъ, какое бѣдствіе постигло Іудеевъ іерусалимскихъ въ самый день пасхи.

Еще въ царствованіе Клавдія, на праздникѣ пасхи произошло такое возмущеніе и было столько тревоги въ Іерусалимѣ, что въ однихъ выходахъ храма, отъ стѣсненія народа, погибло до 30.000 Іудеевъ, задавленныхъ другъ другомъ. Отъ этого празднованіе обратилось въ сѣтованіе для цѣлаго народа, и плачь быль въ каждомъ домѣ, – что Іосифъ описываетъ почти этими-же словами²⁹. Между-тѣмъ Клавдій царемъ іудейскимъ поставилъ Агриппу, сына Агриппы, а прокураторомъ всей страны, Самаріи, Галилеи и такъ-называемой Переи³⁰ назначилъ Феликса. Самъ же чрезъ 13 лѣтъ и 8 мѣсяцевъ правленія умеръ, оставивъ преемникомъ своей власти Нерона.

Глава XX. О томъ, что произошло въ Іерусалимѣ въ правленіе Нерона.

Въ царствованіе Нерона и во время прокураторства Феликса, въ Іудеѣ произошла взаимная вражда между іерусалимскими священниками. Объ этомъ въ двадцатой книгѣ древностей Iосифъ слово-въ-слово пишетъ такъ: «Первосвященники воспламенились враждою противъ священниковъ и первѣйшихъ лицъ въ Іерусалимѣ. Каждый изъ нихъ, собравъ около себя толпу дерзкихъ людей и искателей приключеній, становился ея предводителемъ. При встрѣчахъ, эти толпы поносили одна другую и бросались камнями. Некому было обуздать ихъ; все повиновалось произволу, какъ обыкновенно бываетъ въ городѣ, неповинующемся власти. Безстыдство и дерзость первосвященниковъ дошли до того, что они посылали своихъ рабовъ на гумна захватывать десятины, принадлежавшія священникамъ. Отсюда произошло то, что бѣднѣйшіе изъ священниковъ увидѣли себя въ опасности погибнуть отъ нищеты. Такъ насиліе буйства попирало всякую справедливость!» Тотъ-же писатель, изображая событія разсматриваемаго времени, повѣствуетъ о явившейся въ Іерусалимѣ шайкѣ разбойниковъ, которые, говоритъ онъ, днемъ и среди города убивали встрѣчающихся съ ними жителей³¹. Особенно случалось это въ праздники: тогда, вмѣшиваясь въ толпу народа и скрывая подъ одеждою кинжалы, они поражали ими знатныхъ людей, и какъ-скоро пораженные падали, – убійцы, подобно другимъ принимали на себя видъ негодованiя. Такимъ образомъ подъ защитою совершенной довѣренности, они долго оставались неоткрытыми. Прежде всѣхъ убили они первосвященника Іонаѳана; затѣмъ ежедневно убивали многихъ. Страхъ былъ мучительнѣе самаго бѣдствія: каждый, будто на войнѣ, ждалъ себѣ ежеминутно смерти.

Глава XXI. О Египтянинѣ, о которомъ упоминается въ Дѣянiяхъ апостольскихъ.

Нѣсколько неже Іосифъ прибавляетъ слѣдующее: «Еще бóльшее бѣдствіе причинилъ Іудеямъ одинъ египетскій лжепророкъ. Пришедши въ страну, и возбудивъ вѣру къ себѣ, какъ къ пророку, этотъ обманщикъ собралъ до 30.000 обольщенныхъ, привелъ ихъ изъ пустыни на гору елеонскую и отсюда хотѣлъ силою вторгнуться въ Іерусалимъ, чтобы, при помощи сопровождавшихъ его копьеносцевъ, овладѣвъ римскою стражею, господствовать надъ народомъ. Но Феликсъ, предупреждая исполненіе его замысла, выступилъ съ римскими войсками ему навстрѣчу. Весь народъ принялъ участіе въ уничтоженіи мятежника; произошло сраженіе. Египтянинъ съ немногими успѣлъ уйдти, а изъ прочихъ его сообщниковъ одни были побиты, другіе захвачены живыми». Такъ повѣствуетъ Іосифъ во второй книгѣ Объ iудейской войнѣ. Къ сему повѣствованію о Египтянинѣ хорошо будетъ присовокупить сказанное въ Дѣяніяхъ апостольскихъ, гдѣ замѣчено, что, когда при Фестѣ толпа Іудеевъ возстала на Павла, то іерусалимскій тысященачальникъ спросилъ его: не ты ли еси Египтянинъ, прежде сихъ дней превѣщавый (произвелъ возмущеніе) и извѣдый въ пустыню четыре тысячи мужей сікарей (разбойниковъ) (Дѣян. 21, 38). Но довольно о происшествіяхъ при Феликсѣ.

Глава XXII. О томъ, какъ Павелъ посланъ былъ въ узахъ въ Римъ и, тамъ оправдавшись, признанъ былъ свободнымъ отъ всякаго осужденiя.

На мѣсто Феликса Неронъ послалъ въ Іудею Феста. При немъ Павелъ произнесъ защитительное слово и отправленъ былъ въ узахъ въ Римъ. Съ Павломъ находился Аристархъ, котораго онъ въ одномъ изъ своихъ посланій справедливо называетъ соплѣменникомъ (Кол. 4, 10). Этимъ событіемъ св. Лука, описавшій дѣянія Апостоловъ, оканчивастъ свое о нихъ повѣствованіе, – сказавъ, то-есть, что Павелъ въ Римѣ провелъ цѣлые два года на свободѣ, и проповѣдывалъ Слово Божіе невозбранно (Дѣян. 28, 30-31). Затѣмъ преданіе говоритъ, что, оправдавшись предъ судомъ, Апостолъ снова отправился на проповѣдь Евангелія, и потомъ, вторично прибывъ въ Римъ, скончался тамъ мученическою смертію. Заключенный въ узы, онъ пишетъ второе посланіе къ Тимоѳею, въ которомъ указываетъ на первое свое оправданіе и на близость своей кончины. Выслушай это свидѣтельство его. Въ первый мой отвѣтъ никтоже бысть со мною, говоритъ онъ, но вси мя оставиша (да не вмѣнится имъ!). Господь же мнѣ предста и укрѣпи мя, да мною проповѣданіе извѣстно будетъ, и услышатъ вси языцы: и избавленъ быхъ отъ устъ львовъ (2 Тим. 4, 16-17). Этими словами Павелъ ясно даетъ разумѣть, что въ первый разъ онъ исторгнутъ былъ отъ устъ льва, чтобы его проповѣдь достигла своей полноты, а именемъ льва означаетъ, вѣроятно, Нерона, имѣя въ виду его жестокость. Но далѣе уже не произноситъ выраженія подобнаго прежнему: избавленъ быхъ отъ устъ львовъ; потому-что провидитъ духомъ приближеніе своей кончины. Напротивъ къ словамъ: и избавленъ быхъ отъ устъ львовъ – прибавляетъ: и избавитъ мя Господь отъ всякаго дѣла лукава и спасетъ во Царствіе Небесное (2 Тим. 4, 18); – и этимъ указываетъ на близкое свое мученичество, о которомъ въ томъ-же посланіи еще яснѣе говоритъ: азъ убо жренъ бываю, и время моего отшествія наста (2 Тим. 4, 6). Здѣсь, т. е, во второмъ посланіи къ Тимоѳею, Апостолъ даетъ знать, что, когда онъ писалъ его, съ нимъ находился одинъ Лука, а при первомъ оправданіи не было и Луки. По этому свою Исторію дѣяній апостольскихъ Лука окончилъ вѣроятно тѣмъ временемъ, по которое находился съ Павломъ. Это я говорю съ намѣреніемъ показать, что мученическая кончина Павла случилась не въ то пришествіе его въ Римъ, которое описываетъ Лука. Да и вѣроятно, что первое оправданіе Апостола было принято снисходительнѣе, – именно потому, что въ началѣ своего царствованія Неронъ обнаруживалъ болѣе кротости. Напротивъ въ-послѣдствіи, когда онъ сталь отваживаться на ужасныя беззаконія, и Апостолъ, вмѣстѣ съ другими, сдѣлался жертвою его жестокости.

Глава XXIII. О томъ, какъ пострадалъ Іаковъ, называемый братомъ Господнимъ.

Когда Павелъ потребовалъ себѣ суда у кесаря и отправленъ былъ Фестомъ въ Римъ; тогда Іудеи, потерявъ надежду на исполненіе своихъ замысловъ противъ Павла, обратились на Іакова, брата Господня, которому Апостолы ввѣрили престолъ епископства въ Іерусалимѣ. Дерзкіе поступки Іудеевъ противъ сего мужа были слѣдующіе: Выведши его на средину, Іудеи требовали, чтобы онъ предъ всѣмъ народомъ отрекся отъ вѣры. Когда же Іаковъ, противъ чаянія всѣхъ, началъ свободно и съ неожиданною смѣлостію говорить къ цѣлому собранію и исповѣдывать, что Спаситель и Господь нашъ Іисусъ Христосъ есть Сынъ Божій: тогла они уже не могли перенести свидѣтельства этого мужа, за высоту любомудрія и благочестія въ жизни отъ всѣхъ названнаго праведнымъ, но убили его, и для сей цѣли воспользовались случаемъ безначалія; потому-что Фестъ въ то время въ Іудеѣ умеръ, и ходъ дѣлъ тамъ не былъ управляемъ никакою властію, или прокураторствомъ. Объ образѣ смерти Іакова мы уже знаемъ изъ прежде-приведенныхъ словъ Климента (кн. 2. гл. 1), который говоритъ, что Іаковъ былъ сброшенъ съ церковнаго крыла и убитъ до смерти скалкою. Но смерть его съ особенною подробностію описываетъ Егезиппъ, одинъ изъ ближайшихъ преемниковъ апостольскихъ. Въ шестой книгѣ своихъ Записокъ онъ повѣствуетъ такъ: управленіе церковію вмѣстѣ съ Апостолами принялъ братъ Господень Iаковъ, отъ временъ Господа и доселѣ всѣми называемый праведнымъ, такъ-какъ имя Іакова носили многіе. Онъ былъ святъ отъ чрева своей матери, не пилъ вина и сикера, не употреблялъ въ пищу никакого животнаго, не стригъ волосъ, не умащался елеемъ и не мылся въ банѣ. Ему одному только позволялось входить во Святая; потому-что онъ носилъ не шерстяныя одежды, а льняныя. Въ храмъ вступалъ онъ одинъ, и его находили тамъ стоящимъ на колѣняхъ и молящимся объ отпущеніи грѣховъ народу. Отъ безпрестанныхъ колѣнопреклоненій во время молитвы о спасеніи народа колѣни его ожестѣли, какъ у верблюда. За сіе-то превосходство своей правоты, онъ и названъ праведнымъ и овліасомъ³², что въ переводѣ на греческій языкъ означаетъ: защиту народа и правду, какъ и Пророки говорятъ о немъ³³. Иныя изъ семи народныхъ секть, о которыхь я прежде упомиалъ³⁴ спрашивали у него: что такое дверь Іисуса?³⁵ Онъ отвѣчалъ: Іисусъ есть Спаситель. Тогда нѣкоторые изъ нихъ увѣровали, что Іисусъ есть Христосъ. Упомянутыя прежде секты не вѣрили ни воскресенію, ни будущему воздаянію по дѣламъ каждаго; а которыя и повѣрили, то обязаны были этимъ Іакову. Когда же увѣровавшихъ оказалось много – даже и между старѣйшинами; то Іудеи, книжники и фарисеи начали кричать и говорить, что такимъ образомъ пожалуй и весь народъ въ Іисусѣ станетъ ожидать Христа. Поэтому, пришедши къ Іакову, они сказали ему: «просимъ тебя, удержи народъ; вѣдь онъ въ заблужденіи, Іисуса признаетъ Христомъ. Вотъ теперь сошлись всѣ на праздникъ пасхи: просимъ тебя, вразуми ихъ касательно Іисуса. Мы довѣряемъ тебѣ это – потому что сами вмѣстѣ съ народомъ свидѣтельствуемъ о твоей праведности и нелицепріятіи. Такъ убѣди-же людей не заблуждаться въ-разсужденіи Іисуса. Тебя всѣ послушаютъ, и мы – со всѣми. Стань на крылѣ храма, чтобы сверху ты былъ видѣнъ и чтобы слова твои были слышны цѣлому собранію. А на пасху собрались тогда всѣ колѣна іудейскія и много язычниковъ. Помянутые книжники и фарисеи дѣйствительно поставили Іакова на крылѣ храма и потомъ закричали ему: праведникъ! тебѣ всѣ мы должны вѣрить. Вотъ этотъ народъ въ заблужденіи, послѣдуетъ Іисусу распятому: скажи-же намъ, что такое дверь Іисуса распятаго? – Іаковъ громогласно отвѣчалъ: зачѣмъ спрашиваете меня объ Іисусѣ, сынѣ человѣческомъ? Онъ возсѣдитъ на небесахъ, одесную великой силы, и опять пріидетъ на землю на облакахъ небесныхъ. Этимъ свидѣтельствомъ Іакова многіе совершенно убѣдились и начали славословить Іисуса, восклицая: осанна сыну Давидову! А книжники и фарисеи говорили между собою: вѣдь мы худо сдѣлали, что приготовили такое свидѣтельство Іисусу; взойдемъ и сбросимъ Іакова, чтобы другіе, по-крайней-мѣрѣ отъ страха, не повѣрили ему; – и начали кричать: О! о! и праведный заблуждаетъ! и исполнили написанное Исаіею: уловимъ праведнаго: зане непотребенъ намъ есть; сего ради плоды дѣлъ своихъ снѣдятъ (Ис. 3, 10); потомъ они взошли и, сбросивъ праведнаго, сказали другъ-другу: убьемъ его камнями, – и начали бросать въ него камни. Сверженный не вдругъ умеръ, но, приподнявшись, сталъ на колѣни и говорилъ: Господи Боже Отче! молю Тебя, отпусти имъ; они не знаютъ, что дѣлаютъ. Между-тѣмъ, какъ на него летѣли камни, нѣкто священникъ, одинъ изъ сыновъ Рихава, сына Рахавимова (упоминаемыхъ пророкомъ Іереміею)³⁶, вскричалъ: стойте! что вы дѣлаете? праведникъ за насъ молится. Но въ то самое время одинъ изъ нихъ, суконщикъ, схвативъ скалку, на которую накатываются сукна, ударилъ ею праведника по головѣ, – и онъ скончался. На томъ-же мѣстѣ и погребли его. Надъ его могилою, подлѣ храма, и доселѣ стоитъ памятникъ. – Такимъ образомъ Іаковъ былъ вѣрнымъ свидѣтелемъ для Іудеевъ и Эллиновъ, что Іисусъ есть Христось. Вскорѣ за симъ послѣдовало нашествіе Веспасіана на Іудею и плѣненіе народа». Таково подробное описаніе, сдѣланное Егезиппомъ и согласное съ Климентовымъ. Іакову до-того всѣ удивлялись, и за праведность столько уважали его, что мудрѣйшіе изъ Іудеевъ именно мученическую его смерть почитали причиною немедленно открывшейся осады Іерусалима. Не изъ иной причины производилъ ее и Іосифъ, какъ изъ дерзости противъ Іакова, и объ этомъ не усомнился засвидѣтельствовать письменно, говоря слѣдующими словами: «все сіе приключилось Іудеямъ въ отмщеніе за Іакова праведнаго (который былъ братъ Іисуса, называемаго Христомъ), какъ-скоро они убили этого праведнѣйшаго мужа». Іосифъ въ 20-й книгѣ Древностей описываетъ и самую смерть Іакова слѣдующимъ образомъ. «Узнавъ о смерти Феста, кесарь послалъ прокураторомъ въ Іудею Альбина. Между-тѣмъ младшій Ананъ, получившій, какъ мы сказали, первосвященство, былъ человѣкъ характера строптиваго и дерзкаго, и принадлежалъ къ сектѣ саддукеевъ, которые въ судопроизводствѣ, какъ извѣстно, обнаруживали бóльше жестокости, чѣмъ всѣ Іудеи. Бывъ таковымъ-то, Ананъ поспѣшилъ воспользоваться благопріятнымъ временемъ, когда то-есть Фестъ уже умеръ, а Альбинъ находился еще въ пути, – и созвалъ синедріонъ. Предъ это судилище приведены были братъ Іисуса, называемаго Христомъ, по имени Іаковъ, и нѣкоторые другіе. Ананъ осудилъ ихъ, какъ преступниковъ закона, и предалъ на побіеніе камнями. Но болѣе благомыслящіе изъ гражданъ и ревностные чтители закона, не одобряя такого опредѣленія, тайно отправили къ царю прошеніе о томъ, чтобы онъ запретилъ Анану впредь поступать такимъ образомъ, ибо этотъ первый поступокъ его несправедливъ. Нѣкоторые же встрѣтивъ Альбина на пути изъ Александріи, объяснили ему, что Ананъ не имѣетъ права созывать синедріонъ безъ его вѣдома ³⁷. Узнавъ объ этомъ, Альбинъ написалъ гнѣвное письмо къ Анану и угрожалъ ему наказаніемъ; а царь Агриппа лишилъ его первосвященства, которое онъ носилъ три мѣсяца, и поставилъ на его мѣсто Іисуса, сына Даммеева». – Вотъ что извѣстно объ Іаковѣ, который, говорятъ, написалъ первое изъ соборныхъ, такъ-называемыхъ, посланій. Но дóлжно замѣтить, что хотя это посланіе почитается подложнымъ, по-колику, то-есть, о немъ, равно-какъ и объ Іудиномъ, которое также принадлежитъ къ числу семи соборныхъ посланій, упоминаютъ немногіе изъ древнихъ; однакожъ мы знаемъ, что и они, вмѣстѣ съ прочими, читались всенародно въ весьма многихъ церквахъ.

Глава ХХІV. О томъ, что первымъ послѣ Марка епископомъ александрійскимъ былъ Аннiанъ.

Между-тѣмъ, въ осьмомъ году правленія Неронова, въ александрійской церкви, послѣ Апостола и Евангелиста Марка, вступилъ въ чреду служенія Анніань, мужъ боголюбезный и во всѣхъ отношеніяхъ достойный удивленія.

Глава XXV. О гоненіи при Неронѣ, во время котораго Апостолы Павелъ и Петръ увѣнчались въ Римѣ мученическою смертію за благочестіе.

Утвердивъ свою власть, Неронъ обратился къ дѣламъ нечестивымъ, а наконецъ вооружился и на самое почитаніе истиннаго Бога всяческихъ. Описаніе жестокости его души вообще не входитъ въ планъ настоящаго сочиненія. Объ этомъ есть уже много повѣствованiй самыхъ подробныхъ, – и кто хочетъ, можетъ узнать изъ нихъ мрачное неистовство этого человѣка. Погубивъ тысячи людей безъ всякой прнчины, онъ простеръ свою кровожадность до-того, что не щадилъ самыхъ близкихъ и любезныхъ себѣ лицъ. Онъ подвергъ разнымъ родамъ смерти мать и жену, вмѣстѣ съ другими безчисленными своими родственниками, какъ будто-бы они были его враги и непріятели. Но за всѣмъ этимъ ему недоставало еще одного титла – быть первымъ изъ императоровъ гонителемъ Божественной Религіи. Объ этомъ опять Римлянинъ Тертулліанъ пишетъ такъ³⁸: «обратитесь къ вашимъ записямъ, – въ нихъ вы увидите, что Неронъ первый возсталъ на наше ученіе и свирѣпствовалъ противъ него особенно въ Римѣ, хотя владѣлъ всѣмъ Востокомъ. Мы хвалимся такимъ установителемъ нашей казни; ибо кто знаетъ его, тотъ легко пойметъ, что онъ могъ осудить только величайшее благо». – Итакь сей-то особенно, первый изъ всѣхъ богоборецъ восталъ для убіенія Апостоловъ. По сказанію историковъ, при немъ въ Римѣ обезглавленъ Павелъ, при немъ также распятъ на крестѣ Петръ. Это сказаніе подтверждается надписаніемъ именъ Петра и Павла, которое на римскихъ кладбищахъ сохранилось доселѣ. О мѣстѣ, гдѣ погребены священные останки упомянутыхъ Апостоловъ, говоритъ также одинъ церковный писатель по имени Кай, жившій при римскомъ епископѣ Зефиринѣ и состязавшійся письменно съ Прокломъ, начальникомъ катафригійскаго ученія³⁹. Вотъ его слова: «я могу показать тебѣ трофеи Апостоловъ. Приди только въ Ватиканъ, или на дорогу остійскую⁴⁰, – тотъ-часъ увидишь побѣдные знаки основателей римской церкви. А что оба они приняли мученическую смерть въ одно время, объ этомъ епископъ коринѳскій Діонисій, письменно бесѣдуя съ Римлянами, свидѣтельствуетъ такъ: «вотъ и вы этимъ напоминаніемъ⁴¹ соединили насажденія, произращенныя Петромъ и Павломъ въ Римѣ и Коринѳѣ; потому-что оба они насадили насъ Коринѳянъ и оба учили, равно-какъ и въ Италіи, – оба они учили и оба въ одно время пострадали». Это свидѣтельство я привелъ для бóльшаго подтвержденiя сказанiй исторiи.

Глава XXVI. О томъ, какъ Іудеи преслѣдуемы были безчисленными бѣдствiями, и какъ начали послѣднюю войну противъ Римлянъ.

Разсматривая множество бѣдствій, постигшихъ весь народъ іудейскій, Іосифъ между-прочимъ разсказываетъ, что весьма много изъ почетнѣйшихъ Іудеевъ, по поволѣнію Флора, были сѣчены и потомъ распяты на крестѣ въ самомъ Іерусалимѣ. Флоръ былъ прокураторомъ Іудеи, когда въ двадцатомъ году Неронова правленія открылось начало войны. «Вмѣстѣ съ востаніемъ Іудеевъ, продолжаетъ Іосифъ⁴², по всей Сиріи распространилась страшная тревога. Народъ вездѣ безжалостно истреблялъ жившихъ съ нимъ Іудеевъ, будто враговъ; такь что города наполнены были непогребенными ихъ трупами, вездѣ разбросаны были мертвыя тѣла старцевъ и дѣтей, а женскія даже лишены покрововъ стыда. Надъ всею областію отяготѣли неизобразимыя бѣдствія. Впрочемъ, сколь ни ужасны были частные случаи, но будущее угрожало еще ужаснѣйшимъ зломъ». Это слово-въ-слово говоритъ Іосифъ. Таковы были обстоятельства Іудеевъ.

Примѣчанія:
¹ [1] Стефанъ – Στεϕανος по-гречески – значитъ вѣнецъ.
² Іаковъ, по словамъ Евсевія, былъ сынъ Іосифа отъ первой его жены, бывшей за нимъ прежде обрученной ему Маріи. Тиверiй. 33-34 г. отъ Рожд. Хр.
³ Евсевій не говоритъ, въ чемъ состояло это наказаніе. По словамъ Арнобія (lib. 2), Симонъ, еще прежде устно обличенный Петромъ, пришелъ въ Римъ и, для показанiя своего могущества, съ помощію нечистыхъ духовъ, поднялся на воздухъ. Но Петръ помолился, – и Симонъ, упавъ съ высоты, убился до смерти.
⁴ Эти слова Тертулліана взяты изъ 5-й главы его Апологіи.
⁵ Это – тотъ Иродъ Агриппа, который предалъ смерти Ап. Іакова, а Ап. Петра заключилъ въ темницу. Дѣян. гл. 12.
⁶ То-есть, область трахонитскую и Авилинію. Лук. 3, 1. Іоs. Flav. Antiqu. 18.
⁷ Галилею. Лук. гл. 3. – Этотъ Иродъ былъ дядя Агриппы.
⁸ Филонъ Іудеянинъ, изъ священническаго рода, жилъ въ сороковыхъ годахъ по Р. X., учился въ александрійской школѣ, слѣдовалъ въ особенности духу ученія Платонова и внесъ аллегорическій смыслъ въ истолкованіе Священнаго Писанія. Phot. cod. 103.
⁹ Дошедшее до насъ сочиненіе Филона объ этомъ предметѣ состоитъ только изъ двухъ книгь. Продолженіемъ ихъ, по словамъ Фотія (Bibl.), надобно почитать книгу того-же писателя противъ Флакка.
Посольство со стороны іудеевъ имѣло цѣлію – во-первыхъ жаловаться императору на александрiйцевъ за оскверненіе молитвенныхъ іудейскихъ домовъ, въ которыхъ они помѣстили статуи императора, во-вторыхъ защищать права своего гражданства въ Александріи, которыя хотѣли отнять у нихъ. Phil. p. 1019. 1020.
¹¹ Іудеи въ Александріи пользовались правомъ иметь свое начальство и управленіе, которое называли они Αλαβαρχεια и главнаго начальника – Αλαβαρχης.
¹² Приводимыя здѣсь слова Филона находятся въ его книгѣ Leg. ad Kai. p. 596. ed. Mangey.
¹³ Калигула называлъ себя младшимъ Каемъ – для отличія отъ Юлія Цезаря, который также былъ Кай, и котораго также называли богомъ.
¹⁴ Такъ назывались небольшія золотыя изображенія кесаря, которыя носимы были при войскахъ между знаменами.
¹⁵ Разсказываютъ, что своими притѣсненіями Пилатъ довелъ Іудеевъ до того, что они жаловались на него прокуратору Сиріи Вителлію, который для объясненія отправилъ его въ Римъ. Въ то время на императорскомъ престолѣ былъ Калигула. Выслушавъ жалобу на Пилата, Калигула сослалъ его въ ссылку, гдѣ онъ умертвилъ себя. По другому сказанію, онъ заклоченъ былъ вь темницу Нерономъ, и потомъ приговоренъ къ смерти именно за то, что, не спросясь, позволилъ умертвить такого великого мужа, каковъ былъ Христосъ.
¹⁶ Этотъ праздникъ съ играми и зрѣлищами установленъ былъ въ честь кесаря Иродомъ, дядею Агриппы. Ios. t. I. Antiqu. 16, 4.
¹⁷ Iосифъ называетъ царя Агриппою, а св. Лука – Иродомъ: но обстоятельства дѣла показываютъ, что подъ этими двумя именами разумѣется одно и тоже лице.
¹⁸ Елена была супруга Монобаза князя одной спрійской области по имени Осроены, на границѣ Месопотаміи. По смерти своего супруга, царица обращена была въ іудейство однимъ еврейскимъ купцомъ Ананіею, и отправилась въ Іерусалимъ для посѣщенія храма. Въ это-то время случился тамъ голодъ. По смерти Елены, ея кости, вмѣстѣ съ костями ея сына Ицата, присланы были въ Іерусалимъ и погребены подъ тремя пирамидами. Ios. Flav. Antiqu. t. 20, c. 2.
¹⁹ Эліею названъ былъ Іеруcалимъ въ честь императора Элія Адріана, который перестроилъ его. Евсев. кн. 6. гл. 4.
²⁰ Αδιαβεινη – часть Ассиріи, въ-послѣдствіи названная Осри, или Осроеною.
²¹ Въ нынѣшнихъ изданіяхъ сочиненій Іустина, это мѣсто находится во второй его Апологіи.
²² Гранитный пьедесталъ этой статуи съ надписью: Semoni sango Deo Fidio sacrum, найденъ былъ въ 1574 году – на томъ самомъ мѣстѣ, на которое указываетъ Іустинъ, то-есть, на островѣ Тибра, соединенномъ двумя мостами съ городомъ.
²³ Εννοια. Нѣкоторые писатели даютъ ей имя Селены отъ σεληνη – луна. По словамъ Епифанія, Симонъ въ разныхъ странахъ выдавалъ ее за Св. Духа, а себя – то за Отца, то за Сына. Онъ говорилъ также о переселеніи душъ, и утверждалъ, что его Елена нѣкогда была Еленою аргивскою. Міръ, по его ученію, управляется злыми духами, а самъ онъ есть владыка всѣхъ духовъ. Ветхій Завѣтъ Симонъ признавалъ безполезнымъ. Ириней и Епифаній производятъ отъ него рядъ гностиковъ.
²⁴ См. ниже Ист. Евс. кн. 6, гл. 14.
²⁵ По свидѣтельству Евтихія, патріарха александрійскаго, Евангелистъ Маркъ отправился въ Александрію на девятомъ году царствованія Клавдіева, а по Евсевію, – на второмъ.
²⁶ Подлинное заглавіе: περι βιου ϑεωρητιϰου, η ιϰετων αρετων.
²⁷ Нѣкоторые ѳерапевтовъ принимали за одно съ іудейскими ессеями, которые вели подобный образъ жизни. Но дóлжно замѣтить, что 1) самъ Филонъ различаетъ тѣхъ и другихъ, и о ессеяхъ говоритъ, что они жили только въ Палестинѣ (Apol. pro Judaeis, cit. ad Evseb. in praepar. ev. 1. 6, 8.), а ѳерапевты, по его словамъ, обитали въ областяхъ греческихъ, особенно-же въ Египтѣ; 2) между ѳерапевтами, по свидѣтельству Филона, были и ѳерапевтиссы, а между ессеями женскихъ общинъ никогда не было; 3) ѳерапевты, удаляясь въ пустыню, раздавали свое имущество родственникамъ и друзьямъ, а ессеи, по словамъ Іосифа Флавія, приносили имѣніе въ общину, гдѣ оно становилось достояніемъ всѣхъ членовъ братства.
²⁸ Εν ταις ομολογουμεναις, то-есть, которыя признаны были Церковiю за несомнѣнно-богодухновенныя. Евсевій раздѣляетъ священныя книги на несомнѣнно-богодухновенныя, и подвергавшіяся въ то время сомнѣнію или прекословію – αι αντιλεγομεναι. Это колебаніе въ признаніи нѣкоторыхъ новозавѣтныхъ книгъ за богодухновенныя, нимало не отнимаетъ у нихъ важности, а напротивъ показываетъ, съ какою бдительною осмотрительностію Христова Церковь принимала книги въ составъ священнаго Канона. Сомнѣнія о нѣкоторыхъ св. книгахъ могли возникать естественно: какъ писанныя къ частнымъ лицамъ или къ частнымъ церквамъ, св. книги не вдругъ дѣлались извѣстными всей Церкви. Потому, мало-по-малу распространясь въ спискахъ по другимъ предѣламъ вселенской Церкви, онѣ не прежде были признаны за непререкаемо-богодухновенныя, какъ по несомнѣнномъ удостовѣреніи, что онѣ точно произошли отъ того или другаго Апостола.
²⁹ Повѣствованіе Іосифа о семъ событіи находится въ 20 кн. 4 гл. Іудейскихъ древностей.
³⁰ Такъ называлась часть Палестины, лежащая за Іорданомъ.
³¹ Ios. Flav. de bello Iud. 1, 2, c. 13.
³² Нѣкоторые филологи слово ωβλιας почитаютъ испорченнымъ, по ошибкѣ переписчика, и исправляютъ текстъ Евсевія такъ: εϰαλειτο σαδδιϰ ϰαι ωλλιαμ ο εοτιν διϰαιος (т. е. праведный). Впрочемъ слово ωβλιας встрѣчается и у Епифанія.
³³ Указывается на слова Исаіи 3, 10.
³⁴ Объ этихъ семи сектахъ Евсевій говоритъ въ 4 кн. 22 гл. своей Исторіи.
³⁵ Метафорическое выраженіе, тожественное вопросу: какое надобно имѣть понятіе объ Іисусѣ?
³⁶ См. кн. прор. Иеремiи гл. 35.
³⁷ Здѣсь разумѣется не то, что первосвященникъ вообще не имѣлъ права созывать синедріонъ, а то, что ему не позволялось созывать его для произнесенія смертныхъ приговоровъ.
³⁸ Tertull. apol. adu. gent. c. 5.
³⁹ О немъ см. ниже кн. 5, гл. 14.
⁴⁰ Полагаютъ, что Петръ погребенъ быль на ватиканскомъ холмѣ, а Павелъ – при остійской дорогѣ.
⁴¹ Діонисій этимъ письмомъ отвѣчаетъ на посланіе римской церкви къ коринѳской. См. Евсев. кн. 4, гл. 22.
⁴² О войнѣ іудейской. Кн. 2, гл. 19.

Печатается по изданію: Сочиненiя Евсевiя Памфила, переведенныя съ греческаго при Санктпетербургской Духовной Академiи. Томъ I. – СПб.: Въ типографiи Е. Фишера, 1848. – С. 57-110.